Получать новости по email

Творческая лаборатория

Татьяна Лукьянова

ДАО ВЕДЬМЫ
/опыт изменения реальности/

Вишневый джем и ложка дегтя
/Истоки/

Татьяна Лукьянова - ДАО ведьмы Сейчас уже трудно вспомнить, с чего все началось. Просто появилась какая-то трещина, а потом по закону снежного кома, одно событие накладывалось на другое, трещина становилась ущельем. Ущелье же с течением времени превращалось в пропасть, через которую один уже не мог докричаться до другого, а другой просто уже не хотел ничего слышать. Продержавшись последний год совместной жизни на сексе, перемежаемом взаимными оскорблениями, мы решили разойтись.
Не знаю, что на это сказали небесные ангелы, плакали они или же недоуменно крутили пальцем у виска, но мы разъехались. Разъехались, чтобы снова и снова возвращаться друг к другу, снова и снова проходить круги ада невозвратности и невозможности, причиняя и испытывая каждый раз безумную боль. А однажды он подарил мне цветы. Они, конечно, не были ни в чем виноваты, они были прекрасны, их аромат наполнил всю квартиру. Но они были желтыми, а это – к разлуке. Хотя цвет, как я узнала потом, был выбран без всякого злобного умысла и налета символизма, примета сбылась. Через три месяца с нас были сняты взаимные юридические обязательства. Но мы, как всегда, вопреки всем законам, пошли из суда в одну сторону. Правда, через несколько сот метров, каждый направился своей дорогой, шмыгая носом и пряча от людей красные глаза. Конечно же, и он и я в тайне надеялись, что жизнь очень быстро войдет в свою колею, обрастет необходимой романтичной мишурой и заблещет всеми цветами радуги, но это были иллюзии. Татьяна Лукьянова - ДАО ведьмы
Жить без привычного плеча и без творожков с вишневым джемом, казалось невыносимой. И  мы, не взирая на развод, делали шаги навстречу друг другу, чтобы тут же испуганно отступить. Стало понятно, что нужно обязательно найти стержень, точку опоры, которая позволит обрести душевное равновесие и остановит качели возвращений. Для меня одним из таких магнитов, который заставит эту землю совершать свои обороты так, будто ничего не изменилось, стал мир фантазий, который начал причудливо вплетаться в действительность. И магия слова потянула за собой сотворение совершенно новой и неизвестной мне ранее реальности…

История первая. Метаморфоза


Когда-то, давным-давно, когда ромашки еще имели запах, дневной свет казался прекрасным и не мешал мыслить, когда Она еще не изобрела кофе, в то время любовь яркими солнечными зайчиками прыгала по стенам их маленькой уютной квартирки.
Вечерами они возвращались домой, чтобы поговорить о том, как прошел день, что он принес хорошего, какие были неприятности… Она доверчиво склоняла голову Ему на плечо, а Он нежно гладил белоснежные перья ее крыльев, получая в ответ сияние влюбленных глаз и нежность доверчивой души… Это было самое обыкновенное в мире счастье, похожее на счастье других людей, но им оно казалось небывалым и неповторимым.
Шло время: водовороты событий, приятных и не очень, накладывали на души свои печати и штампы, и Он стал забывать о мелочах, из которых состоит счастье.
- Мне не хватает тебя, - иногда жаловалась Она.
- Мне некогда, у меня нет времени на глупости, - отвечал Он.
И легко кружась, падало на пол белым пятном воздушное перышко. Солнечный зайчик забился под шкаф, виновато шевеля разноцветными ушками.
- Давай поговорим! - умоляла Она.
- С тобой не о чем разговаривать! - походя бросал Он, и ключ щелкал в замочной скважине.
Несколько солнечных зайчиков метнулись к раскрытой форточке и вылетели на свободу в поисках счастья.  Кружась в воздухе, на землю бесшумно падал еще один клок уже чуть пожелтевших перьев…
- Я люблю тебя! – выкрикивала Она в истерике.
- Какая любовь в нашем возрасте? - холодно возражал Он.
Подкрашенные алым перья с мокрым шлепком плюхались на пыльный линолеум. В углу начинали превращаться в пыль не сбежавшие вовремя солнечные зайчики.
Литры кофе, километры бессонных ночей вымывали из организма кальций, так необходимый для перьев.
Грязные, почерневшие, похожие на вороньи, крылья бессильно тащились за ней.
- Я ненавижу тебя, ты ничтожество!!! - пьяным, охрипшим от слез голосом, хлестала Она.
- Ты - дрянь! - парировал Он.
- Я не позволю тебе быть счастливым!
- Ты – ведьма!
Любовь, зажав ладонями уши и крепко зажмурив глаза, ползком пробиралась под молниями беспощадных, убивающих слов. Выбравшись на улицу, она отряхнула запылившийся подол. Обернулась в последний раз на окна своего дома, покрутила у виска и, подобрав концы разорванной юбки, пустилась наутек.
Она же дождалась, когда выпали последние замызганные перья, смела их в совок, выкинула в помойное ведро, собрала свои вещи и тоже ушла… Привыкнув к скорости и высоте, Она долго не могла принять свое новое положение. Но какое-то время летать не хотелось, а потом душа постепенно излечивалась.
Километраж бессонных ночей подходил к финишной прямой. Литры алкоголя сворачивались до рюмочки «по поводу», кофе снова стал необходим лишь по утрам. Вновь захотелось летать, но крылья так и не росли.
Она скучала по небу, по свободе, по счастью. Так в доме появилась метла. Она и раньше не могла спать в полнолуние, слонялась по квартире в бесконечном ожидании Его прихода. Теперь же, садясь на метлу, Она взвивалась в ночное небо поближе круглой Луне - единственной свидетельнице Ее любви, Ее позора и Ее непрошенной свободы.
Она взлетала, круто забирая вверх, ветер трепал Ее волосы, а лунный свет ласкал обнаженное тело. Оттолкнувшись рукой от самой далекой звезды, Она со свистом пикировала вниз, наслаждаясь свободой и азартом полета.

Он же, как всегда, поздно возвращался домой, шел по пустой улице, пытаясь избавиться от резкого запаха не ставших родными духов и перебирая бесконечные мысли о том, что, возможно, они поспешили, что слова могли быть более мягкими, а действия более обдуманными. Пронзительный свист оторвал его от грустных мыслей. Он посмотрел на небо, но не увидел там ничего, кроме полной луны. Вдруг откуда-то сверху донеслись до него знакомые нотки всхлипов. Почудилось, будто кто-то мягко коснулся щеки. Он вздрогнул, перекрестился и облегченно вздохнув, вошел в дом, чтобы собрать наконец-то тени погибших солнечных зайчиков и начать жить заново.
Ей было очень больно решиться, но… пролетая мимо, Она коснулась легонько Его лица и прошептала беспрекословное и необратимое Ведьмино «Свободен!»… А, налетавшись до бесчувствия, она вернулась в солнечный день, храня на кончиках пальцев запах и пыльцу его теплой щеки, вернулась, чтобы просто смириться с новой собственной сутью и жизнью.

Отзвуки Мендельсона

/лирическая прослойка/

Телефон тренькнул в тишину раннего октябрьского утра, и с удивлением отметил полное к себе равнодушие: в этот раз к нему не кинулась молнией рука хозяйки… Только выключая будильник, я с удивлением обнаружила в телефоне СМСку «от того, которого любила». Сообщение никак не укладывалось ни в одну систему координат, даже со скидкой на непроснувшийся мозг. Черным по белому на экранчике было сказано:
- Это был ясный и солнечный день! Во мне все дело, прости…
Вот это да! Чудеса! А может быть сегодня прощеное воскресенье? – подумалось мне… И не раздумывая  я чиркнула ответ:
- Не совсем поняла, о чем речь, но на всякий случай прощаю.
Хотелось быстро выкинуть все это из головы. Но, запивая утреннюю сигарету первой чашкой кофе, до меня наконец-то дошел смысл СМСки: Сегодня же день свадьбы! В этом году дата была виртуальной на 100%!!!
Ответы были найдены, причины поняты, акценты расставлены, но я уже поклялась себе жить без оглядки на прошлое и надежд на общее будущее. С тех пор телефон ежедневно стал выдавать по 2-3 послания. СМСки просили их простить, сожалели о содеянном и вызывали тремор в руках…
Через две недели оборона была снята…

История вторая. Дежа вю


Полнолуние ноября странно затянулось: две недели уже Луна не уменьшалась, будто ждала чего-то, будто звала куда-то Ведьму, живущую теперь затворницей в старом одиноком замке. Сердце Ведьмы давно покрылось ледяной коркой, а сегодня отчего-то навалилась тоска, и нестерпимо захотелось полета. Она посмотрела на небо, и грустно вздохнув, помахала Луне рукой.
На другом конце Земли Дракон уловил, как всколыхнулся воздух, на душе потеплело, и он вышел в сияющую лунными бликами ночь.
Ее время, ей так нравилось...  – шепнул он, взглянув на круглую Луну. Непреодолимо потянуло туда - к заколдованному и манящему замку одинокой Ведьмы… Расправил крылья, потянулся … и была не была…
Краем уха она уловила трепет знакомых крыльев, и рассмотрела сквозь сумрак его силуэт… молнией кинулась к зеркалу, схватила расческу, потом помаду, все побросала, стала одеваться... она носилась как заведенная, понимая, что с минуты на минуту он будет здесь... Дом сразу же наполнился бардаком и предчувствием чего-то важного. Ведьма же не думала ни о чем, она просто жила мгновеньем, будь, что будет… Метла подпрыгнула от радости:
- Полетим? Полетаем? – обрадовано затараторила она.
- Нет, прости, я сегодня не одна, прости, - Ведьма смущенно опустила голову и отвернулась.
Метла укоризненно дернулась:
- Ты ведь обещала, что больше никто и никогда не появится в нашей жизни, что мы свободны в своем полете...
- Давай закроем тему, ты слишком юная, чтобы судить о моих поступках, - резко одернула ее Ведьма.
Метла надулась и замолчала. Белоснежная кошка, облизнула лапку и философски мурлыкнула:
- А я согласна с ней, ты сама потом будешь рыдать и жечь лампочки, ты же знаешь, чем все кончится, потому и бесишься…
- Тааак, - протянула Ведьма, - вы что сговорились? А ну-ка, дай пройти!
Кошка блеснула глазами:
- Да иди ты иди, какая же ты Ведьма - просто дура набитая, потому и кошку белую завела.
- Ах, ты, - Ведьма замахнулась на пушистую хамку…- брысь с глаз моих!
Лампочка вспыхнула и перегорела. Легкий стук в окно… он прилетел!!!
Ведьма пулей вылетела на свободу, и уже не слышала, как вслед ей кошечка прошептала: "Господи, убереги ее от огня и боли, дай ей забвение..."

Вихрем по комнате кружились вещи, через мгновенье этот ураган улегся, и все успокоилось, усыпав пол равномерным бардаком.
- А что случилось-то? – недоуменно спросила Метла.
Кошка пожала плечами и плюнула:
- А-а-а, все та же история,
- Дракон??? – присвистнула Метла.
- Я знала, что так и будет, - фыркнула Кошка, - она уже месяц сама не своя ходит. А ты стоишь тут в углу, не видишь ничего,.
- Слушай, но ведь она его освободила, отпустила…
- Это она так думала, - Кошка философски прикрыла глаза. - У них все не по правилам, жаль мне ее… Опять все выльется морем слез и сотнями перегоревших лампочек…
- Почему ты так считаешь? – робко поинтересовалась Метла.
- Мудрости у них - ни капли, -  хотелось бы мне, что бы я была не права: эта история слишком затянулась, конца и края не видно!
- А что если… - предположила Метла
- Что если… что если, – передразнила ее Кошка, - сама хочу, чтобы это «если» случилось. Но боюсь, что он просто сожжет ее дотла.
- А мы-то на что, ведь мы должны как-то оберегать ее???
- Ха, ты с ума сошла!!! Что ты с ней поделаешь? Если речь заходит о Драконе, она же ничего и никого не слышит…
Кошка залезла на подоконник, посмотрела на Луну:
- Вон баламут главный…Зачем ты ее опять поманила? Бередишь без спросу.
Кошка улеглась на подоконнике и прикрыла глаза, показывая подруге, что разговор окончен. В комнате повисло тягостное молчание и предчувствие беды.

*****
Полночи они летали, наслаждаясь забытым теплом, говорили о пустяках, Пастернаке, общих знакомых и почти не вспоминали о прошлом. Дракон окутал ее теплыми крыльями, укрыл от ветра и согревал горячим дыханием. А она доверчиво и, не думая ни о чем, кроме его глаз и щемящего сердце родного запаха, отдавалась нахлынувшей волне.
Дракон и Ведьма, Ведьма и Дракон, - созданные друг для друга, предназначенные друг другу еще до своего рождения. Когда-то они потерялись, расплелись-разошлись-разлетелись в разные стороны, и каждый из них замкнулся в своем одиночестве, ощущая боль невосполнимой утраты…
Но сегодня вдруг рухнула плотина гордости и непонимания, сегодня они вновь летали вместе, вопреки всем законам, вопреки предсказаньям, вопреки здравому смыслу… А высоко над ними улыбалась чуть похудевшая Луна.

******
Солнечный луч разбудил Ведьму. Первая мысль острой иглой впилась в сознание: было или приснилось? Ответ она нашла сразу в разбросанных по комнате вещах. Быстро-быстро навела порядок, удалив все намеки на реальность прошедшей ночи. Она не стала задавать себе больше никаких вопросов, потому что в этом мире ответов на них не существовало.
- Я сделаю вид, что это был сон, прекрасный сон – сказала Ведьма Кошке, смахнула слезы и шагнула в новый день, без оглядки, надежд и вопросов…
Вспыхнула и перегорела лампочка. Кошка с выражением понимания потерлась о ногу и многозначительно переглянулась с обиженной Метлой…
А где-то там, за сумраком, со счастливой улыбкой проснулся Дракон и послал в мир воздушный поцелуй…

******
Побледневшая Луна лукаво улыбнулась. Из всех участников ночных приключений только она знала, какой конец будет у этой истории, а потому совершенно спокойно пошла на убыль, сознавая, что в этом месяце ей все-таки удалось осуществить предначертанное небесами.

Взмах крыла бабочки 

/ретроспекция/

Телефон ожил: он радовался, что его существование снова было оправдано, что по его электронному мозгу проходили намеки на любовь, стихи, признания, часы свидания, смайлики.  Сердце снова стало ухать от каждой СМСки. Я вынуждена была признаться себе, что вновь попала в плен. Обрубив все завязывающиеся знакомства, я стала жить в ожидании, что вот-вот между нами растает лед, снова вспыхнет то небывалое взаимопонимание, с небес спустится Фея и соединит наши руки со словами: «Будьте счастливы, дети мои, и больше не ссорьтесь!»
Сияя, как медный пятак, я притягивала к себе в тот жизненный период повышенное внимание лиц противоположного пола, но разве мог кто-либо из них меня заинтересовать? Я была счастлива, но для полного счастья хотелось видеть взаимную эйфорию. Он же воспринимал все как должное, и не верил в то, что я «прекрасная незнакомка». Я была в доску своя, я была помощью, привычкой и даже в чем-то инструментом… А я скучала по любви и готова была ради него на все …

История третья. Ужин с вином

Дела последнее время складывались очень удачно. Я наконец-то нашел себе желанное применение. Женский глянцевый журнал с психологическим уклоном предложил приличное вознаграждение в обмен на мое бойкое перо и желание разбираться в тонкостях хрупкой дамской души. Чтобы удача не покидала, надо было задобрить ее, и сегодня я решил отметить свою маленькую победу хорошим вином, изысканной кухней и, возможно, милым знакомством.
Минут тридцать я наслаждался покоем и одиночеством, но с каждым глотком вина все сильнее ощущалась нехватка приятного общества. Я стал оглядываться в поисках подходящей кандидатуры. В углу сидела стайка юных девиц с обнаженными плечиками и неприлично громким смехом. За остальными столиками в основном были романтически настроенные парочки, а еще одно место занимали две томных барышни неопределенного возраста, обводящих взглядом зал в поисках жертвы.
И тут я увидел ЕЕ! Она сидела за барной стойкой, ко мне вполоборота и весело щебетала по телефону. Ее тонкая изящная рука, украшенная тонкой серебряной цепочкой, играла с ножкой бокала, наполненного красным вином. Она показалась мне такой беззаботной, открытой и безумно сексуальной, хотя ее одежда, в отличие от остальных, была очень простой. На ней были джинсы и черная вязаная кофта с длинными кистями. Она понравилась мне вся целиком и с первого взгляда. Я знаю этот редкий тип женщин, Женщин с большой буквы. С ними очень легко найти общий язык, с ними очень легко дружить, но к ним всегда очень трудно сделать первый шаг и … с ними невероятно больно расставаться.
Я любовался ею, и с нетерпением ждал, когда окончится ее  разговор. Когда она положила телефон в сумочку, я подошел к ней:
- Извините, пожалуйста, за мою наглость…
Она с любопытством посмотрела на меня, смерив с головы до ног пристальным и чуть насмешливым взглядом, и приготовилась внимательно слушать… Глаза у нее были удивительные: в них плескались огоньки какой-то ведьминской безудержности, отражалось доброе сердце и искрилась чувственность.
- Знаете, у меня сегодня маленький праздник, - продолжил я, - но в одиночестве празднуется как-то не очень, может быть, вы составите мне компанию?
Без всякого кокетства она улыбнулась и  ответила:
- А почему бы и нет! Мне тоже не совсем уютно одной.
Она села напротив меня, и я наполнил наши бокалы:
- Итак, что же мы празднуем? – поинтересовалась она.
- Я с недавнего времени журналист, женского журнала, сегодня получил свой второй гонорар и похвалу высшего руководства, вот пытаюсь задобрить удачу.
Она очень серьезно посмотрела на меня и констатировала:
- Это очень важно - задабривать удачу. От всей души желаю успеха на вашем журналистском поприще. А знаете, вам повезло, что вы меня встретили, потому что, - она подмигнула и чокнулась со мной, - все, что я желаю, обязательно сбывается!
- Я бы считал себя счастливым, даже если бы вы не обладали таким редким даром. А вы чем занимаетесь? И, кстати мы еще не познакомились, меня зовут Андрей.
- Очень приятно, - Аля.
Мы выпили за знакомство, поболтали еще о каких-то пустяках. Кажется, ее очень заинтересовало, что пишу я именно для женского журнала, потому что она стала выпытывать все подробности моих статей, и то, как я собираю материалы.
Я чувствовал, как у меня потихоньку от вина начинается шум в голове. А может быть, и не от вина: от нее так чудесно пахло и, вообще, она была, действительно, необыкновенная.

- Аля, вы мне все-таки расскажите, чем вы занимаетесь? А то неудобно: такая красивая девушка, а все разговоры обо мне.
- С удовольствием расскажу, только вы всерьез все равно не воспримете.
Я промолчал, выражая готовность поверить каждому ее слову… Тогда она кивнула и выдала:
- Я – ведьма! - в глазах ее снова отразился всполох веселых искорок, и она в ожидании смотрела на меня.
После краткой паузы я рассмеялся, потому что видел, что она и сама всерьез не воспринимает свои слова.
- Вы знаете, Аля, я недавно прочитал статью по этой теме. В мире, оказывается, очень много женщин, которые идентифицируют себя с ведьмами. Очень любопытный феномен. Вы, наверное, удивитесь такому совпадению, но свою следующую статью я хотел написать именно на эту тему. Но почему вы считаете себя ведьмой?
Задавая последний вопрос, я почувствовал, что острота восприятия происходящего притупляется. Ну, елки-палки, было противно, что я так напился, потому что вечерок обещал быть неординарным.
- Андрей, вы не поняли, я не считаю себя ведьмой, я и есть - ведьма.
Ну, хорошо, ведьма так ведьма, и я включился в ее игру. Есть в мире женщины, которым приятно подыгрывать.
- Ну тогда, объясните мне, дураку, чем же Ведьма отличается от обычной женщины.
- Отличий немного, но большинство из них очевидны. Например, - когда вы смотрите на ведьму, даже если она не блещет красотой, то ваше сердце ухает и от восхищения уходи в пятки, - доверительно сообщила мне она секретную информацию.
- Аленька, - ну у вас с внешностью все в порядке, так что это я проверить не смогу. А есть ключевое отличие?
Она как-то тяжко вздохнула, будто ей лень отвечать, но все же пояснила:
- Ведьмы никогда не влюбляются в простых смертных, … или почти никогда.
- Жаль Аля, но если честно, и не надеялся, - я улыбнулся, чтобы успокоить ее.
Скорей всего, это был намек: «Не стоит рассчитывать на большее, чем на разговор за ресторанным столиком». Но я продолжал играть и поинтересовался, отчего это ведьмы так не благосклонные к смертным мужчинам.
- Потому что, когда влюбляешься, взаимность тебе никогда не гарантирована, и всегда велик соблазн просто приворожить человека, а этого делать нельзя, потому что, - она наклонилась ко мне и заговорщицки прошептала – потому что это нарушение кодекса!
Нда, жаль, красивая девушка, но с головой явно что-то не в порядке. Хотя… если получится уломать ее завернуть в гости, то можно и смириться… Я бы не отказался послушать ее жаркий шепот о ведьмах в антураже шелковых простыней. Только, елки-палки, почему я такой пьяный? Вторая бутылка была еще наполовину полной. Аля же, по-моему, была как стеклышко. Где-то я слышал, что на сумасшедших алкоголь не действует...
- Аля, а в кого же тогда влюбляются ведьмы, если не секрет?
Она уставилась на меня, как на полного идиота, пожала плечами и сообщила:
- В драконов, в кого же еще?
Я от души расхохотался, она еще мгновение смотрела на меня, как на недалекого человека, и тут ее смех зазвенел в унисон с моим. Мы долго хохотали, глядя друг на друга, а потом, она, допив свое вино, сказала:
- Андрей, мне было очень приятно познакомиться с вами, желаю вам успехов, а мне уже пора. Она встала, накинула на плечо сумочку и мне стало страшно от того, что я больше никогда ее не увижу, что она сейчас растворится в небытие ночи, что я останусь совсем один без ее сумасшедших историй.
- Подождите, я провожу вас! – просьба эта прозвучала так жалобно, что я сам удивился своему голосу
- О нет, это совершенно лишнее, - торопливо ответила она.
- Аля, я как джентльмен, должен проводить вас хотя бы до выхода, пожалуйста, не отказывайте мне.
Я встал и с ужасом понял, что ноги меня почти не слушаются. Покачиваясь, я взял ее под руку, и кто кого пошел провожать, было не совсем понятно. Я тоже решил уйти, оставаться одному здесь было бы уже невыносимо. Мы вышли в прохладу апрельской ночи.
- Аленька, оставьте свой телефон, я очень хочу вас увидеть еще раз.
- Андрей, дайте мне лучше свой, если будет такая возможность, я обязательно позвоню, - пообещала она.
Хитрая, бестия! Я сунул ей свою визитку и предложил вместе поймать такси.
Она как-то занервничала и ответила, что ее должны встретить там - за углом дома. Мы прошли туда, и по ее нервным движениям, я понял, что она пытается поскорей избавиться от меня. Ну, собственно, чего было ожидать? Такие женщины часто бывают одинокими, но они не бывают одни. Я уже собрался уходить, как вдруг сверху послышался какой-то странный звук, похожий на хлопанье крыльев. Через мгновение из-за спины раздался грубый и укоризненный мужской голос:
- Аля, ты опять с пьяным мужиком, ну, сколько можно повторять…
Я обернулся и моментально протрезвел, потеряв одновременно дар соображать, двигаться и говорить, во рту стало сухо. На тротуаре… сидел… настоящий!!!... Дракон.
Аля, как ни в чем не бывало, подошла к нему, поцеловала в нос:
- Любимый, прости, но ужин опять с вином… - извинилась она, еле заметно кивая в мою сторону.
- Милая, сколько можно объяснять: у меня язва, печень, мне нельзя спиртное! У меня сегодня такая изжога была страшная, пожалуй, лягу без ужина. Давай, пошли домой. Дракон выпрямил одно крыло, и Аля взобралась ему на спину.
А перед тем, как они скрылись в темноте ночного неба, Аля бросила на меня виноватый и извиняющийся взгляд. Больше я ее не видел, но вот уже два года радуюсь двум событиям: что я познакомился с Алей, и что у ее возлюбленного в тот вечер была изжога.

Невозвратимость

/шаги к пропасти/

- Встретимся сегодня? Скучаю!
- Давай, буду готова в 11.
Он приезжал, и запала оставалось все меньше и меньше, причем было это взаимно. Странно,: мы не были ничего должны друг другу, но почему-то не прекращали этих встреч. Я – видимо, от того, что упустила свое равновесие и было страшно остаться без него. А он – потому что у него постоянно были ко мне какие-то просьбы о помощи. Эти встречи, по всей видимости, он расценивал, как повод поговорить о делах или же как  плату за мои услуги… От скуки или же переизбытка гормонов,  он открыл сезон охоты на симпатичных самочек, в чем и был уличен.
Скандалить было глупо и неуместно, а посему, невзирая на лепет «Можно оставить все и так…», я  тихо закрыла за собой дверь, и поставила точку в этой истории. Вслед раздался голос: «Ты всегда все переворачивала с ног на голову, ты так ничего и не поняла…». Еще были чужие витиеватые стихи, подействовавшие на меня, как контрольный выстрел. Сердце больше не смогло загореться, наверное, потому что не осталось у нас ни пламени, ни очага, где его можно было разжечь, да и спички промокли. Радовало одно: сердце осталось и вера, и совсем не было злобы…

История четвертая. Зеленая полоса

Что было делать и как можно было в таком виде предстать перед Верховной?
Ведьма сидела на полу под ярким светом лампы и горько плакала. Белоснежная кошка ходила вокруг нее, и терлась о ноги. Но чем она могла помочь, чем? Позади целый год мучений. Сколько она вынесла, чтобы научиться виртуозно владеть метлой: синяки и ссадины, стертые в кровь внутренние стороны бедер, ужас, переживаемый при крутом подъеме и пикировании… А тонны книг и сотни заклинаний, а попытки изменить сломанные судьбы… А новый плащ, а колье, на которое она угрохала целое состояние, а надежды на то, что сегодня все случится, что сегодня она станет настоящей… Все прахом! Она не полетит сегодня на коронацию, она не будет иметь шанса предстать впервые лицом к лицу перед Верховной и Посвященными… И, вообще, теперь встает вопрос: может ли она претендовать на звание Ведьмы?
Она размазала слезы по щекам и злобно повернулась к метле:
- Ну, что же ты молчишь, мерзавка? Тебе нечего сказать, или ты считаешь, что все в порядке?
Метла, на которой сегодня утром, откуда ни возьмись, появились молодые побеги, плотнее вжалась в угол и еле слышно пробормотала:
- Ну а что тут такого, давай так полетим?
- Таааак? – вскрикнула Ведьма и со злостью швырнула расческой в метлу, - Таааак? Ты что хочешь, чтобы все подумали, что я кикимора??? Ты вообще в своем уме, дура влюбленная???

Она прижала ладони к лицу и снова зарыдала. Метла, чувствуя себя бесповоротно виноватой и ненужной, не знала, куда деваться от своей провинности.
Кошка, наблюдавшая этот спектакль на протяжении целого дня, наконец-то не выдержала и решила взять ситуацию в свои руки:
- Кикимора ты или не кикимора, это мы еще разберемся, а лететь надо! Без метлы ты пока не умеешь, так что придется ехать на такой, какая есть.
Ведьма удивленно посмотрела на Кошку:
- Вам очень хочется, чтобы я выставила себя полной дурой на Главном Событии года? Вы забыли, что сегодня меня могут посвятить в круг посвященных и короновать, а я прилечу на банном венике!!! Вот будет потеха, особенно другие претендентки порадуются, что я так нелепо лишилась короны.
- Милая, - улыбнулась Кошка, - ну разве же Метла виновата, что так некстати влюбилась, - мы же тебе не тычем твоим Драконом, а ты сама помнишь, как пропускала учебу из-за свиданий с ним…
При этих словах Ведьма вскочила, как ошпаренная и по привычке замахнулась на Кошку. В голове вертелись мысли отчаянья: все у нее было не так с самого начала: Дракон – липовый, Кошка – белая, а тут еще и Метла подвела… Но Кошка увидела, что слова ее как-то переломили ситуацию и продолжала:
- Ты пойми, в жизни Ведьмы ничего не происходит просто так, все имеет свой смысл, тебе обязательно надо лететь, и именно там ты сможешь узнать, что значит цветение нашей влюбленной подруги. Может быть, это символ какой-то …
Ведьма с благодарностью погладила Кошку, всхлипнула и подошла к зеркалу. Отражение впечатлило: перепутанные волосы, распухшие от слез глаза, красный нос и пятна на щеках. До начала главного праздника ведьм оставалось 40 минут, лететь 30, значит, – на сборы времени нет. Придется применить колдовство, поверив, что все получится. Зажмурившись, она дунула на свое отражение и, постояв так несколько секунд, медленно открыла один глаз, боясь посмотреть на себя…
- Молодец, получается уже с первого раза - похвалила Кошка. - Переодевайся и в путь!
Ведьма скинула с себя домашний камуфляж, и встала на подоконник раскрытого в ночь окна. Лунный свет окутал ее тело равномерным золотистым сиянием и наполнил энергией неба и полета. Постояв так несколько секунд, она спрыгнула, надела свое колье и новый плащ и скомандовала Метле:
- Ну что, тоска ты моя зеленая, поехали?
Метла молча, но с секундной готовностью взвилась в удобное для хозяйки положение, и через мгновенье их силуэт, промелькнув на фоне полной луны, исчез в молочно-синей выси ночного неба. Кошка, наблюдающая за их полетом у окна, с облегчением вздохнула и свернулась клубком в ожидании возвращения своей непутевой хозяйки. В этот раз сердце ее было спокойным: все должно было закончиться наилучшим образом.
В прошлом году, когда ей отказали в коронации, она месяц ходила злая, жгла лампочки и с расстройства бросилась в объятия предавшему ее существу… Все до сих пор вспоминали этот период с содроганием. Но сложно было тогда ожидать другого исхода: тогда Ведьма жаждала просто признания своего нового положения, но цели никакой не имела, опыта у нее не было, а учиться она не хотела. Этот же год она посвятила учебе и поиску себя. Все свое свободное время, днем и ночью, она читала, зубрила заклинания, каждое полнолунье тренировалась в полете, и к концу года нащупала свое предназначение, закрытое пока для нее, но очевидное уже для близких. Да, в этом году она была достойна короны и кошка в этом не сомневалась, а посему, сладко мурлыкнув, уснула под лунным лучом прямо на подоконнике.

**********
Ветер свистел в ушах, с такой скоростью они неслись по озаренному луной небу за город, к лесному озеру. Вот уже появились всполохи дикого костра, и Ведьма стала снижать высоту, чтобы не промчаться мимо. Метла с молодыми побегами хуже управлялась, но все же им удалось почти без синяков и царапин опуститься к месту Собрания.
Прикрыв Метлу длинной полой плаща, Ведьма шла к возвышению, где стояли Верховная ведьма и Мудрейшие, чтобы поприветствовать их. Сердце замирало, а каждый шаг гулко отдавался в груди бешено колотящимся сердцем. Уже пройдя больше половины пути, Ведьма вдруг осознала, что идет по живому коридору коленопреклоненных молодых Ведьмочек. Она испугалась и заспешила к пригорку. Подойдя, она склонила колено, поцеловала протянутую руку Верховной и кивнула двум Мудрейшим.
Надо было встать, но ноги не слушались, кроме того, она боялась, что метла покажет свое цветущее «лицо».
- Встань, дитя мое, - нежно сказала Верховная, - и подойди к нам. Возьми у нее метлу, - обратилась она к своей помощнице.
Ведьме захотелось при этих словах броситься, сверкая пятками куда подальше, или просто провалиться сквозь землю. Но она лишь послушно выполнила просьбу.

Когда молодые гостьи, прибывшие на коронацию, увидели цветущую Метлу, по их рядам прокатился хохоток, но строгий взгляд Верховной Ведьмы остановил его. Она поставила Ведьму по правую сторону от себя и сказала, глядя поверх присутствующих:
- Итак, в этом году, ты получишь Лунную Корону!
Ведьма почувствовала, что сейчас она потеряет сознание от захлестнувшего ее счастья, на мгновение голос внутреннего ликования заглушил для нее слова Верховной:
-…ты – потомок редкой породы ведьм – пособниц судьбы. Я знаю, что ты наконец-то осознала, что все люди, которые встречают тебя на пути, обретают веру в свои силы и круто меняют свою судьбу. Но если раньше, такое влияние ты оказывала на своих друзей и близких знакомых, и получалось это спонтанно, то с сегодняшней ночи ты получаешь право вмешиваться во все, что посчитаешь несправедливым. Верховная Ведьма взяла с подушечки маленькую серебряную диадему, инкрустированную лунным камнем, и хотела уже надеть ее на преклоненную перед ней голову Ведьмы.
Мудрейшие переглянулись между собой с ироничной ухмылкой, одна из них шепнула другой: «Помощница судьбы выискалась, две семьи за год разбила и не воспользовалась победой…»
Главная услышала этот шепоток и обратилась к Ведьме:
- Две разбитых семьи? И это правда? – приподняла она бровь, изображая недоумение.
Ведьма кивнула, виновато опустив голову, понимая, что теперь для нее все кончено и уже навсегда…
- Две семьи говорите, ну что же, давайте заглянем в момент встречи мужчин с ней (она указала на Ведьму), на их развилки судеб и будущее четырех людей.
Перед ней появилась большая книга, в которой алым загорелась пульсирующая точка и вот две линии потянулись в будущее из этой точки в разных направлениях. Марина и Андрей – догадалась Ведьма. Следующая точка загорелась у Марины такой яркой вспышкой, что все вокруг зажмурились – так сияет только любовь между двумя половинами. Значит, через два года Марина встретит свою настоящую Любовь, которой бы она была лишена с самовлюбленным Андреем. Ветка же Андрея тянулась, сияя ровным холодным голубым светом, и потом вспыхнула зеленым огнем: огромное богатство и слава, к которым он так стремился, ждали его через 4,5 года. Но наличие постоянной женщины рядом не позволило бы Андрею сосредоточиться на достижении своей цели.
Затем Верховная Ведьма перевернула страницу Книги Судеб. Вновь загорелась пульсирующая точка, от которой разошлись две линии жизни: Ольга и Максим. Линия Максима, дойдя до определенного момента, вспыхнула, запульсировала и, приобретя сияние любви, направилась по направлению к удаляющейся линии Ольги. Объединившись, они превратились в яркую вспышку истинной любви. Так Ведьма поняла, что зажгла в давно существующей без любви семье настоящие чувства, словно открыла им глаза друг на друга.
- Есть еще вопросы, желание поклеветать, предложения и протесты? – уточнила Верховная у присутствующих.
Но все торжественно молчали. Главная водрузила лунную корону на голову Ведьмы, надела на указательный палец левой руки перстень с лунным камнем, поцеловала и шепнула на ухо: «Останься после торжественной части на пару минут».
****************
Как короновали пятерых остальных счастливиц этого года, Ведьма видела, словно в тумане, она бродила среди деревьев, прислушиваясь к внутреннему голосу. Но ликование в душе сменилось такой усталостью и отзывалось странной болью и серьезностью. Стало очень одиноко, словно не корону на голову надели, а сердце вынули. В который раз она ощущала за последние два года эту пустоту в сердце и страх за собственную судьбу? Путаясь в этих мыслях, она дошла до озера и уселась на камень, опустив ноги в воду. Думы, думы, Максим и Андрей: вот значит, как все получилось… А ведь она поверила, что счастье и любовь возможны, а оказалось, что ни тому, ни другому она не была нужна, она лишь направляла их судьбы в поисках самих себя… А она все же надеялась, что Макс вернется, но – страсть к ней переродилась в любовь к той, которая была рядом всегда. Да, его жена – не самое нежное существо, раньше она жаждала от Макса только денег и жизненного комфорта! Только теперь Ведьма уже не имела права ее осуждать: пособница судьбы, древняя Парка и не меньше. Да это, безусловно, льстило. «Но что же дальше, что же будет со мной? Значит, сама я не имею права на счастье? На любовь? На мечты? Я всего лишь указующий дорогу перст…». Мысль побежала дальше, затрагивая самые болезненные струны души, она вспомнила Дракона, который оказался…
- Грустишь? – раздался за спиной мягкий голос Главной.
- Нет, что вы – улыбнулась она, оборачиваясь, - как же можно, ведь я теперь Настоящая Ведьма, Посвященная, мой путь определен, и Вы надели мне Лунную Корону, я счастлива.
Верховная села рядом и немного помолчала.
- Знаешь, девочка моя, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь… Твой путь не из легких, я помню свою ночь коронации, помню, как рвалось мое сердце от понимания собственной сути и страха перед уготованным мне путем – Ветра-разрушителя Иллюзий, но это временно… Я знаю, что ты мне сейчас не поверишь. Время, только время закружит тебя своим водоворотом, вернет блеск в глаза, и ты забудешь обо всем плохом и сможешь поверить в будущее и в себя…
Они помолчали, потом Главная уже более деловым тоном добавила:

- Метлу мы у тебя заберем, с ней уже поговорили, она согласна, новые побеги посадят в землю – это ростки, из которых сделают новые метлы для самых достойных. Мне только нужно твое согласие на процедуру.
Ведьма вздрогнула, представив, как разберут на веточки ее Метлу, ее первую Метлу, как вернется она домой без нее, но, взяв себя в руки, ответила:
- Я не против, я уже привыкла, что у меня отнимают все то, что я тщательно выбирала, к чему годами примеривалась и привыкала, все то, что я любила и чем была полна: мою природу, моего мужчину, мою метлу, мою судьбу, меня прежнюю…
Она больше не могла сдерживаться,  и жалость к себе покатилась по щекам солеными горячими струйками.
- Глупая ты еще и очень нетерпеливая, - ответила ей с грустной улыбкой Главная. - Ты пойми, что, когда теряешь что-то горячо любимое, то взамен получаешь несоизмеримо больше, для этого лишь нужно не жалеть об утрате и никогда не подставлять вторую щеку. А насчет мужчины и судьбы, разве же можно у судьбы отнять судьбу? Значит, то была не судьба или же ты просто неверно все воспринимаешь, но это для тебя пока слишком сложно… Сходи, попрощайся с Метлой, одну из веточек посади возле ее любимого, она тебе скажет, где именно… На сегодня все, увидимся через год.
И Верховная стала растворяться на фоне светлеющего неба.
- Постойте, - спохватилась вдруг Ведьма, - а как я доберусь домой???
Удаляющийся голос прокричал:
- Тебе для этого уже не нужна метла! До встречи через год…

****************
На заре Ведьма вернулась домой, держа в руках веточку с молодыми побегами.
- А где…- хотела задать вопрос Кошка, но увидев корону на голове хозяйки, с восторгом прогнула спинку и поздравила.
 – И кто же ты? – поинтересовалась она.
Ведьма, гордо уперев руки в боки, радостно сообщила:
- Помощница Судьбы!
- Ух ты, не слАбо! – присвистнул белоснежный комочек. - Что ж, поздравляю, Ваше положение обязывает, мисс! А как же Метла?
- Из нее вырастут деревья, из которых сделают метлы для самых-самых. А эту веточку мы посадим рядом вооон с тем молодым дубом.
Кошка подмигнула ветке и потерлась о ногу хозяйки:
- Только ты сначала поспи, да и подружка наша пусть успокоится, завтра встретятся с любимым. Ведьма согласно кивнула и, не снимая с головы короны, упала в заботливо приготовленную Кошкой постель.
**********************
Сплетенные воедино лучи восходящего солнца и угасающей полной луны разбудили чему-то улыбающуюся во сне Ведьму. Она сладко потянулась, вспоминая события ночи и яркий сон о собственном счастье…
- Ну, вот ты и попался, - шепнула она, - от Судьбы не уйдешь! И впервые выпив чашечку не сваренного, а по щелчку пальцев приготовленного кофе, посадила во дворе новое дерево. А впереди был день, посвященный перекройке собственной Судьбы. Ведь нельзя было допустить, чтобы чужие успехи, любовь и счастье, причиной которых она станет, отзывались болью в собственной опустошенной душе…

День сурка

/хождение по замкнутому кругу/


Новая точка возврата была иной. Все, что происходило дальше, совсем не было похоже на предыдущие возвращения. Я видела добрый блеск и восхищение в его глазах, я видела, что я вновь заняла то место в его жизни и в душе, какое занимала там и раньше. Но, увы, место это уже было не единственным, вернее, я была не единственной, занимавшей место в его душе и в его досуге. Натыкаясь на следы этих фактов, я кусала губы, и уговаривала себя: «Но любит-то он тебя». И еще какой-то внутренний голос увещевал, что в этот раз мы воссоединились навсегда. Слово «навсегда» вселяло надежду, но и жутко пугало, поскольку навсегда вернулся не только он, но и его новый стиль жизни и его совершенная новая позиция по отношению к миру. Внутренний голос, твердящий «навсегда», вселял уверенность, что можно бороться с тем, что меня не устраивает, но я молчала и считала, что добьюсь своего мудростью. А мудрость никак не хотела становиться стабильной чертой моего характера. Я знала, что со мной день ото дня становится все тяжелей. И скрывая истинные причины своего плохого настроения, я не могла скрыть само это настроение. Он заводился от непонимания причин моего хмурого лица. И долго сдерживаемые потоки обиды, отчаянья и невозможности что-то изменить прорвали плотину моего молчания и спокойствия. Были слезы, были разговоры, были уговоры и укоры, было расставание, было прощание, было прощение, была встреча, был день, наполненный светом, и была ночь, наполненная слезами и страстью. И все это повторялось, и повторялось, и повторялось, пока я не поняла – или я откажусь от него навсегда, или приму его с  его новыми недостатками.
Мы зеркала, мы ходим по замкнутому кругу, ситуация воссоздается вновь и вновь, и в ней почти не остается места для вариаций. Только вот в данном случае эта повторяющаяся история никак не хотела становиться ни комедией, ни фарсом. Отношения срастались, и срастались неправильно, и какой-то небесный доктор прописывал ломать и сращивать заново, а вот привыкнуть к этой дикой боли не получалось. И, в конце концов, каждый из нас решил излечивать свою душу и искать путь к счастью и покою в одиночку.  
И пошли мы каждый по своей дороге, походкой человека, перелом которого все же сросся не верно.
 Хорошая штука – костыли, но чувствовать себя полноценным, опираясь на них,  сложно.


История пятая. Щепотка волшебства.

Вальпургиева ночь не состоялась, и произошло это впервые за всю историю ведьм. А виной всему было полное отсутствие Луны на небе. Молодые ведьмы, ожидавшие коронации, вынуждены были забыть пока о посвящении, поскольку лунная диадема без Луны не смогла бы обрести свою силу. А опытные ведьмы, повидавшие всякое за свою многовековую жизнь, и рискнувшие все же по безлунному мрачному и дождливому небу   прилететь на место Главного События года, задавали вопросы и предъявляли претензии Верховной Ведьме и нескольким Посвященным Первого круга.
Кое-как разрядив обстановку, Мелисса – Верховная Ведьма, которая в этом году отвечала за организацию праздника, - отправилась на поиски причин происходящих с Луной проблем.

*****
Луна не появлялась на небе уже два месяца. Верней, появлялась не в том виде, в котором ей можно было бы предъявить какие-то иски за несбывшееся предсказание. Короче, два последних месяца она была просто невменяема: то выскочит полновесной на два дня, то тут же превратится в узкую изогнутую полоску, то запропастится на наделю. Понять ее было можно: впервые не сбылось ее пророчество, не удалась ее ворожба. И Луна запила, как самый горький пропойца…
Ведьма же сидела на подоконнике и, отчаявшись добиться ответа, просто пила с Луной за компанию. Длинноногий фужер с широким раструбом, наполненный мартини, искрился в бликах призрачного света фонарей гораздо ярче, чем глаза Али, которые отчего-то потеряли свой дьявольский блеск.
Мысли ее ходили по какому-то замкнутому кругу, замыкаясь в жалости к самой себе. Метлу отобрали, с Луной разговор не клеился. Та на все вопросы или отвечала невнятным мычанием, или же уходила за тучи, чтобы выйти оттуда еще более невменяемой. Ведьма не очень женственно икнула, дернулась и опрокинула фужер и тут же на удивление легко спрыгнула с подоконника, чтобы собрать осколки. Она порезала палец, и жалость к себе кольнула еще острее: нет больше белоснежной Кошки, которая стала бы ворчать, уговаривать, защищать, спорить и хамить, а потом улеглась бы рядом теплым мурлыкающим и ласковым комочком… Нет больше Дракона: слишком много человеческой крови было намешано в его жилах, чтобы он жил, по законам древнейших обитателей земли.  
Ведьме казалось, что она осталась одна во всем мире.
Пока она возилась с осколками, послышалась истошная песня «Отцвели уж давно…». Аля посмотрела на небо, глотнула неразбавленный мартини прямо из бутылки, и тихонько стала подпевать круглолицей наперснице «Хризантеееемы в садууу».
- Мартини? Отличный способ борьбы с проблемами! – послышался мелодичный и одновременно насмешливый голос со стороны окна.
Аля вздрогнула – не часто гости заходили к ней через окно восьмого этажа. Она повернулась: на подоконнике, в обнимку с видавшей виды метлой сидела Мелисса – Верховная Ведьма, посвятившая когда-то ее саму в круг Посвященных и короновавшая ее лунной диадемой.

- Ну и по какому поводу у вас тут такой междусобойчик? – поинтересовалась гостья.
Ведьма смущенно опустила голову, радуясь, что в темноте не видно ее заалевших щек.
- Да, так, вот решили… Почему бы и нет… - спутано пояснила она обстановку и неловко развела руками.
- Нда-а-а,  девушки, - а вы не в курсе, что вчера впервые за всю историю земли отменилась Вальпургиева ночь?
При этих словах Луна ненадолго выглянула из-за тучи, мучительно икнула и вкрадчиво спросила:
- Да??? А почему, хотелось бы узнать…
- А ты не догадываешься? – злобно сверкнула глазами на нее Мелисса.
Диск Луны смущенно превратился в дугу новолуния, несколько покраснел, и по небу отчетливо разнеслось смущенное пыхтение.
Пауза длилась, становясь все более густой и гнетущей, а потом возмущенный голос Мелиссы разрубил тяжкое молчание:
- Ты меня извини, что я так по-свойски и без уважения. - Обратилась она к Луне, к которой ведьмы обращаются всегда исключительно на «ВЫ» и только по важным вопросам. - Я не могу понять причин твоего запоя и безобразного поведения. Кто мне объяснит, почему  я как юная и неопытная девчонка должна разводить руками, краснеть и отчитываться перед ведьмами всего мира, и вешать им на уши лапшу о важнейших причинах исчезновения Луны.
Мелисса уперла руки в боки и недобро всматривалась в лихорадочно пульсирующую Луну, ожидая от нее ответа. А та, помолчав, взяла и спряталась за тучи…
Тогда гостья повернулась к Але и задала вопрос ей:
- Может, тогда ты мне объяснишь, что заставило вас на пару пить и отказаться от участия в ежегодном важнейшем событии?
- Пророчество не сбылось, - объяснила Аля и виновато опустила плечи.
Мелисса вновь обратила икрящийся взгляд в небеса, который, казалось, способен высекать молнии.
- А ну, выходи! Или я сама сейчас подойду! – припугнула она Луну.
Краешек ведьминого светила показался из-за тучи с готовностью отвечать на вопросы.
- Итак, не сбылось пророчество, а с чего ты взяла, что ты имеешь право что-то пророчить? - негодовала Мелисса.
 - А ты – обратилась она к Ведьме, - с какой стати веришь в эти пророчества? И вообще, что там тебе наобещали?
Она ехидно прищурилась, переводя взгляд с одной на другую:
- А я вот сейчас угадаю: она тебе сказала, что Дракон вернется и уже навсегда!
Аля кивнула.
-А ты ей поверила?
Аля совсем съежилась от тона Мелиссы и утвердительно вздохнула.
- А ты вообще знаешь, что Луна – это не гадалка, не ведьма, не экстрасенс? Ты хоть курс астрономии вспомни, если забыла, что Луна – это спутник земли и светило, будоражащее раз в месяц глупых людей и дающее силу ведьмам. Все. Точка. Нет у нее больше других функций!
Мелисса хотела сказать что-то еще, но уловила, что взгляд Али стал более осмысленным, а на ее глаза навернулись слезы, и она жалобным и уставшим голосом протянула:
- Мелисса, я прошу тебя, не нужно так, - мне очень тяжело. Я ей поверила, поверила всем сердцем, я жила этой верой, жила и ждала, дарила людям счастье, работала вдохновенно с их судьбами, потому что верила… А потом… потом оказалось, что все это - не судьба.
И Аля, закрыв лицо руками, горько зарыдала. Смотреть на нее спокойно, наверное, не смог бы даже булыжник, дрогнуло сердце и у Верховной Ведьмы. Она нежно прижала к себе Алю,  и немного успокоив ее ритмичными поглаживаниями, усадила на стул, а сама села напротив.
Несколько минут она молчала, давая Але время прийти в себя и успокоиться окончательно. А сама задумалась о том, за что дается некоторым ведьмам вот такая дикая любовь, которую можно сравнить лишь с ходьбой по острым лезвиям ножей. Кем и за что она дается: в наказание или в награду? И почему такая избранница несет эту любовь через всю жизнь, через весь свой длинный ведьмин век – одну единственную, без права на другой более спокойный путь… Прокляты или избранны те ведьмы, любовь которых крошит горы в песок, иссушает моря, стирает с лица планеты целые континенты и сбивает с орбиты небесные светила???  Она вспомнила, как 247 лет назад она сказала свое ведьмино «Свободен» с совершенно трезвым разумом, и как подкрепила свои слова древнейшим ритуалом, закрывшим ей путь к ее любимому навсегда. И ей стало больно так же, как и тогда, и очень захотелось, чтобы эта девочка не повторила ее судьбу. И чтобы Аля и ее Дракон не носились в бестолковой суете по небу на протяжении тысячелетий, пытаясь скрыть от мира свою боль и желание вернуть прошлое, чтобы исправить в нем один единственный неверный шаг.

Выпутавшись из этих мыслей, Мелисса вновь вернулась к разговору.

- Не судьба говоришь. – задумчиво повторила она последние Алины слова, и достав из складок плаща какой-то пухлый фолиант, она включила торшер и поманила к себе зареванную колдовскую Джульетту.
- Закрой глаза и вспомни все ваши ссоры, обиды, свои самые-самые темные мысли, как ты хотела ему отомстить, как ненавидела его. Сосредоточься и вспомни все, все свои эмоции!
Аля послушно закрыла глаза и с некоторым удовольствием стала перебирать в мыслях свои болезненные воспоминания. Шли минуты, в комнате стояла дикая тишина.
- Ну что же, хватит, открывай глаза, - приказала Мелисса.
И она распахнула перед лицом Али книгу на зеркальной странице.
- Это зеркало судьбы, - пояснила она, - вглядись в свое будущее.
И Аля увидела себя все в той же темной комнате, все так же сидящей на подоконнике с фужером мартини в руках. Рядом крутился огромный белый кот и смахивал с ее щеки слезы. Глаза у  той, будущей Али, были полны боли и злости. В надежде поискала она взглядом по комнате следы присутствия Дракона – но их не было. Она оторвала отрешенный взгляд от зеркала и безнадежным шепотом сообщила Верховной Ведьме:
- Я была права, не судьба…
Мелисса улыбнулась:
-  Постой, это еще не все! Вспомни теперь о том, что вас связывало когда-то, вспомни ваше знакомство, ваши самые светлые дни, когда вы дарили друг другу радость, а чужая зависть, боль и отчуждение еще не подкралась к вам. Сосредоточься на этом, воссоздай в мыслях все запахи и звуки вашего общего счастья!

Аля выполнила и эту просьбу. Она вспомнила тот холодный день, когда они впервые встретились, каким смешным он показался ей сначала, но от него веяло тем теплом, ощущения которого она искала всю свою жизнь… Потом на память пришел кузнечик в банке: такой подарок сделал ей Дракон на одном из свиданий. Пришли воспоминания о прогулке по осенней листве, о полетах под теплым дождем, о скамейке, на которой они в обнимку пили самогон из хрустальных фужеров… Столько милых, нелепых, теплых родных воспоминаний за мгновенье пронеслись в ее памяти. На лице ее появилась улыбка, а вокруг головы заструились яркие светлые лучики.
Мелисса, глядя на это преображение, тоже расплылась в улыбке. Она дала ей насладиться этими радужными воспоминаниями, а потом вновь поднесла ей к лицу зеркало судьбы.
Аля вгляделась в мутную страницу и увидела огромный белый дом, освещенный яркими солнечными лучами. На пороге дома стояла маленькая белокурая девочка с тарелкой вишни. Она кому-то радостно махала рукой и улыбалась, и тут к ней «в кадр» подошли мужчина и женщина. На женщине - белое платье в горошек, а мужчина в клетчатой рубахе и шортах. Они сели на корточки перед девочкой, а та стала кормить их спелыми ягодами. Затем зеркало сменило ракурс, и Аля увидела три счастливых лица, перепачканных ягодным соком: свое, Дракона и этой маленькой девочки – их дочери.

По щекам Али заструились слезы счастья, и удивленно расширив глаза, она дрожащим голосом спросила у Мелиссы:
- Но как это?
- А как это, когда Ведьма – повелительница судьбы, говорит «не-судьба»??? Твое будущее, так же как и будущее любого живого существа сформировано твоими мыслями и взглядом на мир, и ожидание того, к чему ты внутренне готова.
Если ты приготовишься ко лжи, обману, и обидам, - именно они и поведут тебя по той линии, где ты будешь в счастливом одиночестве упиваться слезами и болью. Но как только в твоей душе появится светлый луч, позволяющий тебе если не забыть, то хотя бы простить все те обиды, которые тебе причинили когда-то. Вот тогда этот робкий солнечный лучик превратится в светлый поток ярких и радостных событий, о которых ты мечтала, и без которых не можешь чувствовать себя цельной и счастливой.
Аля слушала очень внимательно, изо всех сил стараясь поверить, а потом вдруг спрыгнула с кресла как ошпаренная со словами:
- О, черт, там же борщ варится!!! - и понеслась на кухню.
Кастрюля борща весело пыхтела на печке, расплескивая вокруг себя малиновые брызги. Аля сняла кастрюльку с плиты и повернулась к гостье, вошедшей вслед за ней.

- Ну, что же, девочка моя? Как настроение? – спросила Верховная Ведьма.
- Спасибо, тебе, уже легче! - и указав на кастрюльку борща, пообещала:
– Позову его завтра в гости на обед!
- А вот это верно! – и Мелисса одобряюще потрепала ее по подбородку. - Кстати, налей-ка мне за это решение своего мартини, да полечу я. Поздно уже!
Аля выбежала в комнату, а Мелисса тем временем достала с пояса какой-то мешочек, похожий на кисет, вытащила из него щепотку светящейся пыли и, воровато озираясь по сторонам, бросила это нечто в кастрюльку.
С неба послышался глуповатый смешок Луны.
- Цыц – шепнула Мелисса, - и как ни в чем не бывало, уселась в кресло в ожидании хозяйки дома.
Выпив за веру в счастье и во власть Ведьмы над судьбой, Мелисса спешно собралась и чуть покачиваясь, выплыла в окно. Лицо ее показалось Але каким-то озабоченным и несколько виноватым, но внутри полыхал жар новой надежды, и она решила не обращать внимания на мелочи.

****
Пока ведьмы разговаривали, серые тучи, закрывавшие все небо, пролились прохладным освежающим дождем, который привел в чувство Луну. И теперь она ярко освещала землю, небо и летевшую по нему захмелевшую Мелиссу.
И если бы мы поднялись ближе к Мелиссе, то услышали бы, как недовольно она бормочет себе под нос:
- Нельзя-нельзя, кодекс-шмодекс, хватить уже им без толку носиться по небу…Для хорошего дела – даже если нельзя, то можно.
Луна саркастично вторглась в этот монолог:
- Ага, кодексы ведь писали не для Верховных ведьм, им-то можно всегда поступать по-своему!
На что Мелисса запальчиво выдала:
- Кодексы писали тысячи лет назад, потом пока переписывали, еще сто раз все попутали, а на дворе, между прочим, двадцать первый век, и все эти кодексы – сплошные предрассудки. А тут видишь, какое дело: такая любовь на земле раз в тысячу лет бывает, нечего уже нервы мотать друг другу, да это и не приворот, а так… ну просто – чтобы ему легче было решение принять. И чуть подумав, добавила: Верное решение…
Луна иронично хмыкнула:
- Ну-ну, мели, Емеля…
Мелисса злобно плюнула в сторону Луны и угрожающе прошипела:
- А ты пожалуйся на меня, а мы потом на разборках тему поднимем, отчего это вальпургиева ночь не состоялась…
Луна ретировалась за тучу, а выскочив оттуда через две минуты, вежливо поинтересовалась:
- Тебе дорогу хорошо видно, или поярче посветить?
Мелисса весело от души и совершенно по-ведьмински расхохотавшись, взвилась стрелой вверх, а потом со свистом спикировала к крыше своего дома. С чувством выполненного долга она упала на кровать и заснула со счастливой улыбкой. А во сне ей снилось, как ее Старая Наставница перемешивает какие-то травы, чтобы отменить ее роковое решение, ее страшное слово «свободен». Во сне у Наставницы было недовольное лицо и себе под нос она бубнила: «Ох, молодые и горячие, наломают дров из-за ерунды. Нет бы, подумать, прежде чем что-то сделать. И мучаются потом веками. А Атлантида-то вам, Атлантида, чем помешала, глупые». А в уголках глаза у ведьмы-старушки улыбались лучиками хитрые морщинки.
***
Звать его на обед не пришлось, сам залетел - по делам, а Аля предложила ему пообедать: чистые белоснежные салфетки, отчищенное до блеска серебро, голубые соусники, свежий хрустящий хлеб, ароматный наваристый борщ с каким-то удивительным, можно даже сказать, волшебным вкусом и лучистый взгляд. Он ел и чувствовал, что в него будто кто-то вливает новые силы. Он смотрел на свою Ведьму и не мог поверить, что столько времени они были чужими! И как он ни силился, не мог вспомнить ни одной причины, по которой они расстались. Поев, он поблагодарил ее, дежурно поцеловал, украдкой вдохнул запах ее волос и... ушел…
А ночью Аля не спала: чуть только затеплившаяся надежда медленно умирала в ее душе, она пыталась писать стихи, хваталась за какие-то книги, но в голове была одна мысль: «Он ушел, и нет у них никакого будущего». И вдруг, внутри нее какой-то голос отчетливо произнес: «Вытри слезы и высморкайся, он вернется, вернется в июне, вернется навсегда…».
Чей это был голос, Аля так и не поняла, но отчего-то поверила и стала жить спокойно без ожидания, а в твердой уверенности, что все идет именно так, как надо.

***
Июнь подходил к концу, и Аля все реже и реже вспоминала об этом предсказании, сделанном неизвестно кем и для чего. А в последний день июня она поняла, что это был ее  собственный внутренний голос, ее личная попытка самоутешения, ее личная иллюзия и сплошной самообман. Тяжело вздохнув, и решив окончательно и бесповоротно не верить в чудеса и предсказания, она накинула плащ и взгромоздилась на новую метлу.
- Хватит уже иллюзий! – сказала она себе. – Пора жить так,  чтобы приносить миру хоть какую-то пользу. И когда она ступила на подоконник, чтобы в полете зарядиться энергией деятельности, то лицом к лицу столкнулась с Драконом.
- Привет! – улыбнулся он.
- Привет, - выдохнула она и присела: ноги подкосились от неожиданности, а руки предательски затряслись.
- А у меня для тебя подарок, вот прилетел, показать…
- Показывай, - еле слышно ответила она.
- Лететь надо, его так не покажешь.
Она без слов отбросила метлу в комнату, обняла его за шею, и так они стояли уткнувшись друг в друга, пока каждый не почувствовал на своем плече влагу. Дыхание Ведьмы сбивалось с ритма от душивших ее рыданий, и глаза Дракона отчего-то тоже были красными.
Отдышавшись, они взвились в небо навстречу легкому летнему ветерку. Куда они летели, Ведьма не спрашивала, она полностью доверилась ему и впервые в жизни не хотела поступать по-своему, спорить, что-то доказывать и выяснять. Потом Дракон завязал ей глаза шелковым платком, а когда они оказались на месте, он бережно опустил ее на мягкую влажную траву и снял с глаз повязку.
Огромный прекрасный белый дом, убаюканный лунным светом, купался в облаках огромного вишневого сада и манил к себе, приглашая войти внутрь.
- Что это? – вопрос Ведьмы будто разбудил это маленькое королевство, и в доме одна за другой, зажглись лампочки.
- Я построил дом… для тебя… для нас, - ласково ответил ей Дракон… - Если ты захочешь.
Она молчала, ее била дрожь, дыхание, казалось, вот-вот оборвется, и она поняла, что вот оно счастье. И почувствовала, что сейчас она задохнется и умрет, но умрет совершенно счастливой…
- Ты согласна? – повторил Дракон вопрос, обескураженный ее молчаньем.
Ведьма упала …

*******
Очнулась она лежащей на кровати, мягкой, как облако, а Дракон целовал ее глаза, губы, щеки, и гладил ее по голове. Судя по розовеющему небу, без сознания она пробыла довольно долго, но слова все так же не шли… А он, увидев, что она пришла в себя, облегченно вздохнул. И в этом вздохе она услышала слова «Прости меня», в которых было столько боли и раскаянья, что все струны всех судеб мира натянулись и отозвались ответной просьбой о прощении.
Вздрогнула вселенная, отзываясь на их прозвеневшие в унисон слова «Я люблю тебя», и родилась на небе новая Звезда, а над их домом соткалась необычайно яркая тройная радуга.

Запах спелых вишен

/Интроспекция/

Говорят «От судьбы не уйдешь», а еще  говорят «Чудес – не бывает»… Я ненавижу догмы, пословицы и поговорки, в которых застыла мысль мудрецов, почивших сотни лет назад, а люди до сих пор повторяют чужие слова, возводя их в ранг непререкаемых истин. Но это личное дело каждого, речь не об этом. Судьбу нельзя изменить? Бред! Бред полный, окончательный и бесповоротный. Нельзя изменить не-судьбу, судьба же – материал гибкий и пластичный, как глина.
И когда ты идешь по пути собственного Дао, от невинной девочки к своей первой любви, от любви к первому потрясению, от потрясения к ведьминской сути, а от нее к своему счастью и гармонии -  главное! на этом пути слушать лишь собственный голос и уметь верить ему. И если все вокруг, твердят «такого не прощают» - можно ли верить этим словам, которые идут от чужого разума, если сердце кричит «Я хочу попробовать снова». Возможно, что ты ошибешься и станет больно, возможно, что именно этот шаг тебе и принесет постоянно ускользающее счастье.. Но ты не узнаешь, чем все закончится, пока не поступишь так, как велит тебе сердце.
А сейчас я заканчиваю эту историю, потому что сидя у окна, выходящего в сад, я вижу, как мой Дракон и наша белокурая девочка уже набрали большую чашку вишен и моют из шланга и их смех вплетается в радужные брызги воды. С минуты на минуту вся эта кутерьма прикатится в дом, в комнату, где сижу я.  
Но у меня есть еще пара минут, и я успею раскрыть один маленький секрет.
На пути своего Дао важно найти себя и поверить себе настолько, что нужда изменять этот мир, свою суть  и людей,  живущих рядом,  пропадет. Ведь для счастья нужно отнюдь не признание твоей правоты в каком-то вопросе, не деньги, не статус, а лишь вера в чудо и благодарность за то светлое, что уже было в прошлом. И именно в миг понимания этой простой и сложной истины мир превращается в волшебное место, над которым в любую погоду сияет радуга, в Мир, под названием Любовь, где глаза всегда блестят, а мы обладаем величайшим счастьем – быть собой, являясь частями единого целого…

Новосибирск, 2009 год

Татьяна Лукьянова