Получать новости по email

Тарисиль Селлуг

(роман в жанре фан-фикшн
по мотивам повести Дж.Р.Р. Толкина «Хоббит»
и одноименной экранизации)
Главы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

========== Глава девятнадцатая ==========

        Под ругань и проклятия гномов бочонки с изрядной высоты выкинуло в реку. Бильбо вытряхнуло из его бочки, и не утонул бедняга только потому, что его успел схватить за руку Бофур, а Балин и Бифур с двух сторон подхватили пустой бочонок. Кое-как хоббита снова затолкали внутрь.
 Долгое время отряд плыл мимо берегов, заросших таким густым мрачным лесом, что все невольно порадовались отсутствию необходимости тащиться через него. Радовались и свободе. А больше, собственно, радоваться было нечему. Еды нет. Денег нет. Оружия нет. Река совершенно неизвестна. К тому же ни хоббит, ни гномы не испытывали любви и доверия к подобным водным пространствам. Мысли о возможных порогах, перекатах и водопадах все старались от себя гнать. Да еще первый день осени выдался холодным и дождливым, пронизывающий ветер прижимал промокшую одежду к телу. Поначалу Фили и Кили пытались шутить на тему, чей бочонок резвее, и кто из них обгонит другого, но некоторое время спустя примолкли и они.
- Торин! - крикнул Бильбо. - Кто-нибудь знает эти края? Я слышал, что у излучины реки бочки собирают плотовщики-эльфы и дальше перегоняют в Эсгарот. Нам надо будет выбраться раньше!
- Я никогда не был здесь! – отозвался Король гномов. – Возможно, Балин… Балин! Ты бывал за Эсгаротом?
- Да! Но не так далеко! Я не знаю этих мест!
- Я был на реке пару раз, - крикнул Двалин. – Надеюсь, тут не сильно все изменилось! Думаю, смогу узнать место.
- В любом случае, через лес нам не пройти! – подал голос Дори. – И выбираться надо будет ночью!
Легко сказать! Бочонки плыли посреди реки, и до берегов было весьма далеко.
К ночи дождь пошел сильнее.
- Если погода не переменится, мы просто пойдем ко дну! – мрачно пообещал Нори. Ему никто не ответил. Все промерзли до костей. Ноги затекли, тела постепенно немели. Гномы и хоббит старались хоть немного согреться, но в бочке, плывущей по быстрой реке, не очень-то пошевелишься. Спать ночью не решился никто.
К утру дождь прекратился, но реку окутал густой туман. Гномам пришлось постоянно окликать друг друга. От промозглой сырости зуб не попадал на зуб, а Бильбо начал оглушительно чихать и от озноба дрожал так, что бочонок ходил ходуном.
Солнце пробилось только ближе к полудню. Туман нехотя рассеялся, и беглецам удалось чуть-чуть подсохнуть. Лес по обоим берегам стал гораздо реже и светлее. С одной стороны, это была хорошая новость. С другой, это означало, что необитаемые земли скоро закончатся, и плыть в открытых бочках будет рискованно. А выбитые крышки давно унесло течением. Да и возможную погоню никто не исключал. Кроме того, мысли друзей нет-нет да возвращались к Кристэль. Где она? Удалось ли ей бежать?

Ближе к  рассвету до гномов и хоббита долетел неясный шум.
- Что это? – забеспокоился Бильбо. Все напряженно всматривались в темноту.
- Камни! Впереди пороги! А вскоре за ними излучина! – крикнул Двалин. – Видимо, та, где будут плотовщики.
- К берегу! – закричал Торин. – Наши бочонки тяжелее прочих! Нас разобьет о камни!
Но бочка - не лодка, весел нет. И когда несет течение, с этим ничего особо не поделаешь... Ох, как же нам не хватает Гэндальфа! Он бы что-нибудь придумал! – с отчаянием подумал Бильбо и тут заметил, что Фили, Кили, Двалин и Балин с риском начерпать воды все же пытались грести руками. Их бочки медленно, но верно отплывали в сторону. Прочие гномы последовали примеру товарищей, даже Бомбур как-то исхитрился приспособиться. Но Бильбо не хватало ни роста, ни сил. Торин заметил это.
- Прыгай! – крикнул он.
- Я не умею плавать! – отчаянно отозвался хоббит. Торин выругался сквозь зубы, прикинул расстояние до берега, резко накренил свой бочонок и выскользнул в воду, когда хоббита проносило мимо. Тело сразу резануло холодом, изнутри поднялась волна страха: гномы не были дружны с водой – она очень плохо держала их, хотя сам Король немного плавать умел. Бильбо, понявший замысел Торина, накренил свой бочонок, и Королю удалось схватить его за край. Силы его хватало, чтобы отталкивать бочку с хоббитом в сторону от течения. Неимоверно мешали сапоги, но Торин и не подумал скинуть их.
Постепенно течение ослабевало. Тем не менее, радоваться было рано: камни у берега были высокими, и бочонки с гномами неумолимо тащило прямо на них.  
К счастью, бочки были сработаны на совесть и не разбились от ударов. Но приложило о камни всю компанию весьма ощутимо. Кроме того, гномы оказались в ловушке: плавать никто не умел, а догрести до берега в бочонке шансов было мало. Все понимали, что при неосторожном движении течение может отнести на стремнину и ничем хорошим это не закончится. По камням тоже было не дойти. Пришлось Торину выручать всю компанию: один за другим он доталкивал бочонки товарищей до берега, благо вдоль каменной гряды плыть было проще. Гномы выбирались на сушу. Те, кто чувствовал себя получше, входили в воду едва не по плечи и принимали очередную бочку. Когда, наконец, Торин дотянул до берега Бомбура, то, наверное, просто упал бы, если бы его не подхватили племянники и Двалин.
Дела были хуже некуда. Вода в Лесной не прогревалась даже в жаркое лето, а ночь выдалась слишком холодной для ранней осени. Все промокли и озябли, а Торин вообще дольше всех просидел в ледяной воде. Хорошо еще что сильного ветра не было. Король непослушными руками стянул сапоги, вылил воду, встал и буквально заставил себя двигаться.
- Не сидеть, парни, иначе все сляжем! Встали, живо!
Он поднимал друзей, тормошил, но чувствовал, что сам держится исключительно на природном упрямстве.

Фили, вместе с братом помогавший выгружать товарищей, выливал воду из сапог и ругал себя последними словами за то, что не догадался снять их.   
- Надо что-то придумать, Торин! - проговорил он. – Иначе мы все замерзнем!
Кто-то осторожно коснулся его плеча. Фили резко обернулся. От него отпрыгнула длинноволосая фигурка, видимо, прятавшаяся до этого за камнями.
- Ты кто? Что ты здесь делаешь? – гномы собрались на его голос и удивленно уставились на девушку.
-  Я Ардис, - тихо сказала она. – Вы попали в беду? Я могу вам помочь.
- Девушке опасно бродить в одиночестве. А уж заговаривать с таким количеством незнакомцев - абсолютная глупость, - проговорил Торин, чувствуя, что у него начинается озноб. Бильбо чихал безостановочно и стучал зубами так, что казалось, слышно было на всю реку.
- Вы же гномы, а не орки, - сказала девушка. – Я видела, как вы выбирались из реки. Вы были в плену, да?
- Да, - Фили встал на ноги. – Мы промокли и замерзли. Ты можешь помочь?
- Да. Здесь рядом наша деревня. Вечером плотовщики отправились принимать бочки и перегонять их в Эсгарот.
- Долго до Озерного города?
- Нет. По реке от излучины где-то полдня. А от нас, если сушей, то побольше. Идемте.
- А что ты делала здесь? – спросил Фили.
Девушка смутилась:
- Да так… Ничего особенного. Скажи, - Ардис перешла на шепот и показала в сторону Короля гномов, - это и есть тот самый Торин, про отца и деда которого поют в песнях?
- Я не слышал этих песен. Откуда мне знать?
- Ну, я говорю о Королях-Под-Горой.
Фили помолчал, а потом спросил:
- Ты что-то знаешь о них?
- Да. Отец рассказывал.
- А кто твой отец?
- Гном. Один из тех, кто когда-то жили в Эреборе. Его имя Хьюрир. Он был молод, когда напал дракон. А потом остался у нас, встретил мою маму и теперь держит тут трактир, - тихо ответила девушка.
- Что ж, ты угадала. Это Торин, внук Трора, сын Трайна.
- Значит, предсказания начинают сбываться! – в голосе Ардис послышалась радость.

Деревня оказалась достаточно большой, окруженной крепким частоколом. Там даже был трактир – здесь когда-то проходила дорога на Дейл и Эсгарот, и жизнь была несоизмеримо оживленнее.
Несмотря на ранний час, многие жители уже были на ногах – топили печи, пекли хлеб, кормили птицу, и появление гномов вызвало переполох. Ардис тут же сообщила, что вернулся внук Трора, и скоро все изменится к лучшему. Женщины – а их сейчас было большинство – может, и не особо поверили Ардис, но путники были в таком состоянии, что их без лишних вопросов проводили до трактира. Навстречу им вышел русобородый гном, на вид немного старше Торина. На правой половине его лица виднелся след старого ожога. Лицо гнома было сердитым:
- Ардис! - начал было он, но пригляделся к гномам и бросился к Торину:
- Государь?! Что с ним?
- Мы попали в плен, бежали. Торин провел много времени в ледяной воде, помогая нам, - ответил Двалин. – Вот уж не ожидал тебя здесь встретить, Хьюрир...
- Проходите же скорее в дом!.. Ардис! Ты еще здесь? Ну-ка, быстро беги за Ируфь! Расскажи ей о том, что случилось!
В доме им навстречу вышла молодая симпатичная гномка.
- Мирис, дочка, топи печь пожарче и неси сюда сухую одежду! Живо!
- Мы не сможем… - начал было Торин, но Хьюрир перебил его:
- Не смейте говорить о деньгах. Ваш дед и отец всегда достойно заботились о своем народе. Неужели вы думаете, что я не окажу любую помощь моему Королю, какая только будет мне по силам?
Торин молча обнял гнома. Потом устало опустился на лавку:
- Надеюсь, я смогу отблагодарить тебя.
Мирис прибежала с ворохом полотенец и разнообразной одежды. Она успела обратиться к соседкам за помощью и все дружно несли, кто что мог – у Хьюрира просто не нашлось бы столько вещей. Торин представил Хьюриру своих спутников. Выяснилось, что гном много раз видел молодого наследника. Балина и Двалина Хьюрир немного знал. А Дори как-то заказывал у него застежки для книги.
- Сейчас приготовлю комнаты. Мирис, поторопись!
- Да, отец.
Хьюрир быстро разместил всю компанию. Пока добрые соседки тащили кто подушку, кто одеяло, кто тюфяк,  местная знахарка, Ируфь, невысокая, полная женщина, поднялась в комнату Торина.
- Государь, позволь мне осмотреть тебя, - проговорила она.
- В этом нет нужды, - выдавил Торин.
- Да уж конечно! А то я не вижу: весь в испарине. Командовать будешь у себя во дворце, а здесь меня слушайся, - сурово проговорила Ируфь. – Снимай рубаху, государь, я принесла настойку для растирания. И будь любезен, не перечь. Для твоего блага все делается. А то знаю я вас, гномов. Упертые, что скалы…
Торин слушал ее ворчание и улыбался против воли, чувствуя, как от растираний начинает согреваться промерзшее тело.
- Выпей отвар. А теперь - греться! Банька у нас небольшая, но как-нибудь устроитесь. Хуже нет чем по такой погоде, да в стылой воде. Прихватит горячка – мало не покажется. Как вот жена Хьюрира - за неделю сгорела, бедная…

В парной и правда было не очень много места, но прогреться сумели все. Хьюрир поддавал пару травяным настоем. Пахло хвоей, мятой и еще какими-то душистыми травами. После, уже переодетых в сухую одежду, гномов посадили за стол. Торин что-то пил, не чувствуя вкуса, что-то жевал, опять же не понимая, что ест. Послушно проглотил все настои и ушел к себе.
- Я пригляжу за ним сегодня. А потом мне в соседнюю деревню надо, - сказала Ируфь Хьюриру. – Торин крепкий, быстро поправится. Если только будет делать то, что я говорю… А что за человечек такой странный с ними? У которого ноги мохнатые? Никогда не слышала о таком народце.
- Я и сам не слышал. Его называют хоббитом. А имя его Бильбо Бэггинс.
- Хоббит? Чудной такой... Здорово простыл, бедняга. Надо будет дать ему капель от насморка, а то все чихает, не переставая, - улыбнулась целительница.

Мирис расставляла тарелки с простой, но сытной едой. Ардис, застенчиво улыбаясь, наливала в кружки отвар. При свете ламп стало видно, что она совсем еще девчонка, нескладная, не слишком красивая, с большими голубыми глазами и светлыми волосами. И было сразу понятно, что она – полукровка, как и ее сестра.
Когда стол был накрыт, Ардис села в уголочек, и оттуда с неподдельным интересом разглядывала гномов и хоббита. Последнему Мирис принесла кипу носовых платков, и Бильбо почувствовал себя абсолютно счастливым, несмотря на жар.
Старшая из сестер была довольно высокой, крепкой, русоволосой и кареглазой, как отец. Красотой и она не отличалась ни по гномским, ни по человеческим меркам, но от нее веяло таким теплом и уютом, особенно когда она заботливо подкладывала гостям добавку в тарелки, или спрашивала, не нужно ли чего, что уходить спать не хотелось.  
Однако усталость брала свое, и вся компания разбрелась по комнатам.

Днем весь поселок собрался у трактира. Всем было интересно увидеть Короля гномов и его спутников. В конце концов, Хьюрир поговорил со старостой, седым, как лунь, Келостом, и вдвоем они кое-как уговорили жителей разойтись по домам и заняться своими делами. Впрочем, нет-нет, да кто-нибудь из женщин прибегал, приносил то молока, то хлеба, то овощей, и справлялся о самочувствии приболевших. Жили в деревне не богато, но дружно, поддерживая друг друга во всем.
Гномы проснулись ближе к ночи, и сразу стало понятно, что о продолжении пути не может быть и речи. Балина и Оина изрядно приложило о камни. Простужены  были все, в той или иной степени. У Бильбо ломило все тело, а от его чихания звенели стекла в окнах. У Глоина распухло горло. А Торин, несмотря на все усилия Ируфь, был очень слаб. Поэтому приняли решение задержаться дня на два. Хьюрир обещал за это время придумать что-нибудь, чтобы побыстрее доставить короля и его спутников в Озерный город.
Дочери Хьюрира налили гномам горячего вина и уже собрались было пойти заняться шитьем, как вдруг за окном раздался перестук копыт. Немного погодя, хлопнула дверь и в трактир вошла высокая фигура в эльфийских доспехах.
- Та…Тауриэль? – заикаясь, произнес Кили в гробовой тишине. Гномы напряглись, схватились за ножи. Бильбо на всякий случай приготовил кольцо. Но эльфийка сняла шлем, и на друзей уставились веселые серые глаза.
- Что, испугались?
Тишина взорвалась криками, проклятиями и смехом. Старшие гномы, за одним исключением, не спешили навстречу, но видно было, что они тоже рады. Разумеется, гномы ждали объяснений, и это было нормально. Чего не скажешь о молодежи.
- Кристэль! – братья, Бильбо и Ори с Бофуром бросились к девушке. – Сбежала!
Она обнимала их, целовала кого в щеку, кого в лоб.
- Живы, бродяги! И свободны! Хвала Эру… Бильбо, ты простыл? Ничего, поправишься!
В какой-то миг Кристэль подняла глаза и встретилась с тяжелым взглядом Короля гномов. Торин сидел у стены в своей темно-зеленой рубахе и вовсе не выглядел радостным. Улыбка девушки померкла.
- Торин…
- Я смотрю, ты покинула дворец? – раздался мрачный голос. Все притихли. – Что, неужели свадьбу отменили? Впрочем, судя по всему, ты опять удрала тайком.
- Торин, ты о чем? – удивленно спросил Фили. Гномы переглянулись. Бильбо втянул голову в плечи.
- Торин, я… - начала было эльфийка, но гном не дал ей договорить.
- Не трудись объяснять. Я сам им все расскажу. Перед вами невеста его Величества Короля Лихолесья Трандуила. Да, парни, вы едва не перегрызлись из-за чужой невесты. Кто бы мог подумать, что наша милая Кристэль из той породы женщин, которые способны долгие годы истязать влюбленное в них сердце!
- Торин, ты бредишь.
- Нет, Кристэль. Я восхищаюсь твоей черствостью и бездушием, - Торин поднялся и, более не сказав ни слова, ушел к себе. Кристэль прислонилась к дверному косяку, и устало закрыла глаза.
Опять по новой… Да сколько же можно?!
- Это… правда, Кристэль? – осторожно спросил Фили.
- Я рассказывала вам о женихе, от которого сбежала. Да, это был Трандуил... Но я не люблю его, и не собиралась за него замуж!
- Ну, вообще-то было видно, что ты не горишь желанием упасть в его объятия, - кивнул Дори.
- Мне пришлось сбежать. Я бы и близко не подошла к Лихолесью, если бы не…
- Если бы не мы. Не огорчайся. Торин сейчас не в себе. У него жар, - проворчал Двалин. - К тому же все, что связано с Трандуилом, вызывает у него приступы ярости.
- Это я виноват. Случайно проболтался, - повинился Бильбо.
- Кристэль, ты давно уже такой же воин отряда, как и мы, - громко сказал Оин. – Никто не верит, что ты можешь предать нас.
Кристэль горько усмехнулась, ее губы дрогнули.
- Можно тебя на пару слов, девочка? – Балин подошел к эльфийке. Девушка кивнула, и они вместе вышли за дверь.

- Не обижайся на Торина. Характер у него, правда, несносный, очень  тяжелый...  Я не оправдываю его, но понимаю.
- С чего он решил пожалеть Трандуила? Я бы на месте Торина только радовалась.
- Не все так просто, девочка. Видишь ли… Ну, как тебе объяснить?
- Как есть, Балин.
Старый гном замялся:
- Влюбленные всегда болезненно воспринимают все, что связано с чувствами. Возможно, он представил себя на его месте.
- Что? О чем это ты? – Кристэль удивленно смотрела на Балина сверху вниз. Балин молчал.
- Погоди… Ты хочешь сказать, что Торин… – Кристэль показалось, что ее сердце перестало биться. По-крайней мере, она его больше не ощущала.
- Боюсь, да. Ох, девочка, лучше бы мы не заходили в Ривенделл! Правда, про руны бы не узнали, но… Ты обещаешь молчать?
- Да, - ровным голосом ответила Кристэль, глядя на месяц, сияющий в облаках.
- Я бы не сказал ни слова, но вижу, что поведение Торина ранит тебя. Все устали от ссор и хотят, чтобы вы стали друзьями. Словом, Торин встретил там Владычицу Лориэна.  
- Л-л-леди Галадриэль? – с трудом выдавила девушка и побледнела, как полотно. Сердце сильно ударилось о ребра, словно хотело выпрыгнуть наружу. – Она что, была там?!
- Была. В недобрый час случилась эта встреча, и Торин не может забыть ее. Он старается прогнать от себя это воспоминание, но я-то вижу, что у него не получается. Нужно время, и дружеская поддержка. И… Что с тобой? Тебе плохо?
- Н-нет, - Кристэль села на крыльцо – ноги отказались служить ей, и прикрыла глаза. По горлу девушки прокатился комок, который она с трудом проглотила. Нужно было срочно дать объяснение своему состоянию, и Кристэль заговорила, растягивая слова, чтобы перестать заикаться:
 – Она ведь сестра государя Финрода. Она была там, а я ее не видела. Я могла о многом расспросить ее. Поговорить… о нем. Но шанс потерян.
Балин только вздохнул.
- Значит, Торин безнадежно влюблен? Да, я понимаю. С Владычицей Лориэна никто не может сравниться, - Кристэль потерла лоб ледяной рукой.  – Ладно. Я поговорю с ним. Не волнуйся, Балин.
Когда они вернулись в дом, Кристэль улыбалась, как ни в чем ни бывало.
- У меня для вас подарок, парни. Извините, все оружие увезти я не могла, но кое-что… вот. Ори, лови! Фили!
- Мои Неразлучники! – обрадовался гном. Ему так понравилось прозвище, данное Кристэль им с братом, что он перенес его на свои мечи. – Как тебя отблагодарить?!
- Налей мне вина. Вот еще твои ножи... Кили, а это тебе.
- Спасибо, Кристэль. Скажи… Почему на тебе доспех Тауриэль? Что с ней?
- Ничего. Думаю, ее уже выпустили из моей комнаты. Я просто одолжила его, чтобы сбежать. Клянусь. И верну его хозяйке. А что?
- Мне не хотелось бы, чтобы с ней что-то случилось. Она, в общем-то, неплохая, - смущенно пожал плечами гном.
- Да. Ты прав. Ну, пожелайте мне удачи, друзья, - девушка сделала пару глотков из кружки, подхватила сверток и покинула зал.

Торин сидел за столом в обществе кружки вина. Рукава рубахи он закатал, ворот расстегнул – ему было жарко. Гном услышал, как скрипнула дверь, но не повернул головы.
- Торин…
- Уходи.
- Выслушай меня. Я не понимаю, что я сделала?
Ох, что-то мне этот разговор до боли напоминает!
- Не понимаешь? Ты не понимаешь, что поступила подло? Трандуил - мерзавец. Но он три года сходил с ума, разыскивая свою невесту. А ты струсила и тайком сбежала, - Торин говорил медленно, спокойно, словно читал обвинение. Или приговор.
- Я не…
- Не оправдывайся. Ты не поговорила с ним честно. Ты даже не написала ему. А когда появилась, устроила тролль знает что. На его месте я бы убил тебя. Да, ты помогала нам. Но если бы я знал, какое черствое у тебя сердце, я никогда не допустил бы… дружбы между… - Торин повернулся и мрачно взглянул на девушку. Кристэль показалось, что воздух в комнате стал накаляться, уплотняться, как перед грозой.
- Как, оказывается, просто примирить заклятых врагов! Вас бы сейчас свести вместе, порыдали бы друг у друга на плече, запивая вином скупые мужские слезы! Знаешь, Торин, вы с Трандуилом очень похожи. Да-да! И не сверкай на меня глазами! Вы оба видите и слышите только то, что вас по какой-то причине устраивает! Все прочее волшебным образом проходит мимо ваших ушей! Почему ты все время ищешь подвох там, где его нет?
- Нет? – взгляд Торина стал еще более угрюмым. – Ты не рассказываешь о себе. У тебя сплошные тайны и недоговорки. И ты хочешь, чтобы я доверял тебе?
- Знаешь, Дубощит, по-моему, правильнее было бы назвать тебя Дуболоб! – прошипела Кристэль, не обращая внимания на то, что при этих словах Торин резко поднялся из-за стола, но сдержался, только вцепился в спинку стула так, что пальцы побелели. – Тебе даже в голову не приходит, что у меня могли быть причины поступить с Трандуилом так, а не иначе! Ты заранее готов обвинить меня в чем угодно и поверить в любую гадость обо мне! За что? Я не понимаю! Разве я хоть раз предала тебя, хотя могла бы? Или обманула?
- Нет. Но откуда мне знать твою истинную цель? Откуда мне знать, кому ты служишь, и когда наступит конец твоему благородству? Ты ведь не захотела вступить в отряд, отделавшись пустыми отговорками! Промолчала о связи с Трандуилом. От тебя все время ждешь подвоха! И да, у меня есть повод не верить тебе.
- Да ты… ты… - девушка задохнулась. – Когда я врала тебе?!
- Хватит истерить, - спокойно и холодно проговорил Торин. –  Ты способна вывести из себя даже скалу. В конце концов, ты забываешь, что я  - Король. И разговариваешь совершенно неподобающе. Оставь меня.
- Это невыносимо! Ох, если бы я не поклялась быть рядом, пока это необходимо!
- Ну да, - с иронией ответил Торин, усаживаясь на место и отворачиваясь. Ему казалось, что он горит в огне. Дышать было тяжело. – Поклялась. Совсем недавно. В Дол Гулдуре. Моему отцу, давно убитому Гэндальфом. Оставь эти сказки для хоббита!
Кристэль молча прошла через комнату. На стол с глухим звоном упал сверток, поверх которого девушка бросила амулет Торина и  вышла прочь.
Эльфийка так быстро пробежала мимо обеденного зала, что друзья ее не заметили. На улице Кристэль подошла к Линтэнилу и, обняв его за шею, горько расплакалась.
Удар за ударом... Эру Всемогущий, за что? Хотя я знаю ответ. Наверное, Тауриэль и Трандуилу так же было больно…

Торин сделал еще глоток вина. Он сказал то, что думал, но почему-то чувствовал себя прескверно. Наверное, из-за простуды. Надо же, как она обиделась! Бросила назад подарок. Да и пожалуйста! Но почему тогда ему кажется, что он здорово перегнул палку? Кристэль столько раз выручала их, что предавать в дальнейшем просто глупо. С другой стороны, а в чем он не прав? Кто знает ее истинную цель? Торин стукнул кулаком по столу. Нет, он не пойдет за ней. Он же не слепой и не глухой. И выводы вполне очевидны.
Помни, Торин Дубощит, не все на самом деле является тем, чем кажется. И не всегда выводы от увиденного или услышанного будут верны.
Ему показалось, что мягкий голос Владычицы прозвучал здесь, в комнате. Торин даже оглянулся.
Мы говорили с Гэндальфом. И он рассказал мне, как умер отец. А Кристэль… она обманула…
Торин развернул ткань, коснулся щита, Оркриста.
Что же ты делаешь, Кристэль? Зачем? Для чего? Я не понимаю… Неужели я продолжаю совершать ошибку за ошибкой? Но рассказ Гэндальфа…
И вдруг гном замер, глядя на старую фибулу, лежавшую в щите. Фибулу, передававшуюся от отца к сыну и пропавшую вместе с Трайном. Словно во сне Торин взял ее в руки. Да, сомнений не было. Это она. На булавке остался клочок грязной ткани, бывшей когда-то плащом отца. Торину нестерпимо захотелось ударить себя.
Ты и в самом деле Дуболоб! Идиот! Непроходимый идиот! Прав Гэндальф: гордыня и упрямство когда-нибудь погубят тебя...
Торин схватил амулет, который оставила Кристэль, и бросился за девушкой.
По счастью, она еще не уехала - как раз перекидывала поводья через голову коня.
- Кристэль…
Эльфийка не ответила, вдела ногу в стремя и запрыгнула в седло. Торин схватил коня под уздцы, не обращая внимания на то, что тот сразу же прижал уши и начал бить копытом. Девушка холодно посмотрела сверху вниз:
- Пусти.
- Нет. Я…  - Торин тяжело вздохнул и с трудом проговорил: - Я был неправ, Кристэль. Извини. Я не хочу, и не буду оправдываться. Все есть, как есть. Но я прошу тебя простить меня. Не уезжай. Ты нужна мне. Ты нужна всем нам.
Кристэль глядела на него в полном изумлении.
- Что я слышу! Ты извинился перед эльфийкой? Дважды? И даже признал, что был не прав? Это что, сон?
Торин молча смотрел на нее снизу вверх. Ветер трепал спутанные пряди темных волос. Линтэнил попытался укусить гнома, но девушка осадила коня, что-то сказала ему и тот успокоился.
- Если бы ближайший камень признался мне в любви, я была бы удивлена меньше, - девушка спрыгнула на землю. Торин увидел на ее лице следы недавних слез и опустил глаза. Затем вновь посмотрел на Кристэль, отпустил коня, немного помедлил и протянул девушке руку. Кристэль взглянула в его глаза. Ее губы тронула непонятная ему горькая улыбка. Мгновение-другое эльфийка размышляла, затем тряхнула головой, словно отгоняя какие-то мысли, и крепко пожала руку Торина. Не разжимая рук, они шагнули друг к другу и обнялись свободными руками. Соратники. Друзья.  
С крыльца раздались хлопки и радостные крики. Разумеется, вся компания наблюдала за разыгравшейся сценой. Да и деревенские уже торчали вдоль забора. Откуда только узнали?
А в следующий миг Кристэль поняла, что ладонь у Торина горячая, и что он стоит на холодном пронизывающем ветру в тонкой, мокрой от пота рубашке. Девушка отстранилась и приложила руку ко лбу Короля.
- Торин, ты в своем уме?! У тебя жар! – она стянула с себя плащ и набросила его на плечи гнома.
- Подожди, - Король надел девушке амулет на шею. – Не швыряй назад то, что было подарено. Я этого не люблю. И я должен тебе еще одно желание.
- Хорошо, хорошо! Только идем в дом, пожалуйста! А вы куда смотрите?! – напустилась эльфийка на друзей. – Зачем вы его выпустили?
- А ты его удержи! – буркнул Фили, пропуская Торина в дом. – Себе дороже будет!
- Кристэль! – во двор зашел Хьюрир. – А я думал, меня разыграли! Тебя и не узнать в этих доспехах!
- Здравствуй, дружище. Пожалуйста, позаботься о моем Линтэниле, - девушка взяла свой мешок и прошла внутрь.
- Мирис, здравствуй. Где Ируфь?
-  Она уехала в соседнюю деревню, но все настойки и лекарства оставила.
- Давай-ка неси наверх все, что предназначается Торину. Ардис, милая, сделай свой знаменитый медовый напиток. Тот, которым ты меня на ноги поставила, - Кристэль полезла в мешок и вытащила несколько золотых монет. – И не вздумайте отказываться. Я три года пропускала ваши дни рождения.
Кристэль взбежала по лестнице вверх и зашла в комнату Торина. Все гномы набились туда, даже Бильбо, которого опять прихватил озноб.
- Вот что, друзья, идите вниз. Если будет нужна помощь, я позову, - Кристэль стянула доспехи Тауриэль, положила их в угол.  – Бильбо, на тебе лица нет. Ну-ка, марш под одеяло! Завтра поговорим.
- Раскомандовалась! – беззлобно проворчал Двалин. – Ох, женщины…
- Лучше не спорить, - хмыкнул Балин. – Дороже выйдет.
Выпроводив друзей, Кристэль пошепталась в коридоре с Дори, затем вернулась и подбросила поленьев в камин. Ардис принесла свой целебный напиток, и после того, как Торин выпил его, Кристэль укутала гнома одеялом:
- Тебе нужно поспать. Я буду рядом и покараулю твой сон.
Торин вздохнул, но ничего не сказал, просто закрыл глаза. Немного погодя девушка поняла, что он уснул. Некоторое время она смотрела на бледное лицо, на два пятна лихорадочного румянца, на потрескавшиеся от жара губы, на растрепанные, тронутые сединой, влажные от пота волосы. Друг... Кому рассказать, не поверят. Разумеется, он еще не раз усомнится в ней. Недоверие прочно укореняется. К тому же, похоже, у всех королей весьма тяжелые характеры. Да и сюрпризов еще впереди будет много. Но судьба - крайне неумолимая дама. Как ни сопротивлялся Торин, а она пинками погнала их туда, куда нужно ей. Выходит, всякое сопротивление предначертанному бесполезно?
Внезапно Кристэль почудилось, что все вокруг изменилось. Вместо бревенчатых стен – тесаный узорчатый камень.  Торин так же лежит в кровати, правда, более широкой. Лицо его бледно, а на свежих повязках расползаются пятна крови. И кто-то тихо говорит:
- Сделано все, что возможно. Его раны смертельны. К утру он умрет.
Кристэль судорожно вдохнула, вскочила на ноги, выныривая из страшного видения. На мгновение ей почудились бездонные глаза Саурона, усмешка на его губах.
Тебе не удастся нас сломить. Подобной судьбе мы будем сопротивляться до последнего.

Дверь приоткрылась, и в комнату зашла Мирис с кувшином ягодного морса.
- Утром Ируфь приедет, - тихо сказала молодая женщина. – Ардис рассказала мне, как он вытаскивал товарищей из реки.
Кристэль кивнула, потом сказала:
- Мирис, завтра я поговорю с Хьюриром и Келостом. Вам всем лучше уйти в Эсгарот.
- Почему?
- Времена меняются. Здесь было относительно спокойно. Но сейчас, когда я ехала сюда, я видела следы орочьего отряда. И мне это не нравится. Как и то, что пауки забрались в эту часть леса.
Мирис охнула:
- Будет война?
- Не знаю. Но новости очень тревожные. И если что, вас просто сметут.
Торин шевельнулся, открыл глаза. Кристэль тут же склонилась над ним:
- Пить хочешь?
- Да.
Мирис протянула девушке кувшин с морсом.

Немного позже заглянули Фили и Кили.
- Как Торин?
- Все хорошо. Он спит.
- Наша помощь нужна?
- Нет, но… Принесите чего-нибудь пожевать, ладно?
- Конечно. Хорошо, что ты вернулась...
- …и что вы помирились с Торином. Я схожу за едой. Кили, останешься дежурить с Кристэль? А с середины ночи я тебя сменю.
- Конечно.
Девушка улыбнулась.
- Спасибо. Сами-то вы как?
- Обошлось. Немного знобило, но нас напоили какими-то травами и… вроде как мы в норме, - пожал плечами Фили.
- Знаете, парни, я рада, что мы все снова вместе.
Братья весело переглянулись.
- Мы оба тоже рады, что все недоразумения остались в прошлом.
- А дежурить, пожалуй, будем вместе.
Кристэль только кивнула.

Ночь выдалась тяжелая. Торин то затихал, то метался в бреду. Что-то кричал хриплым шепотом на непонятном языке («Отдает команды на кхуздуле» - прошептал Кили), а потом затихал и еле слышно звал кого-то. И напряженно вслушивавшейся эльфийке несколько раз чудилось имя Галадриэли. То он порывался куда-то бежать и тогда братья (Фили перетащил тюфяки в комнату и все по очереди дремали урывками) прижимали Торина к постели, а Кристэль шептала успокаивающие слова и гладила его по лицу.
В предрассветных сумерках жар спал, и Торин открыл глаза. Племянники и Кристэль сидели у его кровати. Кили спал, уткнувшись лбом в деревянную спинку, Фили сидел на полу в изголовье. Глаза его тоже были закрыты. Кристэль дремала на стуле, обеими руками держа Торина за руку. Голова девушки склонилась к плечу. Король гномов еле слышно вздохнул. Когда-то он так же сидел с мальчишками, когда они болели. Теперь оба всю ночь напролет дежурили у его постели... Как быстро они выросли и как повзрослели за время их похода! Его племянники, которые были ему фактически как сыновья.  Неразлучники, как удачно назвала их Кристэль.
Торин усмехнулся одними губами. Кто мог знать, что эльф, девушка-следопыт, ворвется в его жизнь и решительно займет в ней место? Что он, Торин, будет беспокоиться за нее и, в конце концов,  признает ее одной из отряда? И станет ей другом. И еще извинится перед ней. Несмотря на то, что она по-прежнему не раскрывает свои секреты…
Но, во имя Дурина, как же тяжело с ней держать себя в руках!

Он шевельнулся, и Кристэль тут же открыла глаза.
- Как ты? – шепотом спросила девушка.
Торин некоторое время молчал, потом отозвался:
- Хорошо. Ты не могла бы разбудить парней и выйти на некоторое время?
Кристэль кивнула. С братьев тут же слетел сон, едва они поняли, что Торин пришел в себя. Стоя за дверями, Кристэль слышала их радостные голоса и негромкий смех. Затем выглянул Кили:
- Заходи. Можно.
- Ребята, вам бы поспать, а?
- А ты?
- И я сейчас лягу. Если не прогоните.
Братья в ответ только фыркнули.
- Торин, выпей это, пожалуйста.
Король беспрекословно подчинился.
- Почему бы тебе не сменить профессию? Будешь целительницей. А мы бы у тебя лечились, - глаза Торина блестели, но уже не от жара, а от беззлобного ехидства. Кристэль припомнила странное предгрозовое ощущение, когда они ругались здесь же. Нет, оно не прошло. Впрочем, не удивительно. Девушка не сомневалась, что повод для хорошей ссоры найдется быстро. И не потому, что они ее жаждали, а потому что с их характерами обоих заносило на поворотах. А учитывая, что впереди осталась самая веселая часть путешествия, поводы наверняка найдутся. И не то что для грозы, а для урагана.
Эльфийка только усмехнулась, поправляя ему подушку. Затем коснулась рукой лба Торина.
- Ну вот, другое дело.  Постарайся еще уснуть.
- Ты вступаешь в отряд?
Кристэль вздохнула.
- Ты уверен, что не пожалеешь об этом?
- Нет.
- Ты стал абсолютно верить мне?
- Нет.
- Тогда почему?
- А кто пойдет убивать дракона? Я? Это не королевское дело, - невозмутимо ответил Торин. Братья подавились смехом. Кристэль с укоризной посмотрела на них, но не удержалась и фыркнула:
- Я его приручу. И вот тут-то вы узнаете, почем фунт лиха...
- Ты в детстве начиталась сказок о драконах, влюбляющихся в прекрасных дев?
- Видишь ли, Торин,  мой меч сам лорд Элронд назвал сказкой и выдумкой.
У Торина возникла уверенность, что слова эти девушка сказала не просто так. Но сейчас его больше волновал другой вопрос.
- Ты опять уходишь от ответа.
Кристэль помолчала, потом вздохнула:
- Я уже сделала так много глупостей, что от еще одной ничего не изменится. Да, Ваше Величество, я вступаю в отряд.
- Вот и отлично, - отозвался Торин и прикрыл глаза. Он должен хорошо отдохнуть, ведь на следующий день договорились собрать совет. Нужно решить, как быстрее добраться до Эсгарота.

Элина Лисовская