Получать новости по email

Страничка из дневника

Страничка из дневника - Элина Лисовская



За окном прочно обосновались холода. Зима в самом разгаре. Признаться, я этому очень рада, несмотря на то, что руки и ноги коченеют после пары-тройки минут ожидания транспорта, а воздух обжигает горло.

Когда я собираюсь уходить на работу, Тишш с трудом сдерживается, чтобы не покрутить лапой у виска: дескать, мыслимое ли дело – в такой мороз и на улицу?! Вместо того, чтобы найти теплое местечко, свернуться калачиком, прикрыть лапой нос и спать, спать, спать.… Не могу сказать, что мне не нравится кошачий взгляд на зиму. Но работу еще никто не отменял.

Повсюду снежные горы, сугробы местами даже мне по пояс. Такое я только в детстве помню. И последние годы, шлепая по раскисающей грязи, я все просила мысленно то ли матушку-природу, то ли Великую Бесконечность о том, чтобы вновь вернулась та самая зима из детства, когда деревья были словно обсыпаны сахарной пудрой или залиты сахарной же глазурью; когда я, маленькая девчонка, с восторгом забиралась в непролазные сугробы, воображая себя отважным первопроходцем; когда мы лепили снеговиков, строили горки и снежные крепости, с азартом кидались снежками; когда мы делали кормушки для птиц и радовались чирикающей, щебечущей братии, клюющей семечки и крошки; когда на ветках сидели пушистые снегири, чьи грудки напоминали восход зимнего солнца. Когда мир держал меня на своих ладонях и был таким огромным, обещающим удивительные чудеса, бесконечное счастье и головокружительные тайны. Когда я так остро, пронзительно, ярко ощущала его во мне и себя в нем…

Когда была жива бабуля, в нашем доме часто бывали гости. Не скажу, что у бабушки был легкий характер, отнюдь! Но при этом была в ней та искра, та энергия теплоты, которая делает человека душой компании. Каждые выходные наш дом наполнялся ароматом пирогов, шанежек; часто делались вареники или пельмени со всевозможными начинками, в приготовлении которых принимала участие вся семья, включая нас с сестренкой. Мама и бабуля шли в магазин, тщательно выбирали мясо. Дедушка и папа отвечали за фарш – мясо не просто перемалывали в мясорубке, а рубили в специальном деревянном корыте сечкой, добавляли лук, соль, перец, воду. И, смею заверить, такого вкусного фарша не купить ни в одном магазине…

Бабуля замешивала тесто, а я, как завороженная, следила за ее руками. Мне казалось это волшебством: берешь одно, другое, смешиваешь, и получается что-то совершенно новое, необычное, тянущееся… Из чего потом получается такая вкуснотища! Иногда бабуля давала помесить и мне. И тогда восторгу моему не было предела. Силы в детских руках не так и много, и я промешивала тесто кулачками. Наверное, это очень забавно смотрелось со стороны.

Потом мама и бабуля раскатывали большущие лепешки, а мы с сестренкой стаканчиками вырезали кружочки; старательно повторяя за взрослыми, маленькими ложечками накладывали начинку, тщательно защипывали края и выкладывали пельмени рядами на доску, посыпанную мукой. Иногда бабуля давала нам задание пересчитать, сколько пельменей наготовили. И этим уже занималась я – сестренка ведь еще не ходила в школу…

Когда фарш заканчивался, а тесто оставалось, бабуля раскатывала его и обжаривала на сковороде. А я описывала рядом круги, как лиса у курятника, чтобы успеть ухватить самую первую, обжигающе-вкусную лепешку…

На огонь ставилась большущая кастрюля, в кипящую воду засыпались пельмени, доставались приправы: сметана, молоко, разведенный уксус, горчица, хрен… Кстати, горчицу и хрен делал дедушка. Ох, и ядреные они получались! И вкусные.

Или так же всем семейством пекли пироги и пирожки. Много-много, с рыбой, мясом, луком, рисом и яйцом, вареньем. А еще бабуля обязательно пекла вкуснейшие булочки с корицей и сахаром. Мне поручали вилкой взбивать в металлической кружке яйцо, а потом бабуля выкладывала пирожки или пирог на противень и мы с ней или с мамой окунали специальные куриные перышки в сбитое яйцо и тщательно смазывали пироги. А потом ставили в духовку. И пироги получались румяными, золотистыми. И дом пропитывался изумительным ароматом печева.

Часто, просыпаясь на следующее утро ни свет ни заря, мы с сестренкой, стараясь не шлепать по полу босыми ногами, пробирались на кухню, чтобы стянуть несколько булочек и быстренько вернуться с ними к себе «в норку», под одеяло. Почему-то именно эти булочки казались самыми вкусными.

А к вечеру часто собирались к «тете Ане на пироги/пельмени» родные и соседи. Пели песни, делились новостями, советовались, грустили и радовались. Засиживались дотемна. А когда расходились по домам, бабуля всегда давала гостям пирогов «на дорожку».

Я не спрашивала ее, зачем она так делает. Бабуля объяснила мне сама, между делом, что так было принято издавна: дать путнику что-нибудь с собой в дорогу. Путь длинный, когда еще доведется перекусить. Да и потом, это подарок близким людям – кусочек тепла, любви, души – а без этого ни пироги, ни пельмени, да и вообще ничего не получится. Вот придут родные наши домой, достанут гостинчики, и словно снова мы вместе ненадолго. И расставаться не так грустно. Такое вот волшебство. Добрая нехитрая магия, увы, исчезающая в наше время.

Это я накрепко запомнила. Впрочем, друзья мои, как правило, только смеются, когда я пытаюсь что-нибудь отправить с ними домой. Дескать, зачем? Еды что ли у самих дома нет? Иногда я объясняю, иногда нет, почему так делаю. Кто-то понимает, кто-то нет. И мало тех, кому объяснять не надо – они сами все знают и чувствуют. Это те, с кем мы действительно одной крови…

Время шло. И все поменялось. Я росла, и мир вокруг тоже менялся. Картинка из яркой стала тусклой, чужой. Связь с миром истончилась, исчезла острота восприятия. И чтобы хоть изредка вспомнить то, о чем тосковала душа, я стала придумывать «искусственные энергетики». Бабушка тяжело заболела, а потом умерла. И посиделки выходного дня как-то сами собой прекратились. Теперь мы видимся порой по праздникам или время от времени созваниваемся… Запах домашних пирогов стал редким, как лунная радуга, рецепт шанежек с картошкой умер вместе с бабушкой, а пельмени… Я забыла, когда мы делали их в последний раз.

Если цемент исчезает, дом разваливается.

А этой зимой произошло маленькое огромное чудо. Город скрылся под высоченными снежными сугробами. Морозец пощипывает за нос и щеки, а воздух наполнен миллиардами искрящихся на солнце пылинок. Меня словно вернули в детство, подарили то, о чем я просила; позволили прикоснуться к тому, что было утеряно. Помогли увидеть тоненький, почти погасший золотой лучик потерянной доброй магии, мудрой традиции. И дали шанс впустить его в свое сердце, в свою жизнь. И кто знает, может быть, он поможет мне снова вернуться в мой мир и вернуть мир внутри меня? И тогда сбудется и все остальное?

Элина Лисовская