Получать новости по email

Творческая лаборатория

Из цикла «Жил-был ты»


Случайному поклоннику

А вы меня в халате полюбите,
С растрепанной прической, без прикрас,
В моем спартанском доме-полуските.
Ну что же вы? Не прячьте хитрых глаз.

Любите верно, безвозмездно (даром)
Мой беспокойный и тревожный сон,
Когда от муки утренних кошмаров
Спешу я с сигаретой на балкон.

Мою привычку ёрничать любите,
Корябать вместо ужина стихи,
Читать Золя и сеять мысли в сите.
Любите все мельчайшие грехи.

Любите вечно, как в высокой моде
Польстились на классический фасон.
Как боль зубную дома лечат содой.
Как Он.

Гнев


Слезы текут от гнева,
Мерзостно застит глаза.
Что бы кому, а мне бы
Болью тебя наказать.
Чтобы душа болела,
Чтобы пустой истукан,
С пеплом и чернью гнева
Сердце ронял, расплескав,
Выхаркав рядом с грязью
Ям и бензиновых луж.

С множеством эвтаназий
Наших оплавленных душ
Боль обернется силой
Крепче дамасской стали.
Пусто мне, страшно, стыло -
Сердце мое расплескали.

Я в ссоре с матерью


Я в ссоре с матерью. Давно.
Но ей об этом не известно.
Как будто годы – юность, детство –
Сменило черное вино
Обид незначимых. Руки
Не дать и желчь копить устало.
Смотреть, как мы врагами стали
И не сказать: «Поберегись!»

И нам лишь череда разлук.
Мне пишет мама: «Перед смертью
Тоской собачьей воет ветер
Так, словно где-то предал друг».

Из цикла «Классики»


Идет…


"Дыша духами и туманами"
(с) А. Блок

Всегда одна. И что же? Нравится?
Морщины у бровей вразлет.
Прижав к груди котомку старицы,
Полумонахиня идет.

Всегда одна. По той же улице.
В один и тот же хмурый хлев.
Ступает гордо, не сутулится –
Несет полублудница хлеб.

И так всегда. С душой израненной,
(все помыслы ее чисты),
Дыша духами и туманами,
Идет Ахматова в Кресты.

Высоцкий


Он – влюбленный в запахи
Духов французских Марины.
Он – надрыв, распахнутый
На звуки песен и вина.

Он – навечно принц Датский,
Всегда в плену декораций,
Мыслей, грима – и краской
У Мельпомены на святцах.

Он играет Гамлета,
Чеканя каждое слово
На гортанном горле. Там
Где помнят только Жеглова.

            ***

"На площадях не любят альбиносов" (с) Наталья Перстнева

На площадях не любят альбиносов,
Не терпит близорукая толпа
Людей, отличных от нее едва,
И смотрит подозрительно и косо.

В цветах неистребимого неона
На площадях не милуют цветных.
Отличным каждый кажется от них -
От цепких, влажных взглядов гегемона.

Семейным горем вымолены клети -
Дома жестокостью беременны давно,
И ты, другой, шагнувший за окно,
Подкинешь пищу океанам сплетен.

***


«Я завтра утром мертвой встану» (с) Марина Цветаева

Мне сон не в руку. Беспорядок
холодных мыслей между строк.
Тревогой трогают висок
Извивы мокрых жутких прядок.

Проснуться хочется, к стакану
Тянуться пересохшим ртом.
Бессонницы прошу потом,
Я завтра утром мертвой встану.

Из цикла «Наивное искусство»


Танец с саблями


Игры женские - мороки:
С лезвием на бедре,
Без единого шороха
Гурия в серебре.

Это страсть по-восточному,
Радостен падишах.
Тонкой рукой отсрочены
Краски площадных плах.

Время тянется каплями -
Бисером на плечах.
Танец в сумраке с саблями -
Сладкий, тягучий страх.

                ***


Усталость в сером цвете лиц:
До раннего утра сидели,
Пока сонливость сняли трели -
Восходный пересвист синиц.

Свистел рассветный панфлейтист -
Проснувшейся природы голос,
Тончайший, как упавший волос,
Как горная водица чист.

Не жаль бессонницы ночной,
Наш слух наполнился рассветом.
Восход синичьи перья где-то
Расцветил солнечной парчой.

Смоленщина


Земля Твардовского щедра
Зловредным писком комара.
Подчеркивают рек извив,
К воде шатры свои склонив,
Сплетения укрытий-ив.

В природе пасмурно слегка,
И под наплывом ветерка
Шатры откроются на миг.
Смотри, камаринский мужик
К фигурке девичьей приник.

Зачнёт Смоленщина детей
Под шелест ивовых плетей
На ближних склонах у Днепра.
Прожив осенний маскарад,
Устроятся осины в ряд.

Береза, мраморной ногой
Ступив в изгиб береговой,
Промолвит, весело смеясь:
"Инейных кружев кисея -
Мой дар девчонкам на сносях".


© Copyright: Юлия Хименес