Получать новости по email

Тарисиль Селлуг

(роман в жанре фан-фикшн
по мотивам повести Дж.Р.Р. Толкина «Хоббит»
и одноименной экранизации)
Главы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

========== Глава вторая ==========

        Ужин шел под неторопливую дружескую беседу. Как-то незаметно гномы и эльфийка перешли на «ты». Торин поглядывал на Кристэль без явной неприязни, хотя и с недоверием. Разговаривать он не стремился, больше слушал.
- Так ты следопыт? – допытывался Бильбо у девушки.
- Хороший вопрос. В некоторой степени - да.
- А что ты делаешь так далеко в лесу одна?
- На прогулку отправилась, - хмыкнула эльфийка.
- Куда только твой отец смотрит? – Дори покачал круглой головой. – Девушка-странник – надо же такое удумать!
- Я вполне взрослая, чтобы самой решать, как мне жить, - пожала плечами Кристэль.
- Странная ты. Совсем не похожа на этих бездельников и болтунов-эльфов, -  неожиданно выдал Нори.
- Прекрати, - нехотя осадил его Торин.
- Бездельники и болтуны? Впрочем, эльфы тоже не скупятся на крепкие слова, когда речь заходит о гномах, - не осталась в долгу девушка. Бильбо беспокойно завозился на своем плаще – ему не хотелось, чтобы мир и покой сменились перебранкой.
- Но мне кажется, что и те и другие не очень-то правы, - задумчиво продолжала Кристэль. – Гномы – мастера и трудяги, каких поискать. Знатоки горного дела. Несмотря на невысокий рост, хорошие воины. Да, мы, эльфы, больше любим музыку и поэзию, шум ветра и пение птиц. Но разве мало искусных мастеров среди эльфов, мистер Нори? А прекрасных воинов? К тому же, эльфы не так закрыты от мира, как вы, гномы. Мы готовы прийти на помощь…
- Да что ты! – неожиданно резко оборвал ее Торин. Глаза его гневно сверкнули: - Не приведешь хотя бы один пример, когда эльфы пришли на помощь, а не сделали вид, что их не касается то, что происходит вокруг? Не отсиделись, подобно трусам, когда погибали их соседи?
Гномы тревожно переглянулись. Бильбо растеряно посмотрел на Гэндальфа, Балин, глядя на Нори, выразительно постучал себя кулаком по голове. Маг подался вперед, спешно подыскивая слова, чтобы смягчить гневную речь Торина.
- Ты очень не любишь эльфов. Вероятно, у тебя на то есть веские причины? – поинтересовалась девушка, глядя на гнома и словно не замечая того, что происходит вокруг.
- Да. Есть, – две пары серых глаз уставились друг на друга поверх костра, и Бильбо показалось, что скрестились два клинка. Эльфийка выдержала тяжелый взгляд Торина.
- Что же ты за гном, если тебя предали или от тебя отвернулись все эльфы Средиземья, Торин? – негромко спросила девушка.
Во взгляде Короля появилась растерянность.
- Почему все? – недоуменно спросил он.
- Неужели есть те, с кем ты даже не встречался ни разу? – Кристэль слегка приподняла бровь.
- Разумеется. Но я не горю желанием видеть их!
Последнюю фразу девушка пропустила мимо ушей.
- Значит, кто-то из эльфов причинил тебе боль или повел себя недостойно, и ты возненавидел целый народ? – еще тише сказала Кристэль. В глазах Гэндальфа удивление сменилось одобрением, а затем тревогой. – Очень умно. Знаешь, Торин, ты напомнил мне одну женщину, у которой муж пил, бил ее, волочился за другими женщинами. Так вот, она была свято уверена, что все мужчины на свете, независимо от расы, хуже самого последнего орка, потому что ведут себя одинаково.
Кто-то сдавленно охнул. Кажется, Бильбо. Торин вскочил и, тяжело дыша, уставился на эльфийку:
- Да ты… - его рука стиснула рукоять меча, а глаза стали почти черными от гнева. – Как ты смеешь…
Кристэль заметила, что гномы и маг готовы были вмешаться, но девушка совсем не боялась этого вспыльчивого воина, в чьих темно-каштановых волосах мелькала седина.
- Я не хотела обидеть тебя. Извини, - проговорила она.
Торин хотел было что-то сказать, но вместо этого сжал зубы и ушел на дальний край поляны. Все выдохнули и украдкой обменялись взглядами. Нори сидел с виноватым видом и уныло жевал сухарь.
- А по поводу примера, - как ни в чем ни бывало проговорила Кристэль, - так стоит вспомнить битву у стен Мордора, где люди, эльфы и гномы бились рядом против общего врага. Ну, а за вторым примером далеко ходить не надо.
- В смысле? – подал голос Ори.
- В смысле, что хотя мы и встретились несколько… напряженно, я не отказала вам в помощи, - рассмеялась девушка.
- Выпьем? – предложил Бофур, разливая по кружкам результат своего творчества.
- Выпьем, - согласилась Кристэль и взяла из рук Кили свою кружку. Молодой гном, ничуть не обидевшийся на недавний розыгрыш, широко улыбнулся и в очередной раз отбросил назад длинные волосы.
И почему он не уберет их, как делают остальные? Очень красивый парень. А они похожи с Торином. Отец и сын? Нет, сходство более отдаленное. Братья? Но едва ли родные. Вот Кили и Фили похожи на братьев. Несмотря на то, что один темноволосый, а у другого волосы цвета спелой пшеницы. У них забавная привычка – постоянно обмениваться взглядами. Словно проверять, одобряет ли другой то, что сказал или сделал первый.
Напиток, приготовленный Бофуром, оказался вкусным и совсем не опьяняющим, но мгновенно согревающим изнутри. Разговор продолжился, но от Кристэль не укрылось, что вся компания, включая Бильбо и Гэндальфа, поглядывала туда, где стоял и смотрел в черноту дождливого леса Торин.
У каждого из нас своя ночь. И мне нет дела до той темноты, в глаза которой ты смотришь. Но пока я сижу у костра, ты не подойдешь. И твои друзья будут переживать за тебя…
Кристэль зевнула, прикрыв рот ладонью, и поднялась с плаща.
- Ты куда? – хором спросили Фили и Кили.
- Пойду, посижу одна, обдумаю, как лучше добраться туда, куда мне надо. А то с вами тролля лысого надумаешь, - усмехнулась Кристэль.
- А куда тебе надо? – поинтересовался Бомбур. Все уже давно наелись, а толстяк никак не мог расстаться с котелком, выскребая остатки каши.
- Туда, где меня еще нет. Кстати, я подежурю на всякий случай, - девушка подхватила одеяло и ушла туда, где лежали бревна. Бильбо вздохнул. Он-то надеялся еще поговорить с Кристэль, хотя она оказалась не очень похожей на тех эльфов, которых он представлял себе.
- Она умна и тактична, - негромко проговорил Балин. Гэндальф кивнул, глядя в огонь и думая о чем-то своем.
 
Торин подошел некоторое время спустя, когда почти все улеглись, завернувшись в одеяла. Молча взял протянутую Балином кружку с напитком, сделал пару глотков, затем бросил на старого гнома быстрый взгляд:
- Ну? – негромко спросил он.
- Ты был не прав, государь, - тихо ответил Балин. – Надеюсь, ты не обидел девушку.
Торин промолчал, окинул взглядом спящих товарищей и вопросительно приподнял бровь.
- Она вызвалась дежурить, а племянники решили составить ей компанию, - ответил на немой вопрос Балин. – Взяли плащи, кружки и ушли к ней. У молодых куда меньше предрассудков, и это хорошо. Они могли бы подружиться, если бы наши пути совпали. Отдыхай. Потом они разбудят Двалина.
- Едва кончится дождь и спадет вода, наши дороги разойдутся, Балин, - отрезал Торин. – Нам не по пути с эльфами. Ложись спать, дружище. Хорошо, что ребята решили составить девчонке компанию – у меня нет причин доверять ей. Она… странная. И не смотри на меня так, старина. Я никогда не буду извиняться перед эльфом. Тем более, извиняться мне не за что.
Торин взял высохшее одеяло, отошел поближе к холму и принялся устраиваться на ночлег. Балин только вздохнул.
- Оставь его, - подал голос Гэндальф. – Для того, чтобы признать неправоту и попросить прощения, нужно сил и мужества не меньше, чем на поле боя. Торин еще молод. И однажды поймет, что это – не проявление слабости. Да и, в общем, он прав – извиняться ему не за что. Он ведь говорил о эльфах в целом, а не конкретно о девушке.
 
Кристэль слукавила, сказав, что ей необходимо обдумать маршрут. Ее дорога была продумана уже давно. Впрочем, девушка допускала, что в скором времени придется вносить изменения. Она вспомнила об отце. Как он там? Они здорово поссорились, и она ушла из дому. Точнее, сбежала. Отец искал ее, но она сумела ускользнуть – помогло то, чему она успела научиться у Следопытов. Три года ее не было дома. Сколько воды утекло за это время! Сколько ответов нашлось, и сколько возникло новых вопросов.  Кристэль скучала по отцу, но понимала, что вернется назад, только если для этого будет очень серьезный повод. Отец, обычно осторожный в выборе слов, скорее всего, уже сам пожалел о том, что сказал, вспылив. Но сказанного не отменишь. Он всегда делал то, что обещал. Просто потому, что не мог иначе.
Где-то внутри появился теплый, щекотный комок. Кристэль знала это ощущение. Разумеется, отец почувствовал, что она думает о нем, и девушка тут же переключилась на новых знакомых – ей совсем не хотелось, чтобы отец бросился искать ее. Ощущение теплой щекотки постепенно, словно нехотя, угасло.
Итак, гномы, хоббит и волшебник. Этот Бильбо славный малый. Только какой-то… потерянный, что ли. Гномская компания дружная, сплоченная, а он все время на отшибе. Такое ощущение, что хоббит толком не понимает, зачем он здесь, и как вообще тут оказался. И, похоже, бедняга порядком раздражает Торина. Впрочем, этого мрачного гнома раздражают все, в той или иной степени. Хотя… смеяться он еще не разучился. Уже хорошо…  А Гэндальф? Что он делает в этой компании? Насколько знала Кристэль, волшебник никогда и нигде просто так не появлялся. Во всех его действиях есть невидимая прочим цель. Как шептались некоторые - цель, оправдывающая средства. С самого ли начала он шел с этими гномами или присоединился к ним по пути? Куда они идут?
- Между прочим, я вас прекрасно слышу, - эльфийка скосила глаза в сторону. Ну да, кто бы сомневался. Фили и Кили.
- Мы в самом деле так громко топаем? – в голосе черноволосого послышалось почти детское разочарование.
- Честно? – Кристэль повернулась к ним и улыбнулась: - Нет. Просто у меня острый слух. Что-то случилось?
- Ну, - несколько смущенно начал Фили, - мы подумали, что, возможно, ты захочешь еще кружечку бофуровки…
- И что тебе не помешают напарники в дозоре, - подхватил Кили. Парни посмотрели друг на друга – Кристэль показалось, что они даже еле приметно ободряюще кивнули друг другу, и снова перевели взгляды на девушку.
- Вы братья, да? – спросила она.
- Угу. Похожи? – Фили сообразил, что эльфийка не собирается отказываться от их компании и сел рядом, протянув девушке кружку с напитком. Кили устроился с другой стороны и поделился кусочком сухарника.
- Не очень, по правде говоря, - отозвалась эльфийка, благодаря их кивком головы. – Я спросила наугад.
- С интуицией у тебя все в порядке. Как и с чувством юмора, - они тихо рассмеялись.
- Ты не обижайся на Торина. У него тяжелый характер, но он очень хороший, - внезапно выдал Кили. Кристэль молча посмотрела на него.
- Он раньше был совсем другим. Так рассказывала мама. Он часто улыбался и не был таким суровым.
- Но это было давно, еще до нашего рождения. Когда он жил в Эреборе.
- Где? – Кристэль подавилась бофуровкой и раскашлялась.
- В Эреборе, - повторил Фили, на пару с братом хлопая эльфийку по спине.
- Спасибо, - девушка перевела дыхание. – Значит, это действительно Торин, сын Трайна, внук Трора, того самого Короля-Под-Горой, чье жилище сейчас занято драконом?
- Да. Он наш дядя. А когда погиб отец, заменил нам его. Торин много пережил,  - голос Фили стал тяжелым, лица братьев помрачнели. – Он был совсем молодой, когда Смауг напал на Дейл и Эребор. Многие погибли там. Ты, наверное, слышала, об этом?
- Да, - ровным голосом ответила эльфийка. – Приходилось.
- Ну вот. Мы-то родились уже в Синих горах, но нам рассказывали.
- После того, как из Эребора бежали все, кто уцелел после нападения Смауга Ужасного, Трандуил, заверявший нашего прадеда в вечной дружбе, не пришел на помощь нашему народу. Ни в битве с драконом, ни после, когда гномам нужен был хотя бы временный кров, еда… Люди, сами пострадавшие, оказались куда добрее и делились последними крохами.
- Поэтому Торин и не любит эльфов, понимаешь?
- Понимаю, - кивнула девушка и медленно, словно с трудом, проговорила: – Против дракона эльфы не выстояли бы. Он уничтожил бы их всех. Но тому, что король Лихолесья не оказал посильную помощь, я  не могу найти оправдания. А что было потом?
 
История была долгой. Оба брата оказались прекрасными рассказчиками. Кристэль молча слушала их и перебила лишь один раз, когда братья рассказывали про битву у Мории, где Торин и получил свое прозвище. При упоминании имени Азога девушка вскинула голову:
- Что вы знаете о нем? – ее голос был глухим, а глаза недобро сощурились. Братьям показалось, что лицо Кристэль заострилось, стало старше.
- Дядя убил его,  - отозвался Кили и с явным удовольствием рассказал эльфийке то, что сам недавно узнал от Балина.
- Не знаю, чем тебе насолил этот ублюдок, но Торин отомстил ему и за нашего прадеда, и, получается, за тебя.
- Значит, Азог мертв, - как-то безжизненно проговорила эльфийка. – А вы уверены?
- Конечно! – братья дружно кивнули.  – Торин не оставил бы его в живых. Ты… тебе нехорошо? Ты бледная, - встревожились гномы.
Кристэль помолчала, а потом вдруг начала рассказывать:
- Однажды моя мать отправилась навестить своих родных и больше не вернулась. Отец искал ее повсюду, но не нашел. Надолго отлучаться из дому он тоже не мог – как оставить все без присмотра? Однажды он вернулся мрачный, уставший, посмотрел на меня и сказал:
"Все, Кристэль. Надежды больше нет. Твоя мать покинула нас навсегда. Возможно, она ушла в Серебристую Гавань. Но ты не должна думать о ней плохо. Она всегда любила тебя, девочка"
Я помню отчаяние и боль в его глазах. С той поры он затосковал, хотя и старался не подавать виду. Думаю, он тогда уже знал правду, но ему было легче смириться с мыслью, что мама бросила нас, чем с тем, что произошло на самом деле…
А у меня появилась цель. Найти маму или хотя бы узнать, куда она ушла. Я не говорила об этом отцу, но стала заниматься усерднее. И отнюдь не музыкой, как вы понимаете. Дороги давно завладели моим сердцем. Я надолго уходила из дому, заводила знакомства со следопытами. После того, как пропала мама, я, путешествуя по Средиземью, разыскивала тех, кто могли хоть что-то помнить или знать. А недавно я выяснила, что много лет назад Азог убил мою мать, - глухо проговорила Кристэль. – Я хотела найти этого ублюдка и отомстить.
- Думаю, его уже давно сожрали черви, - тихо проговорил Фили. – Не знаю, что хуже – потерять мать или отца. Наверное, только совсем остаться одному.
- Терять близких всегда тяжело. Мама так и не оправилась полностью после того, как погиб отец, - в темных глазах Кили появилась печаль.
Повинуясь внезапному порыву, все трое обняли друг друга за плечи, прижались голова к голове. В этом жесте не было ничего, кроме желания как-то подбодрить, поддержать друг друга. Не зря говорят, что похожие беды сплачивают.
- У тебя никого не осталось? – осторожно спросил Кили.
- Только отец. Но я давно его не видела, - отозвалась девушка, и почувствовала, как сердце сжала глухая боль.
Ах, отец, отец!  Почему все случилось именно так? Ты о многом рассказывал мне, но о тех годах всегда говорил скупо и нехотя.
Некоторое время они сидели молча. Потом эльфийка тряхнула головой, словно отгоняя темные мысли, и посмотрела на братьев:
- Кстати, на его Величество я совершенно не обиделась. Лично про меня он не сказал ничего оскорбительного. Скорее уж это я обидела его.
- Ну, ты же извинилась, - на лицо Кили вернулась улыбка. Кристэль улыбнулась в ответ.
- Вы не могли бы рассказать мне о том, как это – жить под горой? – попросила она. Братья охотно выполнили ее просьбу. В ответ Кристэль рассказывала им о жизни в лесу. Время от времени они прерывали тихую беседу и обходили поляну, прислушиваясь к звукам ночного леса. Но ничего, кроме равномерного шума дождя, да дружного храпа гномов не услышали.
Двалина они разбудили уже ближе к рассвету. Места у догорающего костра были заняты, поэтому устраиваться на ночлег решили ближе к холму. Нарочно или нет, но на ночевку молодые гномы и эльфийка устроились рядом друг с другом. Уснули они мгновенно, едва донеся головы до походных мешков, заменявших подушки, и никто из них не заметил, что Торин внимательно наблюдает за ними.
 
Король-Под-Горой не сомкнул глаз с того момента, как завернулся в одеяло. Он думал о сегодняшней неожиданной встрече. Не то чтобы он опасался этой девчонки или возможного предательства с ее стороны, но было в ней что-то странное, тревожащее, смутно знакомое, подобно сну, ускользающему при попытке вспомнить. Уже одно то, что она разговаривала в схожей с гномами манере, совсем не свойственной надменным, холодным эльфам, настораживало. То, что племянники распустили перед ней хвосты, не удивило Торина. Оба, в сущности, еще мальчишки. Что с них взять? А девица оказалась не промах. Мастерски осадила их, да еще развеселила весь отряд. Против воли, Торин усмехнулся, вспомнив покрасневших, растерянных племянников. Однако, смех смехом, а Гэндальф тоже что-то почувствовал. Торин видел, как пристально, испытующе маг смотрит на девушку, когда она этого не видит. И порой на его лице появляется такое выражение, словно он тоже что-то пытается припомнить. И тоже безрезультатно.
До Короля доносились приглушенные голоса племянников и эльфийки. Но о чем они говорили, Торин так и не сумел разобрать, как ни вслушивался. О цели похода парни не проронят ни слова – в этом он даже не сомневался. И все же, о чем столько времени гномам говорить с эльфом? Да еще женщиной? Интересное у них понятие о дозоре. Впрочем, если вода сейчас затопила все вокруг, то опасаться, в самом деле, особо нечего.
Когда троица разбудила Двалина и улеглась спать, Торин еще какое-то время лежал, глядя перед собой в предрассветную темноту. Затем его глаза закрылись, и Король-Под-Горой уснул, пообещав себе напоследок, что поднимет всех как можно раньше.
 
Серое утро не принесло никаких погодных изменений. Под полог галадросов не попадало ни капли воды, но воздух пропитался влагой. Одеяло за ночь отсырело, равно как и одежда и Торин почувствовал, что замерз. Король приподнялся на локте, оглядел поляну. Бомбур и Бофур возились у костра, занятые приготовлением еды. Еще несколько гномов сидели у костра, негромко беседуя о чем-то. Ори под присмотром старшего брата, Дори, штопал прохудившийся карман. Там же сидел и Гэндальф, наконец-то раскуривший свою трубку. Двалин привалился к холму и точил топор. Второй дожидался своего часа неподалеку. Фили и Кили наливали воду понурым пони. Выглядели братья на удивление бодрыми. Ни эльфийки, ни хоббита на поляне не было. Торин чуть приметно нахмурился, кивнул Двалину и подошел к костру. Гномы пододвинулись, давая место своему предводителю.
- Еще немного, и завтрак будет готов, - доложил Бофур. Торин молча протянул ладони к огню.
- Удалось отдохнуть? – негромко спросил Гэндальф. – Выглядишь ты, во всяком случае, получше.
- Немного. Если бы не проклятая сырость, - проворчал Торин, касаясь влажных волос.
- Вот, выпей. Согреешься, - Балин протянул королю чашку, над которой поднимался ароматный пар.
- Что это? – принюхался Торин.
- Из запасов нашей новой знакомой. Она сказала, из чего состоит смесь, но эльфийские названия такие мудреные…
- Ничего опасного для здоровья. Даже наоборот, - добавил Гэндальф. Торин кивнул и взял кружку. После первого же глотка по телу пошло тепло, и мир вокруг показался не таким уж унылым.
- Где она?
- Ушла. Думаю, что на разведку, - маг показал Торину на дорожный мешок эльфийки, поверх которого лежал меч в ножнах. Зато отсутствовали лук и длинный кинжал, который Торин заметил еще накануне. Король поднялся, взял в руки простые, потертые ножны и вынул меч. Клинок был в безупречном состоянии и острый настолько, что, казалось, грани тают в воздухе. Торин несколько раз прокрутил его, выписал пару замысловатых фигур.
- Идеальный баланс. Им можно драться одной или двумя руками. По весу легче, чем те, что мы нашли. Странный металл – серебристый с вкраплением золота. Никогда подобного не видел. А вот работа… - Торин посмотрел на клинок, на вытравленный на нем рунический узор, и закончил: - …похоже, эльфийская, как и у мечей, которые мы нашли. Любопытно.
- Похоже на то, - кивнул маг, наблюдая, как Торин убирает клинок и возвращает его на место. – Интересно, из какого рода эта девочка. Судя по цвету волос и глаз, она нолдор. И еще интересно, откуда у нее этот клинок. Если перешел по наследству, то она, должно быть, из очень знатной семьи.
- Не больно-то она похожа на знатную даму, - усмехнулся Торин, по знаку Гэндальфа отходя с ним к краю поляны. – Полагаю, ты отозвал меня не для того, чтобы обсудить происхождение девчонки?
- Нет. С этим местом что-то не в порядке.
Торин внимательно посмотрел на мага.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Такие места всегда скрыты от глаз посторонних. Здесь своя, особая магия Древних Странников. Если не знать, как правильно смотреть, ты в жизни не увидишь ни поляну, ни галадросы. Взгляд просто не сможет сосредоточиться на них.
- Никто из нас не имеет отношения к Следопытам. Но мы увидели это место.
- Вот это-то и странно. Такое ощущение, что магия здесь перестала действовать.
- Совсем? – нахмурился гном.
- Да. Но мне, кажется, удалось восстановить свои способности.
- Ну, тогда и беспокоиться не о чем. Кстати, а куда делся хоббит? Неужели воспользовался возможностью и решил попробовать вернуться домой?
Старый маг вздохнул:
- Полагаю, он увязался следом за эльфийкой.
- Мои ей соболезнования, - хмыкнул Король-Под-Горой. – До сих пор не понимаю, как я мог согласиться взять этого недотепу с собой!
- Торин, не начинай снова и не выводи меня из себя, - проворчал Гэндальф и ушел к костру. Король гномов с усмешкой посмотрел ему вслед.
Сзади раздалось осторожное покашливание.
- Ну, а вам чего? – Король обернулся к племянникам.
- Торин, тут вот какое дело, - начал Фили, нерешительно теребя пшеничный ус. –  Мы, собственно, только хотели спросить…
- О чем же? – Торин скрестил на груди могучие руки, с еле уловимой усмешкой глядя на смущенных племянников. Парни, как обычно, быстро переглянулись.
- О Кристэль. Не могла бы она пойти с нами…
- Нет, - перебил Торин. – Наш поход касается только нас. И в отряде не место девушкам. Тем более эльфийкам.
- Ты не понял, - торопливо заговорил Кили. – Мы хотели попросить, чтобы она дошла с нами до какого-нибудь селения.
- Нет, это вы не поняли. Я не знаю, насколько ловко она управляется с мечом, но видно, что она – опытная странница, чего про вас, мои дорогие, я сказать не могу. Я вижу, что она понравилась вам, но у нас своя дорога. А у нее – своя. Не знаю, куда она собирается, но…
- Думаю, уже никуда, - мрачно проговорил Фили. – Она искала Азога.
- Что? - Торин выпрямился и словно стал еще выше ростом. – Это еще зачем?
- Когда-то он убил ее мать.
- Вот как?
Несколько мгновений Торин молчал, глядя на племянников.
Хорошие воины, но в душе еще романтичные мальчишки. Добрые, славные, не успевшие зачерстветь изнутри, - с теплотой и какой-то грустью подумал он. И тут же велел себе собраться:
- Азог давно мертв. Значит, она с чистой совестью может вернуться домой и заняться чем-нибудь более подходящим для девушки. Я все сказал, - Торин развернулся и ушел к костру.
- Я же говорил, - вздохнул Кили, пиная подвернувшуюся шишку.
- Ну, мы должны были попробовать, - в тон ему отозвался брат.

Элина Лисовская