Получать новости по email

Творческая лаборатория

Марина Гончарова - Стихи

* * *

Я – городской романтик,
Я - фавн полуулыбчатый,
И пол моей квартиры –
Песок от ветра зыбчатый.
Житье мое на славу,
В согласии с судьбою,
Ни чувствую ни крыши,
Ни пола под собою.
Я стрелы Робин Гуда
Храню за пианино,
И маленькое чудо
На полке у камина.
Увидев на пороге,
Я встречу вас улыбкой.
- Не вытирайте ноги,
Мой пол от ветра зыбкий…

* * *

Дождь как кот гулял по крышам,
Я твой голос в трубке слышу,
Голос полный пустоты:
- Это ты?
- Как дела?
- Дела в порядке,
Ручка, справочник, тетрадки
В рыжей сумке на боку,
На обложке старой книжки
Черти прыгают вприпрыжку
И кричат: «Ку-ка-ре-ку!».
- Как дела?
- Да как обычно,
Город. Сырость. Дождь – привычно.
Я тебя , как прежде, жду.
К телефону-автомату,
Будто к дому, будто к брату,
Толь бегу, то ли иду.
- Как дела?
- Да хуже нету!
Черти съели все конфеты
И с обложки все бегом…
Справочник порвали, ручку…
Мама мне устроит взбучку…
Так и надо. Поделом.

* * *

Cказ об эмиграции

«Мой милый уехал в Европу
Возможн , там ходит к обедне
Живет на широкую ногу,

А я люблю русские бредни». (из меня)

«Хорошо иметь кота
Полосатого слегка».
(детский стишок)

Ужин на полночной кухне. Я молчу.
Чувствую, скандал, как выстрел, грохнет.
Голос радио в тиши нежданно глохнет.
Я прижалась к твоему плечу.

Сигареты трость в твоих руках
Мелко так дрожит. Быть ссоре.
Я же знаю, это просто крах.
Твой отъезд наш мир разрушит вскоре.

Стены строгие без лишних украшений.
Только ниши окон, как глаза.
Ты назвал по имени решенье.
И уж изменить его нельзя.

Твой отъезд не вылечит обиды.
От проблем не скрыться на бегу.
У меня на жизнь другие виды.
Я так просто сдаться не могу.

А он сказал, что это не серьезно,
Что хватит попусту швырять слова,
Что как бы ни звучало все курьезно,
Но ноги – это голова,
А голова моя - чердак.
И мысли спутались,
И дождь из слез пролился.
Ну что ж, пусть так…
Опять запал.
Он молча удалился.

И все. Вот так пришлось расстаться.
Я не одна. Но рядом пустота.
Пускай. Приобрету себе кота.
И буду с ним уже смиряться.

* * *

Еще одна разбитая надежда,
Стою у моря битого стекла.
Тут все мое. Что целым было прежде,
То исковеркано. Ну вот, не сберегла.

* * *

Однажды у лифта сидела собака.
Простая дворняга, простая бродяга.
Я в лифт заскочила. Собака за мной.
- Простите, собака, этаж вам какой?
- Шестой, если можно, а можно двадцатый,
Пятьсот двадцать третий, а можно девятый.
А вы не спешите?
- Да нет, не спешу. А вы не укусите?
- Не укушу.
Поездим чуть-чуть, если вам все равно.
На улице страшно, уж очень темно.
На улице холодно, жуткий мороз,
Уже отморозила лапу и хвост.
А здесь я согреюсь немного, ведь так?
Гостиниц не строят, увы, для бродяг.
Увы, не готовят бродягам обед.
У вас, извините, огрызочка нет?
Я думала: «Миска, ошейник, обед,
Найдутся у наc, неужели же нет?!».
- Постойте, собака, ведь вам все равно?
Пойдемте ко мне и посмотрим кино.
Потом погостите деньков эдак семь.
Понравится, так оставайтесь совсем.
Собака сказала, махая хвостом:
- Ну что ж, нам тогда выходить на каком?

* * *

Я зла. Я – эгоистка. И я в твоем плену.
Тебя случайно встречу, лишь головой кивну.
Что мне сказали люди, тебе не расскажу.
И то, что ты беспутный, конечно, осужу.
И то, что мы похожи, ввожу тебе в вину.
И то, что… Боже, Боже… За это прокляну!

* * *

Автобиография

Я родилась. И очень рада.
И как умею, так живу.
И нет понятия «преграда» -
Я по течению плыву.

* * *

В городе Доверчивости, на краю земли,
Три различных ангела разговор вели.
Черный ангел плакал, белый тосковал,
Серый на асфальте мелом рисовал.
Рисовал дорогу, светлым, словно дым,
Розовым тревогу, реку голубым…
Плакал черный ангел, рассуждал: «О, век!
Серый – середина, то бишь человек.
Серое – посредственность, серо-серебро,
Подари на память сизое перо».
Белый философствовал, тихо рассуждал:
«О, даруй посредственность, Боже» - кто сказал?
- Кто-то из великих, впрочем, все равно,
Правда многолика, бытие – кино».

Ангелы болтали о смысле бытия.
Черный ангел – демон.
Серый ангел – я.

* * *

Памяти славного Р. Кроули

Кутила и денди майор Родон Кроули
Одетый, как бедный сержант в плену,
С печалью в глазах покидал свою кровлю,
Покинул свою кокетку-жену.
Добрый и грубый, со взглядом туманным,
Тот, кто не знает, что значит страх.
Еще не убитый ее обманом,
Шел он с молитвою на устах.
Молитвы за женщину Бога тронули,
Он ниспослал ей всех благ земных…
Бедный вы мой, майор Рoдон Кроули,
Да ведь она не оценит их!

* * *

Недолго радовалась Мурка
Вновь снизошедшему теплу.
Ее лохматая тужурка
Опять валяется в углу.
Опять пришлось одеть штиблеты,
Мороз – противный старый хрыч,
Не пропускает в город лето,
Ах, Мурка, милая, не хнычь!

* * *

Немое кино

Она зашла на кухню случайно,
Сидел мужчина, бледен и прям.
И заливался свистулькой чайник.
И слишком ровно сказала мадам:
- А вы ошиблись, весьма печально,
Про ночь забудьте. Верните письмо.
И исплевался в восторге чайник,
Hа отраженье мадам в трюмо.

* * *

Мне жизнь представляется драной кошкой,
Которую мучают все понемножку,
Которую травят, и лупят, и губят,
Нo все–таки терпят,
И все-таки любят.
И возятся с кошкой (или с котом),
По-разному, с пряником или с кнутом.
Кто мучает бедного драного зверя -
Я в принцип кнута откровенно не верю.
У каждого собственный стиль бытия.
И кошка у каждого тоже своя.

* * *

Вперед, пехота! Бoже мой, я ранен в бок!
И звуки SOS проносятся в эфире.
Смешались войны всех времен в один клубок,
И это все - в моей родной квартире.
С Наполеона сбили шляпу невзначай,
Воюют мама с дочкой – тривиально…
В минуты перемирий глушим чай.
Воюем. Значит, дома все нормально.

* * *

Ах, эта туфелька-богиня,
Она свела меня с ума!
И я - дите-филологиня
Уже поверила сама,
Что в мире нет вернее чуда,
Чем эта туфелька-краса,
Не получу ее покуда,
Не буду верить в чудеса!

* * *

Самонадеянный поступок

А небо уже выцвело. Его бы перекрасить.
А то, как будто тряпка оно - ни дать ни взять.
Его б отреставрировать. Его бы приукрасить.
И я решила небо с вещами постирать.
А небо полиняло и стало грязно-серым,
И дождь, и снег, и тучи - ну просто нету сил!
Ах, небо полинявшее! Оно меня замучило!
Чуть только отвернешься - так дождь заморосил.
Ну что же мне с ним сделать? Быть может, сдать в химчистку?
Возиться с тряпкой грязной я больше не хочу.
Рассыпались дождинки по своду, как очистки.
И с ними я не справлюсь. Увы, не по плечу.

* * *

Дамские страдания

Зачем нужны такие страсти?
Кому нужны твои мечты?
Немодное понятье «счастье»
Размыто в чашке пустоты.
Растает ужас, сгинет лето,
Попробуй страсти позабыть.
Лишь сумасшедшие поэты
О них напишут. Может быть.

* * *

Я читала стихи сумасшедших поэтов
И хотела идти за тебя воевать.
И когда, и зачем я решилась на это -
У судьбы, у паршивки, тебя отбивать?
Вечно пьяный поэт мне внушил эту ересь,
И индейку–судьбу он сумел обхитрить.
Сумасшедших стихов сумасшедшая прелесть
Не обманет тебя. И меня, может быть.

* * *

Она могла его ждать месяцами,
Она срывалась порой до скандала,
И в этот миг всех звала подлецами,
Она на картах часами гадала.
Она забыла, как пишутся сказки,
Как говорятся застольные речи,
Лишь вспоминала, как с тихою лаской
Ложатся руки безвольно на плечи.
Она на время стала домашней,
Потом гуляла долго, без срока.
Но без него в толпе бесшабашной
Она была совсем одинока.

* * *

Подражание Веронике Долиной

Когда в своей любви я с горечью расскаюсь,
Когда от жарких слов остынет голова,
Быть может, лишь тогда, но не сейчас, признаюсь,
Что в чем-то я была, конечно, не права.

Кoгда твои слова так больно не заденут,
И этот нежный взгляд не тронет уж меня,
Тебе скажу: «Прощай, оставь меня, бездельник!»
Но только не сейчас, ведь сердце – не броня.

Когда меня мечта покинет осторожно,
Исчезнет так, как ты скрываешься подчас,
Молиться буду я: «Вернись ко мне, безбожник»
Но только не сейчас, не надо, не сейчас…

* * *

Стук собственных каблуков
Mеня успокоит немного.
Ждать – нынче удел таков.
Я жду. Я мнусь у порога.

А он опять не идет,
Вoзможно, ушел в вечный поиск.
Билет взял на самолет,
Или, быть может, на поезд.

Стучите мои каблуки,
Любимых не судят строго.
Ждать мне, увы, не с руки -
Пойду-ка своей дорогой.

* * *

Рассмотрю философски я
Сей печальный вопрос.
Откровенья громоздкие
Не приму я в серьез.
Ты – мужчина-красавец:
Шляпа, бабочка, фрак…
А мозгов не касаюсь -
Ты, пожалуй, дурак!

* * *

Я сказать тебе что-то хотела,
Но смутилась, и не сумела,
Может, просто не захотела,
Растеряла последние мысли
И беспомощно фразы повисли
На деревьях, на ветках клена.
Ну не можешь ты быть не влюбленным!
Ведь весна свое дело знает -
Ветром, ветром тебя замотает!
Ветер теплый тебя закружит,
И дожди зальют твою душу,
И сирень улыбнется, маня…
Жаль, что любишь ты не меня.

* * *

Разная разница

Железная машина по городу идет.
Упрямая Марина в том городе живет.
По лужам гордым шлепом в мокрющих сапогах
И вкус солено-слезный в помаженных губах.
Упрямство - есть натура. Такая канитель!
Придем, снимаем шкуру, бросаемся в постель!
Ах да! Совсем забыли, еще б неплохо в душ!
Глаза опять открыли! Алле! Маэстро, туш!
И под дождями в ванной все маски опадут.
Добраться б до дивана и приютиться тут…

А утром будет солнце, сухие сапоги,
И мягкий свет в оконце… Лишь смейся да беги!

* * *

Однажды стало слишком cкушно,
И написала я про даму,
Такую, знаете ли, драму,
Что сложно слушать равнодушно:
Вставать ей надо слишком рано,
Ложиться рано – слишком сложно,
Как холод – так на сердце рана,
Как жарко – так все в жизни тошно.
Как любят - то не те, кто нужно,
Не любят – так ни те, ни эти,
И как магнит манит подушка…
Как сложно дамой быть на свете!

* * *

Мой друг высок и статен,
Мой друг широк в плечах,
И ум его не стаден -
В толпе бы он зачах.
Он не играет в мачо
Хотя спокойно б мог,
На сердце, не иначе,
Висит большой замок.
Он хочет быть как Рэмбо.
На кой оно ему?
Не понимает верно,
Что это - как в тюрьму.
Мой друг речист и славен
И мышцей, и мозгой.
Я иногда страдаю,
Что он, увы, не мой…

* * *

Снежно-нежно нужно жить.
Нужно-нужно просто быть.
Просто-просто, словно снег.
Просто, чтоб оставить след,
Как по снегу босиком,
По фарфору молотком,
Чтобы в брызги, чтобы взрыв,
Чтобы вырвался надрыв.
И взлетел бы высоко,
Чтобы стало мне легко.
Чтобы стало всем легко
Надо плавать высоко,
В верхнем море, где нет бед,
Где родился этот снег.
Прямо к Богу босиком
Прикатиться колобком
И осыпаться как снег...
Да - так да.
А нет - так нет.

* * *

Молодостью, милый, не насытишься.
Сколько б в жизни ни было ее.
И в часах песок все время сыпется:
Правила, законы, бытие.
Буду я встречать ее на улицах,
Видеть молодость в листве травы,
В дочкиных глазах она зажмурится,
Но все реже в зеркале, увы…
Я не знаю, сколько мне отмерено,
Но отдавши миру красоту,
Может быть (хотя и не уверена)
Что-нибудь взамен приобрету…

Марина гончарова