Получать новости по email

Творческая лаборатория

Дневник кота


3.45. Я еще сплю. Опять во сне от меня убегает один и тот же мышонок. Сколько раз я его ловил, играл с ним, а он все не может ко мне привыкнуть и бежит, бежит. Инстинктивно мое тело бросается за ним. Мне уже не хочется его ловить, но тело, будь оно неладно, упрямо срывается с места и начинает бег за двигающимся живым предметом. Мышонок бежит, нагло ухмыляясь. Еще секунда – и моя лапа схватит добычу.
4.00. Я просыпаюсь от грохота собственного тела – с кровати на пол. Ноги все еще дергаются, пытаясь ухватить несуществующего мышонка, и царапают диван.
4.05. Смотрю с пола на кровать. Люди еще спят. Опять спят. Сколько можно? Нехорошо. Я уже не хочу спать, значит, никто не должен хотеть.
4.20. Задумался. Смотрел в одну точку.
4.30. Долго лизал себя. Зачем я это делаю? Всегда потом сводит язык, и приходится выплевывать свою шерсть на пол. Какая гадость!
4.40. Зевнул. Чуть не уснул, но в желудке что-то защемило. Видимо, проснулся голод, не ел уже целых 2  часа.
5.00. За окном на балконе пролетела птичка. Большая и говорливая. Бегу смотреть. По головам спящих людей бежать мягче и веселее.
5.01. Птички на балконе нет. Опять пропала. Если сейчас уйду обратно в комнату, то она обязательно появится, поэтому придется сидеть здесь. Хожу по подоконнику и на птичьем языке пытаюсь привлечь ее внимание. Вдруг позади меня что-то промелькнуло – всеми четырьмя лапами я вцепляюсь в добычу. Слышу крик от боли. Оказывается, это мой вопль, потому что я опять поймал свой хвост.
5.30. Вижу муху. Птицы пока нет. Муха ползет с другой стороны стекла и замирает, как назло, напротив моего носа. Оставил большое мокрое и очень красивое пятно на стекле. Мухе, бедняге, ничего не перепало. Знаю, что потом от людей перепадет моему носу за это злосчастное пятно. Пойду смотреть на людей.
6.05. Шевелятся, но спят, чтоб их. На лоб хозяину сел комар. Сдержаться не могу, в прыжке пытаюсь поймать комара, но ловлю только бровь. Возятся. Уже не спят. Что-то говорят на своем языке и пытаются столкнуть меня с дивана. Эти игры я уже знаю, поэтому поддерживаю их в этом и кусаю за руки. Одна из любимых моих игр.
6.30. Наблюдал за спящими. Ничего любопытного.
7.00. Хочу есть. Иду к плошке – там пусто. Не видел ни разу, чтобы там утром была еда, а все равно иду и надеюсь.
7.10. Людям уже давно пора вставать. Я знаю.
7.30. Потрогал мягкой лапкой одного из них за нос и покричал около уха. Шевеление. Подчинение в очередной раз проходит плохо. Будем воспитывать их дальше.
8.00. Верный способ – это голая пятка. Кусаю за пятку и встаю в оборонительную позу. Послышались голоса. Я растворяюсь в темноте. Меня не видно – я черный, надо только вовремя закрыть глаза. Один человек поднимается с кровати и улыбается мне, улыбается странно – округлённые глаза, оскал и невнятные словосочетания. Человек пошел на кухню. Я иду сзади и контролирую процесс моего будущего кормления.
10.00. Поел. Не наелся.
12.00. Вроде наелся.
13.00. Поел.
13.30. По полу бежал паучок и напал на меня. Больше его никто не увидит.
14.00. Люди ушли добывать мне еду. Вижу ободранный мною диван.  Хотел поточить об него когти, но не буду – без зрителей неинтересно. Подожду до вечера.
15.00. Хочу в туалет по-маленькому. Пока не пойду, еще подкоплю, люди любят, когда много.
16.00. Стоял и качался посреди комнаты, о чем-то думал.
16.20. Вижу узкий проход в шкаф. Пытаюсь туда залезть и чуть не ломаю себе ребра.
16.30. Я в шкафу. Ничего интересного не увидел, хотя снаружи, казалось, что там кто-то есть. Лезу обратно и оставляю свой ус на двери. Ненавижу эти шкафы. Думаю, завтра там будет интереснее.
16.35. Не знаю, что меня вдохновило прыгнуть на телевизор и уронить его. От грохота я безумно испугался и побежал прятаться в хрустальную вазу. Опять услышал грохот. А ещё и звон. Мое сердце бешено колотилось и готово было выскочить из пуза. Не помню, как я оказался на шторе. Зато хорошо запомнились большие блестящие нитки на когтях.
16.50. Хочется спать. Хочется пИсать. Хочется увидеть птичку. Перебарываю первые два желания, иду на балкон. Птички нет – муха на месте. Еще одно мокрое пятно на стекле, ещё краше первого.
17.00. Сходил в туалет. Чуть не утонул в плошке. Немного там же и подремал.
17.30. На полу лежала змейка (поясок от халата) и охотилась на меня, я ее вовремя остановил, удушил и отнес под диван. Оттуда она уже не вылезет.
18.00. Жду людей в коридоре. Если погрызть ботинок, то они приходят быстрее. Отгрыз каблук – поточил зубки.
18.30. Забыл ободрать обои.
18.45. Ободрал.
19.00. Пока не пришли, хотел покакать. Боялся, что могу не успеть.
19.30. Успел. Очень хорошо спрятал свои какули. В туалете не найти. Я их откатил под диван. Люди потом скажут спасибо.
19.35. Побегал по подушке – почистил лапки.
20.00. Пришли люди. Потерлись об меня своими ногами. Я заглянул в принесенные сумки – моя еда на месте.
21.00. Разодрал диван – поточил когти. Слышал громкие крики людей, похоже, в мою сторону. Изощренный способ похвалы – орать.
21.30. Громкая похвала со стороны кухни.
21.40. Продолжается в коридоре. Держат в руках ботинок. Кидают в меня, видимо хотят поиграть. Мне не до этого, я хочу спать.
21.50. Без телевизора жить стало лучше.
21.55. Люди приготовились кушать и оставили тарелку с едой на столе.
21.55.03 сек. Залез в эту тарелку, немного поел. Очень удивился, что еда такая же, как у меня. Думал, у них хуже.
21.56. Выгнали со стола. Ну да ладно, есть совсем не хотелось, но кусок курицы изо рта забирать не стали. Я ругнулся матом на своем языке – меня поцеловали в щеку.
22.00. Сел на руки к хозяйке. Включил функцию «теплый, жалкий кот». Они сразу успокоились и начали гладить меня. Воспитание проходит успешно.
23.00. Скоро мне исполнится год. Люди уже смело могут называть меня хозяином.
23.55. Говорят, в будущем компьютеры и роботы захватят все человечество. Мы это уже сделали давно.
00.00. Ну, мышонок, погоди…

Как мне достался кот

Одиннадцать месяцев назад я принес его домой из зоомагазина, где он был подброшен в возрасте двух недель неустановленными лицами. Лица были неустановленные, а вот их умственное развитие вполне можно было определить. Коту две недели, а его уже отправили в свободное плавание пинком под мягкий зад. Ладно, это если человека лет в семнадцать оставляют за порогом двери, а вот кота в две недели – перебор.
Шел я в тот день морозным вечером после работы домой, вдыхая колючие снежинки, превращая их в легкие сопельки. Сигареты приходилось выкуривать наполовину, так как руки моментально замерзали. Урал – это стихия непредсказуемая, с сильно завышенной самооценкой. Зимой особенно хочется уехать отсюда, а летом еще сильней. Урал красив на картинках и словах.
Не знаю, что меня заставило тогда заглянуть в зоомагазин, но все же я туда попал. Навстречу мне вышла не совсем симпатичная продавщица, от которой попахивало наполнителем для туалетов. Поэтому я быстро зашёл в соседний отдел с домашними животными. Из животных я там увидел только одинокую черную шиншиллу. Она сидела в клетке и совсем не обращала на меня внимания. Я просунул палец через решетку и потрогал ее за спинку. Шиншилла оттолкнула мой палец ногой, так и не взглянув на меня.
Немного побродив по магазину, понюхав различные корма для животных, я уже собирался уходить. Но тут вдруг в мою ногу вцепилась чья-то теплая мохнатая лапа. Я сильно удивился, когда посмотрел вниз. На полу сидел черный маленький котенок. Двумя лапками он обхватил мою ногу и ярко-желтыми глазенками уставился на меня. В его глазах читалось примерно следующее: «Послушай, дядя, забери меня отсюда срочно, а то я все равно от тебя не отстану, я тут настолько одинок, что терять мне совершенно нечего, так и пойдешь домой в новом меховом ботинке». И положил мне голову на ногу. Я поднял его с пола и взял на руки. Он моментально свернулся клубком и заснул в моей ладони. Он был такой маленький, что на ладони осталось еще немного места. Я тогда хотел и шиншиллу с собой захватить, ну так, чтобы жене на норковую шубу потихоньку откладывать, но коту явно не хотелось иметь себе родственников. Его можно было понять. Люди тоже не все хотят иметь родственников.
Поинтересовавшись у продавщицы, можно ли забрать его с собой, получил утвердительное покачивание головой, похожее на движение игрушечной собачки на бардачке автомобиля. Гордо подала мне тряпочку, в которой его принесли, и сказала:
- Вот в этом его сюда доставили, в этом, будьте добры и унесите.
- А есть ли что-то более цивилизованное? – спросил я ее.
- Бумага – ответила она и унеслась к кассе.
Тряпочка представляла собой старый, занюханный и ободранный шарф. Видно было, что носил его  не один десяток поколений. Скорее всего, этот шарф заменял кому-то шапку и варежки. Дырки  сверкали и слепили глаза. Делать было нечего –  пришлось завернуть в него кота. Но не тут-то было! Кот начал мяукать, упираться, царапаться, рваться на волю. В магазине началась паника. Но всё же желание попасть в новый дом перевесило  брезгливость. Замотанный в шарф кот стал похож на толстую змею с большими горящими глазами.
И вот, когда я уже с новым членом семьи направился к выходу, дорогу мне перегородила бабушка глубоко пенсионного возраста. Она растопырила  руки, загораживая выход, чуть присела, как боксёр на ринге, и вкрадчиво произнесла:
- Это куда же вы чужого кота решили унести? Я его по телефону вчера еще забронировала.
Я  ответил, что бронь сегодня была снята мной, и она уже может не беспокоиться. Бабушка мне не поверила, ухватилась за шарф  и заголосила. Кот с перепугу чуть не зарыдал. Он как-то умудрился из шарфа незаметно перелезть мне под куртку и там спрятаться.
Затем в шарф вцепилась подоспевшая на крики бабушки продавщица, а потом и я. Мы втроем его держали, не отпуская. Каждый тянул  к себе, будто бы там было десять килограмм золота. Когда силы были на исходе, я резко выкрикнул бабушке:
- Мадам, там в комнате для животных, в клетке, есть еще один кот редчайшей породы. Он еще чернее, теплее и умнее, чем этот. В его глазах читается глубокое уважение к пенсионерам, он приучен ходить в унитаз, любит с рождения моченый хлеб и голову мойвы. Может, вы его вчера заказывали по телефону?
Бабушка мгновенно отцепилась от шарфа и побежала в комнату к своей жертве. А я в этот момент кинулся к выходу. Помню в дверях капризный голос продавщицы: «Он без глистов. Завтра нам его не подкидывайте, пожалуйста»
На улице было холодно, а до дома еще полкилометра. Кот высунул нос из-под куртки и с благодарностью посмотрел на меня.
Он до сих пор помнит, какая за него была битва. Как было одиноко, тоскливо, и в чьи костлявые руки он мог попасть на всю  оставшуюся жизнь.
Я даже запечатлел его в момент воспоминаний о детстве...

Евгений Холобок