Получать новости по email

Тарисиль Селлуг

(роман в жанре фан-фикшн
по мотивам повести Дж.Р.Р. Толкина «Хоббит»
и одноименной экранизации)
Главы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

========== Глава восемнадцатая ==========

        Кристэль перевела дух. Ну как можно быть таким упертым? Ладно, если бы он не знал изначальной истории, но Трандуил-то знал! Знал и преднамеренно искажал это знание. Почему?
Эльфийка перехватила волосы деревянной заколкой. Может, она и была слишком резкой, но Эру свидетель, сколько раз она пыталась поговорить с Трандуилом совсем иначе. Кристэль всегда замечала, как высокомерно он относится к прочим расам, как любит всевозможные сокровища. Саурон прав: нашептывать ничего не надо – эльфы, люди, гномы сами собой начинают служить ему. Ладно. Теперь, по крайней мере, у Трандуила не будет повода говорить, что она повела себя с ним нечестно, или что он чего-то не знал. Вопрос в другом: на какой шаг теперь решится Трандуил? И как скоро он его предпримет?
Завтра эльфийский Праздник осени. Если гномам удастся сбежать, ей нельзя будет дольше оставаться здесь. А дальше? Бежать к отцу или искать гномов? Кристэль невесело усмехнулась: какие могут быть размышления? Она ведь поклялась Трайну, что будет рядом с Торином пока ему нужна. Теперь остается сущий пустяк: сбежать и объяснить все это Торину.
А ведь еще деревня! Ох, Эру! Она же совсем забыла…

Некоторое время спустя в дверь постучали, и в комнату Кристэль вошел Леголас. Лицо наследника было гневным, но эльф старался держать себя в руках.
- Потрудись объяснить, что все это значит, Кристэль! – потребовал он.
Девушка посмотрела на него:
- Что именно, Леголас?  - голос эльфийки был усталым.
- Долго еще ты будешь издеваться над отцом?
- Это еще вопрос, кто из нас над кем издевается, - вздохнула Кристэль. – Если ты не можешь выслушать меня спокойно, лучше уходи, Леголас. Я всегда относилась к тебе как к другу. И не хочу ругаться с тобой, несмотря ни на что.
Эльф помолчал, прошелся по комнате.
- Я готов к разговору.
- Тогда садись. Но едва ли наша с тобой беседа будет легкой.
- Едва ли. Объясни, почему ты исчезла и вернулась три года спустя, устроив безобразную сцену.
- Не безобразнее того, что происходило в тронном зале, Леголас. Ну, с Тауриэль все понятно, она в некоторых вопросах своей головой не думает. Но ты! Как ты мог так обойтись с измученными путниками?
- Они не просто путники, а гномы. Наши враги. Нарушители границ.
- Нарушители границ?! А где они обозначены, эти границы, Леголас? Гномы… враги… Леголас, а когда они нам стали врагами? Только умоляю, не рассказывай мне фамильную легенду про Дориат и всеобщую ненависть эльфов к гномам! Я видела, как принял отряд Торина лорд Элронд. Торин сидел за одним столом с Владыкой и его сыновьями, как и полагается Королю. Я устала повторять, что на руках эльфов крови не меньше. Сейчас мы говорим про гномов Эребора и эльфов Лихолесья. Леголас, ну скажи ты мне, вы что, воевали с эреборцами?
Эльф нахмурился, затем покачал головой:
- Нет. Никогда.
- Может, они обманули вас в чем-то? Обещали и не сделали? Обсчитали? Поставили плохой товар? Были чрезмерно дерзки, унижали ваших послов? Буянили в палатах Трандуила? Воровали эльфиек? Что было плохого между вашими народами?
Леголас молчал долго. Очень долго. Лицо его было мрачным и задумчивым.
- Гномы заносчивы и высокомерны. После того, как они нашли Аркенстон, Трор ни разу не посетил отца. Все шли к нему. Отец не брал меня с собой, но последние годы возвращался хмурый, раздраженный. Я не знаю, что там происходило. Правда, отношений с гномами он не прерывал, хотя не так уж сильно мы были связаны с ними, как с людьми.
Кристэль вздохнула:
- Да, серьезный повод для ненависти. Разумеется, эльфам с их скромностью и полным отсутствием гордыни и высокомерия невыносимо перенести такое.
Леголас нахмурился:
- Издеваешься?
- Да, - честно призналась эльфийка. – Ну а если серьезно, в нас «гномских» качеств ничуть не меньше. Многие из нас относятся к людям, как к равным? А к полукровкам? Леголас, тебе названная причина не кажется смехотворной для вражды? А уж когда появился дракон…
- Кристэль, мы бы не смогли убить его. А вот он нас...
- Я не про то. Скажи мне, почему потом эльфы отвернулись от соседей? Леголас, гномы остались без еды и крова! Почему эльфы Лихолесья им не помогли?
Золотоволосый эльф не ответил, постукивая длинными пальцами по столешнице. Кристэль села напротив.
- Почему ты молчишь?
- А почему не помогли вы?
- Тауравани очень мало, Леголас. Но мы помогли всем гномам и людям, которым были в состоянии помочь. Хотя никогда не были связаны клятвами дружбы.
Леголас устало вздохнул:
- Мы помогали людям.
- А гномам?
- Это был приказ Короля Лихолесья. Мы не могли бы помочь всем и выбрали только людей, - нехотя ответил Леголас. Кристэль горько усмехнулась.
- Не все эльфы одобрили это решение, но оспаривать никто не стал.
- Зато все дружно решили возненавидеть гномов. Несокрушимая логика. Неужели Тень так сильно успела повлиять на вас?
- Неназываемого давно не видели.
- Но он в Дол Гулдуре, Леголас, - девушка замолчала, вплетая в косу синюю, заляпанную кровью ленту.
- Что это?
- Это знак мести.  Деревни лесорубов больше нет. Ее уничтожили…
- Я знаю. Мы были там недавно. Значит, это ты всех похоронила?
- Да. И поклялась отомстить.
Лицо Леголаса стало жестким:
- Рассказывай.
 
- Ужасные вести, - выслушав Кристэль, Леголас поднялся и заходил по комнате туда-сюда. – Значит, ты была в Дол Гулдуре. И как же выбралась оттуда?
- С боем. Спасибо, Митрандир помог. Иначе… я не представляю, что бы там со мной сделали, Леголас.
Эльф некоторое время пристально разглядывал девушку, словно пытался увидеть отпечаток темной силы, потом покачал головой:
- Нет, это ты. Более жесткая, но не слуга Врага. Но я понимаю, почему ты была не в себе до такой степени. Вырваться оттуда, откуда никто не уходил, и не измениться невозможно. Впрочем, с твоим-то характером… Знаешь, на месте Некроманта я бы радовался, что ты удрала.
Кристэль улыбнулась, затем посерьезнела:
- Скажи, вы что, приняли гномов за убийц лесорубов?
- Нет, - нехотя ответил эльф. - Не приняли. Зачем они здесь, Кристэль?
- Они мне не докладывали, а я не спрашивала.
- Не хочешь говорить? Ладно. Давай оставим гномов в покое. Меня в первую очередь волнует отец и твое отношение к нему. Кристэль, с той поры, как погибла моя мать, он все время пребывал в печали. Рядом с тобой он начал улыбаться. Отец позволял тебе делать все, что угодно…
- Подожди. Что значит «позволял»? Леголас, я свободная эльфийка. Я не подданная Трандуила. Я приняла его приглашение побыть гостьей. Но у меня складывается такое ощущение, что согласившись, я превратилась в пленницу!
- На всех, кто живет во дворце, распространяются определенные правила. Ох, Кристэль, ты действительно дикарка...
- Так радуйся, что я не стану женой твоего отца!
- Ты не… Что?!
- Ты не ослышался. А что тебя так изумило? – Кристэль с подозрением уставилась на Леголаса.  – Он что, опять не отменил свадьбу?
- Нет. Хоть и был в гневе. Что ты ему наговорила?
- Много чего. В том числе и то, что не буду его женой.
- Ты это так из-за гномов разошлась?
- Не только. Он не любит меня, Леголас.
- Кристэль, отец решил сделать тебя нашей королевой. Какое доказательство любви тебе еще нужно? Он как одержимый искал тебя...
- Вот-вот. Одержимый. Верное слово.
- Он сделал тебе предложение…
- Да ты что?! – не сдержавшись, закричала Кристэль. – Сделал предложение?! Это так называется?! Он просто сообщил мне о том, что решил на мне жениться, и о дате свадьбы! И не счел нужным спросить, хочу ли я этого, люблю ли я его!
- Тихо, тихо! – Леголас удивленно посмотрел на девушку. – Странно, конечно. Но, думаю, для него все было очевидно…
- Что очевидно?! – едва не завопила Кристэль, но взяла себя в руки. – Леголас, я заигрывала с твоим отцом? Я искала его внимания и ласки? Я хоть раз поцеловала его или позволила ему нечто подобное?
- Н-нет. Ты всегда уклонялась, но я думал, это от скромности…
- Леголас, я  никогда не подавала надежд твоему отцу. Я не любила и не люблю его. Но до недавнего времени все же относилась к нему с большим уважением. Впрочем, это не значит, что я не признаю его заслуг. Я сражалась против гигантских пауков и прочей мерзости рядом со многими из вас. В том числе и с королем.
- Почему ты сбежала, а не сказала ему правду?
Кристэль помолчала, потом смущенно призналась:
- Я испугалась, что он запрет меня. Я была не права.
- Что мне всегда в тебе нравилось, так это то, что ты умеешь признавать ошибки.
- Это не очень просто. Леголас, сегодня я откровенно поговорила с твои отцом и все ему объяснила. А он ответил, что будет держать меня под замком, пока я не одумаюсь!.. Леголас, - Кристэль взяла его за руку, - помоги мне. Мне некого больше просить.
Эльф отдернул руку и встал:
- Ты в своем уме?! Чтобы я помог тебе бежать? Нет.
- Леголас, ты пошел на поводу у Трандуила, когда он запретил помогать жителям Эребора, зная, что это бесчестно. И теперь ты снова хочешь совершить поступок, который не сделает тебе чести?
Эльф промолчал, скрестил руки на груди и нахмурился:
- То есть, ты сбежишь и бросишь своих ненаглядных гномов?
- Нет. Ты же знаешь.
- Попробуешь помочь им сбежать? – усмехнулся Леголас и покачал головой: - Ты совершенно невозможное создание. У тебя чрезмерно обостренное чувство справедливости. Ты тоже одержима.
- Да. Я так сильно пытаюсь не скатиться во Тьму, что меня тоже заносит на поворотах. Но Леголас, попади в беду ты, и я так же пыталась бы помочь тебе.
Эльф вздохнул:
- Мне нужно время, чтобы подумать.
- Спасибо и на том.
Когда Леголас ушел, девушка забралась с ногами в кресло и задумалась. Какое решение примет эльф? Поможет ей или расскажет все отцу? С другой стороны, если по его приказу снимут стражу, то ему не сносить головы.
Правда, завтра праздник… Этим можно воспользоваться.

Праздничное утро началось отнюдь не празднично. Кристэль услышала шум снаружи и прислушалась. Что-то делали с дверью. Девушка подошла ближе, услышала голос Тауриэль и поняла, что происходит. По приказу начальницы стражи на дверь повесили засов. Правильно, зачем в такой день держать у дверей стражников, если можно просто запереть пленницу снаружи? Плохо. Не просить же Бильбо еще и эти ключи добыть… А если Леголас не поможет?
Тогда придумаю что-нибудь другое.

Много лет назад Кристэль поняла, что Тауриэль безнадежно влюблена в Короля эльфов и готова из кожи вон лезть, чтобы обратить на себя его внимание. Видела она и то, что Трандуилу не было никакого дела до чувств начальницы стражи. Он просто не замечал или не считал нужным замечать их.
Поначалу Кристэль жалела ее, сопереживала, даже думала, как бы помочь. Но все попытки подружиться разбились о неприязнь Тауриэль. Одной из последних капель стал тот вызов на Празднике весны. Кристэль приняла его, хотя и понимала, что опыта у нее меньше, чем у начальницы стражи. Нечего было и думать, чтобы выиграть этот поединок. Оставалось уповать на ловкость и уворотливость. И на старый добрый прием под названием «заставь врага злиться». Но даже это не помогло – ни одной серьезной «раны» Кристэль не смогла нанести, только множество мелких. И, в конечном итоге, сама пропустила удар, который в бою стал бы смертельным.
Это было хорошей тренировкой. Но Кристэль запомнила то, что Тауриэль опустилась до того, чтобы вызвать заведомо более слабого противника. Цель ее была ясна. А вот средства себя не оправдали. Судьи признали ничью. Для Кристэль это была высокая оценка – выстоять против такой противницы. Ведь дрались обе в полную силу. Но взгляд, полный непримиримой ненависти, заставил Кристэль пересмотреть свое отношение к Тауриэль. Эру свидетель, она ушла бы и не мозолила глаза. Но у нее были дела во владениях Трандуила. Дела, которые она не собиралась откладывать ради чьих-то инсинуаций и неразделенных чувств.

- Здравствуй, - Кили обернулся на звук открываемой двери и улыбнулся Тауриэль. Похоже, он, в самом деле, был рад. Эльфийка несколько мгновений смотрела на него, потом нерешительно сказала:
- Я хотела только узнать, все ли в порядке.
- А я думал, что обидел тебя чем-то, - молодой гном поднялся.
- Э-э-э-э… не подходи.
- Я не трону оружие, обещаю. Или у тебя столько дел, что…
- Да, - Тауриэль уцепилась за эту фразу, как утопающий за соломинку. – Я с удовольствием поговорила бы с тобой. Но у нас сегодня праздник и…
- Понимаю. Спасибо, что заглянула.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга.
- Если все в порядке, то… я пошла.
- Уже?
- Да.
- Ну, иди. Рад, что ничем тебя не обидел, - Тауриэль показалось, что в темных глазах молодого гнома мелькнула печаль. Он все же подошел к ней и улыбнулся: - Вот, возьми, это подарок. Так, безделушка, но наши женщины верят, что они охраняют от бед и помогают найти свой путь, - он протянул ей небольшую фигурку, сплетенную из соломы. Тауриэль помедлила, но взяла ее.
- Спасибо. Повезло твоей девушке…
- У меня ее нет.
- А Кристэль? – слова вырвались сами собой.
- Она мне как сестра, - ответил гном, и Тауриэль внезапно почувствовала такое облегчение, словно гора упала с плеч. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что еще неделю-другую назад подобная фраза вызвала бы у нее смех или гнев.
- Спасибо, - еще раз повторила Тауриэль и вышла из камеры. Посмотрела на плетеную фигурку с длинными рыжеватыми волосами и… спрятала ее в карман.
Странно, но каждый раз после разговора с этим юношей ей словно становилось легче дышать. В нем удивительно сочетались бесшабашное веселье и спокойствие, острый язык и доброе сердце. А еще в нем была какая-то надежность и основательность. Такой не склонит голову ни перед кем. И это тоже понравилось Тауриэль, привыкшей к беспрекословному подчинению со стороны мужчин, потому что… А почему, она и сама не понимала.
А Кили некоторое время смотрел на дверь камеры, и перед его глазами стояли золотисто-рыжие косы и огромные, бездонные синие глаза на не знавшем загара лице. За Кристэль он шагнул бы в огонь и в воду. Но измученная, уставшая  Тауриэль совсем иначе тронула его сердце. Словно из колючей скорлупы вдруг проглянул хрупкий, удивительно красивый и беззащитный цветок, который захотелось сберечь, укрыть от всех напастей. Жаль, что они больше никогда не встретятся... А раз так, то нечего и думать о ней.
Но сказать иногда бывает куда легче, чем сделать. 
 
- Кристэль! Кристэль! – в замочную скважину доносился голос Бильбо. – Тебя совсем запереть решили?
- Похоже на то. Ты выполнил то, что я просила?
- Да. Вот, слушай, - Бильбо прошептал несколько слов на эльфийском.
- Спасибо, друг.
- Что я еще могу для тебя сделать?
- Вытащи отряд. Встретимся в Эсгароте.
- Кристэль, - Бильбо замялся.
- Что?
- Скажи правду: ты точно была в Дол Гулдуре и билась с Трайном?
- Да. У меня есть тому доказательство. Да и Гэндальф подтвердит.
- Удачи тебе! – хоббит явно повеселел и отправился готовить побег.
Кристэль взяла небольшой мешок, собрала туда травы и настойки, приготовила свой дорожный костюм. Но ни одного колечка, ни одной безделушки, кроме подарков гномов, она не взяла.
Тихий голос Леголаса она услышала уже днем.
- Вечером будет праздник. Из дворца никого не выпускают, кроме начальницы стражи. В западном крыле ее комната, где найдешь доспехи. На пергаменте три уровня доступа. Скажешь, что срочное донесение в Эсгарот. Твой меч и кольчуга в сокровищнице. Отец ничего там не поменял. Ужин тебе принесут поздно вечером, когда все будут в зале. Не упусти свой шанс.
- Храни тебя Эру, Леголас. Я не забуду твоей помощи.
- Уходи и больше не появляйся.
- Хорошо.
Кристэль прислонилась к стене. Ее глаза были устремлены куда-то далеко, а на лице непонятным образом уживались радость и печаль.

Бильбо терпеливо выжидал, когда появится дворецкий. Тот  в самом деле пришел, но без вина.
- Что, поставка сорвалась, Гэлион?
- Нет. Пойдем ко мне, дружище. Зачем кому-то знать, что мы первые снимем сливки? Твои арестанты никуда не денутся.
- А твои парни не появятся, едва мы сядем за стол?
- Еще чего, Эллотар! У нас будет с тобой пара часов. Весь дворец сейчас наверху. Суетятся перед праздником.
И оба приятеля направились вниз.
Дальше все было делом ловкости рук. Бильбо без проблем подлил эльфам сонных капель. Некоторое время оба что-то бормотали заплетающимися языками и глупо улыбались, а потом уронили головы на стол и уснули.
Теперь следовало поторопиться. Бильбо бегал от камеры к камере, собирая своих друзей. Чтобы избежать вопросов, сразу говорил, что Кристэль выберется сама и просил не упоминать о ней при Торине. По поводу побега отвечал одно:
- Позже! Все детали позже! И тише, прошу вас!
Торина они освободили последним – от его камеры было ближе всего до нужного подвала. Они все уже собирались выйти в караулку надзирателя, но тут услышали шаги. Бильбо показал гномам, чтобы замерли и осторожно выглянул из-за маскировочного ковра.
Посреди помещения стоял эльф, видимо, искавший начальника тюремного караула. Он сделал несколько шагов по направлению к тайным камерам, и все затаили дыхание. Торин и Двалин бесшумно сместились вперед, чтобы, если что, успеть обезвредить эльфа. Но тут кто-то сверху окликнул последнего, и эльф, махнув рукой, ушел. Все выдохнули с облегчением.
Они благополучно добрались до нижнего подвала, где неподалеку, в дворецкой, спали оба бражника. Бильбо, не забывший запереть все камеры, аккуратно прицепил ключи к поясу начальника караула.
Хотел бы я увидеть, какое у него лицо будет завтра! Хотя, пожалуй, нет. Ну его. Лучше бы выбраться побыстрее отсюда.
Однако побег едва не сорвался, и вовсе не по причине вмешательства эльфов. Узнав, каким образом Бильбо вознамерился вытащить их из дворца, гномы разворчались, как свора голодных псов. Пожалуй, только Ори, Фили и Кили восприняли идею побега в бочках через подземную реку с искренним восторгом.
- Что за глупость пришла тебе в голову? Мы же разобьемся о камни! – Двалин скрестил руки на груди. – Не полезу я туда.
- А не разобьемся, так пойдем рыбам на корм! - подхватил Нори. – Что за чушь, в самом деле?
- Сейчас не лето, вода ледяная…
- Другого пути точно нет? – тихо спросил Торин. Бильбо помотал головой.
- А ну хватит! – повысил голос Король. Все тут же замолчали.
- Если кому-то что-то не нравится, я могу снова открыть камеры, - обиженно заявил Бильбо. – Только учтите: следующего шанса ждать придется очень долго. Если он вообще случится.
Кили первым полез в бочонок. Фили последовал примеру брата и забрался в соседнюю бочку.
- Осторожнее! - просил Бильбо. – Если груда бочек развалится, все пропало!
- А оружие?! – возмутился Двалин.
- Ну, извините! Не смог добыть! Оно в сокровищнице, а туда не попасть! Я не знаю пароля! – рассердился Бильбо.
- Хватит, Двалин, - сердце Торина сжалось. Снова он терял верный щит. На этот раз вместе с клинком. И Кристэль уже не поможет... Вероятно, осознание потери так сказалось на Короле, что он снова сердито рявкнул на товарищей. Все мигом расселись по бочкам. Даже Бомбур как-то сразу утрамбовался.
- Оружием разживемся в Эсгароте.
- Угу… Разжились, как же! - ворчал Двалин себе под нос. – Рубахи да штаны, ни монетки не осталось…
- Хватит вам, - Бильбо торопливо заталкивал в бочки солому. – Я закрою вас крышками, чтобы вода не попала. Кто его знает, что там в шлюзе… А потом их можно выбить.
Он едва успел приладить крышки и влезть в свободный бочонок, как в погребе раздались веселые голоса. По стенам запрыгали отблески факелов. Бильбо надел кольцо.
- Где Гэлион?
- Где этот раздолбай?!
- Была охота тут торчать, когда во всем дворце пир!
- Ребята, да он уже тут напировался вместе с приятелем!
-  Лучшего вина хлебнули! Да еще такими кружечками! А ну будите его!
- Эллотара не троньте. Пусть себе спит, горе-караульщик!
Несколько пар рук вцепились в дворецкого, принялись трясти его и щипать.
- Ох, ничего себе, нарезался, старина Гэлион!
- А ну, просыпайся!
- Чего вы галдите? – Гэлион кое-как продрал глаза. – Напились там, наотмечались, а я тут жди их… Вот и ус… ик!.. нул…
- Дай-ка нам по глоточку твоего снотворного! – засмеялись пришедшие. - И мы не в обиде!
Бильбо похолодел. Еще не хватало, чтобы все эти эльфы заснули прямо здесь.
- Эй, да вы почти все вылакали! Ну-ка, скряга, долей кувшин доверху!
- О! Другое дело! А теперь разливай!
Послышался дружный стук кружек.
- Отличное вино!
- А теперь давайте за дело!
Эльфы совместными усилиями открыли люк и убрали подпорку. Бочонки с грохотом посыпались в воду и друг на друга. Гэлион поднял решетку. Течение подхватило бочки и понесло прочь. Последнее, что слышал Бильбо, это полусонный голос дворецкого, велевшего подтаскивать следующие бочонки...

Кристэль ходила по комнате туда-сюда, как дикий зверь в клетке. То ей казалось, что время застыло на месте, или что Леголас все же передумал. Но вот в замке заскрежетал ключ, засов сняли. Некоторое время спустя, раздался стук. Похоже, стучали ногой. Кристэль открыла дверь и увидела одного из молодых эльфов с огромным подносом в руках. Юноша еле удерживал его – так много угощений лежало на подносе. Кристэль уже хотела было пропустить эльфа, как вдруг увидела на стене слабую тень. Девушка тут же приветливо улыбнулась юноше:
- Наконец-то, милый! Как я долго тебя ждала! - заговорщически произнесла она и звонко чмокнула обалдевшего эльфа в щеку. – Проходи скорее, пока никого нет!
И втянула юношу внутрь.

Тауриэль, стоявшая за небольшим выступом стены и следившая, чтобы эльфийка не вздумала выскочить, похолодела. Что же получается? Эта бесстыжая за спиной короля соблазняет его слугу?! Совсем некстати припомнилось, что этот парень не раз приносил Кристэль еду. А когда она жила во дворце, нередко сопровождал ее на прогулках.
Ну, погодите, голубки! Я вам устрою!
Первым порывом было желание запереть дверь и созвать сюда весь дворец, но Тауриэль не сделала этого. А вдруг ничего не происходит? Тогда позора не оберешься, а Трандуил в порошок сотрет. Нет уж. Нужно проверить.
Девушка осторожно подошла к двери, прислушалась. Ей почудился тихий, приглушенный  смех. Тауриэль осторожно приоткрыла дверь, быстро огляделась. Никого. Но в спальне за неплотно прикрытыми дверями явно что-то происходило. Тауриэль видела кусочек мелькающей тени. Девушка осторожно начала подкрадываться. Бесшумно приоткрыла дверь… и тут почувствовала опасность. Тауриэль развернулась, но было поздно: темное покрывало упало ей на голову, шею что-то сдавило, и наступила абсолютная темнота.

Она пришла в себя от похлопываний по щекам и резкого запаха какой-то настойки. Первое, что поняла Тауриэль, это то, что она связана, а во рту – травяной привкус и кляп. Второе, что она увидела  – это лицо Кристэль, склонившееся над ней. Тауриэль рванулась.
- Ну-ну, не надо делать резких движений, - тихо проговорила Кристэль и поднялась. Тауриэль заметила, что она в дорожном костюме. – Я дала тебе сонных капель, и ты скоро уснешь. Проснешься утром. Но пока мне нужно кое-что тебе сказать... Мне жаль, что наши отношения сложились таким образом, Тауриэль. Все могло бы быть иначе.
Начальница стражи смотрела  на нее с яростью и изумлением.
- Я знаю, ты чувствуешь опасность очень хорошо. Но я не собиралась причинять тебе вред. Я оставила все украшения и подарки Короля эльфов здесь. Вот, смотри, тут лежит лист, который он подарил мне за спасение его жизни. Единственный подарок, который я заберу – это мой конь, Линтэнил. Все равно он никого к себе не подпускает. Вот здесь я оставляю деньги, все, что у меня сейчас есть. Это за моего коня. Передай, пожалуйста,  их Владыке. Он стоит больше. Потом отдам остальное.
Кристэль присела на край дивана.
- Ты удивлена? Я устала от криков и злости, Тауриэль. А если мы начинаем говорить обе, то ничего другого не выходит... Когда на празднике ты вызвала меня, я  знала, что шансы не равны. Я ведь еле выстояла тогда. Если бы ты не разозлилась, у меня не было бы шансов. Мне просто повезло. Но наша ничья помогла мне окончательно поверить в себя.
В глазах Тауриэль удивление по-прежнему смешивалось с яростью и отчаянием.
- Я знаю, ты много лет любишь Трандуила. Безответно, безнадежно. И ради этой любви ты совершила самое страшное предательство – предала себя. Спроси свое сердце на досуге, что дала тебе эта любовь кроме твоей должности? Я не буду желать, чтобы Король ответил тебе взаимностью. Я пожелаю тебе того же, о чем мечтаю сама – найти дорогу к себе. Найти свой выход из тьмы, в глаза которой ты смотришь. Мне следовало поговорить с тобой раньше, но я позволила ненависти взять верх. И причинила тебе много боли. Я ухожу туда, где мне велит быть сердце и долг. Прости меня, Тауриэль. Прости и прощай, - Кристэль наклонилась, коснулась губами щеки эльфийки, у которой уже закрывались глаза, выскользнула из комнаты и заперла ее на засов. Ключ Кристэль повесила под факел напротив дверей. Так, что там говорил Леголас? Западное крыло…
Девушка тенью скользила по боковым галереям, избегая освещенных залов. В комнате Тауриэль Кристэль нашла доспехи начальницы стражи и быстро натянула их на себя. Жаль только, что маловаты - Тауриэль была ростом пониже, чем Кристэль. Ничего, плащ скроет все недостатки. Кристэль надела шлем. А теперь - в сокровищницу!
Эльфийка остановилась, напевно произнесла несколько слов. Пару томительных мгновений ничего не происходило. Но вот в воздухе пробежали и растаяли легкие радужные искры. Кристэль шагнула внутрь. Времени у нее было мало – она владела лишь ограниченным доступом.
Керилуг и кольчугу она нашла практически тут же, но оружия гномов и их вещей не было и в помине. Кристэль торопливо огляделась. Ну да, все это будет в оружейной. Здесь был проход... Вот он! Быстрее, быстрее, пока не запечатался вход. Где же искать?!
 Вот небольшая кладовка. Здесь хранится все, что не особо нужно. Ну-ка… Есть! Вещи и оружие гномов были свалены в кучу. Сердце девушки билось, как от долгого бега, пока она торопливо перебирала ее. Вот щит Торина. Ножи Фили и Кили. Мечи обоих братьев.  Праща. Топоры, фошард, булаву ей не унести. Равно как и доспехи и вещи. Оркрист... Где же Оркрист? Неужели Трандуил спрятал его у себя в покоях? Едва ли. Ведь клинок служил бы укором его совести.
Ищи, ищи же! Времени остается так мало…
Ноги сами собой понесли к дальней стене. А вот и меч. Кристэль вынула его из ножен, улыбнулась, как старому другу. Оркрист. Во чтобы его завернуть?.. А это что? Под грудами металла торчала рукоять, похожая на рукоять меча Торина. Девушка вытянула меч. Хм… Правда похожи: и ножны, и рукоять. Но клинок сломан. Глаза Кристэль сверкнули. Она подхватила первый подходящий кусочек железа, валявшегося под ногами,  и вместе с обломком что было силы вогнала в ножны. Теперь лезвие заклинит. И пусть себе лжеОркрист висит на дальней стене. Вот только от идеи завернуть клинки в плащ Торина пришлось отказаться. Ножей и мечей братьев, как и пращи, не хватятся. Едва ли кто составлял опись изъятого. Пусть все думают, что пленники бежали безоружными.
А бежали ли?!
Кристэль коснулась плаща Короля гномов, вздохнула, сорвала со стены другой неизвестно чей плащ. Клинки и щит были надежно упакованы, и девушка со всех ног бросилась прочь. Едва она выскочила из сокровищницы, как в воздухе снова побежали цветные искорки – вход запечатался.
Кристэль едва не попалась, пока бегала в поисках друзей. Хорошо, Бильбо подробно рассказал и нарисовал, кто где сидел. Убедившись, что Фили и Кили не отвечают, Кристэль пошла к караулке и столкнулась с одним из стражей, которого принесла сюда нелегкая. Хорошо, что эльфийка не сняла шлем: едва эльф собрался отчитаться, Кристэль фыркнула, махнула на него рукой и стремительно, как обычно ходила Тауриэль, поднялась по лестнице наверх.
- Вот носит ее! - проворчал эльф. – У всех праздник, одна она как призрак везде шатается... Завтра еще выговаривать начнет.
И вернулся к друзьям.
Кристэль, у которой сердце от страха билось где-то в горле, решила больше не искушать судьбу и торопливо направилась на конюшню. Она быстро оседлала своего коня, вывела его, закрепила на нем сверток с оружием, вскочила в седло, и Линтэнил рванулся вперед.
Эру, помоги нам!
- Дорогу начальнице стражи! – Кристэль на ходу бросила пароль первой ступени. Затем второй. У ворот стража немного  замешкалась.
- Именем Его Высочества Трандуила, поднять решетку, немедленно! Срочное донесение в Эсгарот! Аркуэн!
Решетка была торопливо поднята.
Ай да Тауриэль! Вот это репутация!
- Алалмэ! – крикнула девушка. – Нэн! Вил!
Ворота раскрылись. Подковы Линтэнила высекли искры из камней моста, и вскоре всадница исчезла в лесу.
- Вот служба-то, - проворчал один из стражей. – У всех праздник, а ей мчаться.
- И не боится ведь одна по ночному-то лесу…
- Слушайте, а что за конь у нее? Линтэнил, что ли?
- Ты в своем уме? Он же никого к себе не подпускает, кроме невесты короля!
И стража вновь вернулась к накрытым столам.

Бочонки крутило, швыряло, било о каменные стены. Но вот течение стало чуть более спокойным – кажется, река вышла на поверхность.
Одна за другой, бочки, в которых сидели гномы и хоббит, раскачивались и переворачивались стоймя. Крышки отлетели прочь. Вид у гномов, выглядывавших из бочек, был до того потешный, что Бильбо, снявший кольцо, не удержался от смешка. Впрочем, смех мгновенно прошел, едва хоббит увидел, что их несет в довольно крутой желоб. Вода впереди закручивалась, билась о края. Нечего было и думать о том, чтобы остаться сухими. Оставалось надеяться лишь на то, что низко сидящие в воде бочонки не начерпают воды.
Вот подхватило бочонок с Торином, завертело со страшной силой, окатило волной, и течение стремительно потащило его вперед. Торин только прорычал что-то, откинув мокрые длинные пряди назад. Над желобом стояли ругательства и проклятия. Осенняя вода не способствовала улучшению настроения. Хорошо еще, что ни один бочонок не перевернулся.
А ведь ниже по течению бочонки собирают плотовщики! Не могут же они плыть сами по себе до Эсгарота! Надо что-то придумать, иначе нас снова поймают!
 

Элина Лисовская