Получать новости по email

Тарисиль Селлуг

(роман в жанре фан-фикшн
по мотивам повести Дж.Р.Р. Толкина «Хоббит»
и одноименной экранизации)
Главы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

========== Глава двадцать восьмая ==========

        Кристэль, словно почувствовав его состояние, вздохнула и отстранилась от дракона:
- Отец, прости моего друга за неуклюжую ложь. Он не знал всей правды и боялся выдать меня.
- Друг, значит, - Смауг выпрямился. – И давно твои невидимые друзья обворовывают твоего отца?
- Я бы не допустила этого. Но он пробрался сюда без моего ведома.
- Бессердечная ты девчонка! - прорычал Смауг. – Зачем тебе нужен был этот спектакль? А если бы ему не повезло, и он пострадал бы? Ты не могла предупредить хотя бы меня?
- Не могла. Я хотела, но у меня не получалось незаметно уйти от друзей. А потом я попала в плен к оркам и...
- Что-о-о-о-о?! – на этот раз рев был такой силы, что Бильбо зажал уши и спрятался за ближайший кувшин, а отряд наверху замер, не зная, что и думать.
- Тише, отец! Все обошлось. Я все расскажу тебе, но прежде… Прежде поклянись, что не тронешь моего непутевого друга. Я просила его помочь мне.
Смауг тяжело вздохнул:
- Помочь в чем?
- Решить эреборскую проблему, отец, - серьезно ответила девушка. Дракон некоторое время думал, затем кивнул:
- Хорошо. Клянусь тебе, что не трону твоего вороватого приятеля. Если он не будет трогать золото. Иначе я за себя не ручаюсь.
- Бильбо! – позвала Кристэль. – Ты можешь показаться.
Ответом была тишина.
- Бильбо, ты поклялся мне! - напомнила девушка. – Я не хочу ничьей смерти. Я хочу, чтобы все, наконец, разрешилось. Клянусь тебе, это правда!
- Хотелось бы верить, - далеко не сразу раздался голос хоббита. – Но мне кажется, что… э-э-э… твой… отец придерживается другого мнения.  
- Выходи, невидимый лгун. Ради счастья видеть дочь, я не трону никого из тех, кто пришел с ней. Если они будут вести себя пристойно.
- Это правда, отец? – тихо спросила эльфийка.
- Да, - кивнул Смауг. – Я прекрасно знаю, что вместе с тобой пришли гномы. И, кажется, уже догадываюсь, кто именно. С твоим чувством справедливости и привязанности к этому народу, только ради эреборцев ты решилась бы вернуться, памятуя о моем обещании выдать тебя за первого встречного... Кстати, этот невидимый приятель подойдет на роль твоего мужа?
Бильбо подавился и закашлялся:
- Э-э-э-э… Может, мне лучше не появляться, а?
- Отец, на всякий случай… Я знаю, ты не отступаешь от своих слов и не забываешь их. Так вот, среди них действительно есть первый встречный. Я про тех, кто наверху.
- Гном?! – взвыл дракон.
- Да, - ответила девушка. – Нет, если ты предпочтешь считать первым встречным Бильбо… Да покажись же ты, наконец!
Хоббит, снявший кольцо, робко выбрался из-за кувшинов и принялся раскланиваться. Смауг закашлялся, помотал головой, сгреб хоббита лапой и поднял на уровень глаз. Бильбо от ужаса зажмурился.
- Не бойся! – крикнула ему Кристэль. – Золотые и Серебряные драконы не нарушают своих слов.
Не сразу Бильбо решился посмотреть на дракона. Янтарные глаза Смауга внимательно разглядывали его, и хоббит поразился спокойствию и мудрости, читавшихся в них. Впрочем, в них горел и странный огонек, словно напоминание о том, что с обладателем этих глаз все же лучше вести себя осторожно.
Наконец, дракон фыркнул, отчего волосы на голове хоббита взметнулись, словно от порыва сильного ветра:
- Н-да-а-а…  Действительно, лучше уж гном. Кто ты такой, Бильбо, друг моей дочери?
- Я хоббит, - вздохнул Бильбо. – А вы что, удочерили Кристэль?
- Хоббит?  - дракон задумался. – Я что-то слышал о таком народце... Что до твоего вопроса, то я был женат на ее матери, - Смауг опустил хоббита вниз. – И Элентиэль родила мне Кристэль.
- С ума сойти можно! - пробормотал хоббит. – У двух драконов родилась эльфийка? Как это возможно?!
- Моя мать была эльфийкой. А эльфийское  имя отца - Лаурэгил.
- Я… я ничего не понимаю, - пробормотал Бильбо и, обхватив голову руками, сел на кучу золота.
- У нас мало времени для объяснений. Наверху наши с ума сходят…
- Наши? – прищурился Смауг. – Кстати, я действительно обещал их не трогать. Но если они нападут или попробуют покуситься на мое золото…
- Вообще-то это золото принадлежит Торину, сыну Трайна, внуку Трора, - перебила его Кристэль.
- Да что ты?! – Смауг резко выпрямился, но тут же устало опустился на монеты: - Ты права, - его голос звучал бесцветно и как-то обреченно. – Но ты знаешь, что будет, если…
- Знаю. Отец говорит о проклятии драконов, - пояснила девушка хоббиту. – Хочет он того или нет, а власть золота так велика над ним, что никакая клятва не удержит его, если кто-то посмеет взять хоть одну монетку.
Бильбо предпочел сдвинуться за спину Кристэль. Смауг усмехнулся:
- Ничего не трогай без моего разрешения, и все будет хорошо. А чаша… пусть это будет подарком за мою встречу с дочерью.
Кристэль улыбнулась:
- Это только мне дозволено копаться в драгоценностях. Как дочери.
- Значит, и ты подвержена этому… этой болезни?
- И я. Поэтому я не оборачивалась, и не буду оборачиваться в драконицу, - ответила Кристэль. – Этот облик позволяет мне держаться.
- Так вот о каком проклятии ты все время говорила... Даже боюсь представить себе реакцию Торина.
- Значит, сюда явился внук Трора, - вздохнул Смауг. – Отвоевывать свое королевство, полагаю…
- Это его родной дом, отец, - тихо ответила Кристэль.
-  Как ты собираешься разрешить эту ситуацию?
- Они не отступят. А мы не уйдем. Без жертв все можно решить только одним способом: привести всех сюда и поговорить.
Бильбо схватился за голову:
- Торин убьет тебя! И сомневаюсь, что он будет вести переговоры!
- Они не пойдут на это, - усмехнулся Смауг. – Да и я тоже не очень склонен к переговорам и дележу сокровищ.
- Ты думаешь, я не знаю, как плохо тебе было, когда ты осознал, что натворил?  - тихо сказала Кристэль. – Отец, я ведь все помню. И то, что ты невольно нарушил обещание не трогать Эребор и не причинять вреда тем, кто спас меня. А ведь многие из них тогда погибли здесь.
Смауг промолчал и опустил голову на пол. На его морде появилось тоскливо-скорбное выражение. Кристэль села рядом и прижалась к нему.
- Ты говорил матери, что исправил бы все, если бы мог. Помнишь?
- Помню, - ответил дракон. Бильбо сидел рядом, отказываясь верить в реальность происходящего. В то, что слышал, в то, что видел. В то, что Кристэль была эльфийкой-драконицей, в то, что он сам сидел рядом с драконом и беседовал с ним, вместо того, чтобы бежать прочь без оглядки…
- Кристэль, может, ты все же расскажешь мне, как так вышло, что ты – дочь дракона?
- Только коротко, ладно? Потому что подробно будем говорить позже. Я рассказывала, что есть драконы старые и новые. Новые – драконы Бауглира в чистом виде.
Смауг оскалился, но промолчал. Бильбо оценил размеры клыков и сдвинулся подальше.
- Отец из старых драконов. Кроме того, он – Золотой дракон. А Золотым и Серебряным драконам была дарована возможность принимать любой облик. Эльфа, человека, даже гнома. Последними, правда, драконы не становились почти никогда.
 – Это связано с определенными неприятными ощущениями при превращении, - нехотя объяснил Смауг. – Чем мельче объект, тем болезненнее процесс.
- Моя мать была эльфийкой. И ради нее отец выбрал этот облик. Собственно, вот краткая история моего появления на свет. После того, как отец ворвался в Эребор - поверь, Бильбо, это действительно было страшное совпадение! - я решила сделать все возможное, чтобы помочь ему облегчить груз вины. Ведь он нарушил клятву. А нам за это приходится расплачиваться.  Словом, когда я поняла, что целью отряда действительно является Эребор, я  отправилась сюда же.
- А твой меч?
- Он делался против драконов Моргота.
- Вот как… Но у меня вопросов больше, чем ответов, - Бильбо почесал в затылке. – Значит, это из-за твоего отца за тобой охотится Саурон?
Смауг резко поднялся и яростно хлопнул крыльями:
- Саурон охотится за тобой?!
- Из-за меча, Бильбо. Саурон не знает, что я дочь дракона. Точнее, не знал. Теперь я в этом не уверена. Да, отец, я побывала в Дол Гулдуре. И у Азога… Это он убил маму.
- Рассказывай! – прорычал дракон.
- Он идет по следу нашего отряда, и полагаю, мы скоро с ним  встретимся. Он убил деда Торина, так что список счетов к нему огромен. Но позже об этом, ладно? Иначе Торин точно решит, что ты нас съел.
- А надо бы, - проворчал дракон. – Меня волнует Саурон!
- Я все расскажу, отец. Но позже. Пока скажу только, что из Дол Гулдура мне помог бежать Гэндальф Серый.
- Этот полоумный маг, одержимый идеей отправить меня на тот свет? Тебе повезло, что он не знал, чья ты дочь!
- Он боится, что ты будешь на стороне Саурона, - пожала плечами Кристэль.
- Кажется, он считает себя мудрецом? – прищурился Смауг.
- От него многое сокрыто, и причины этого мне не ведомы, - отозвалась девушка. – Я не встречала никого мудрее тебя, отец. Но всегда ли твоя мудрость помогала тебе?
Золотой дракон только вздохнул.
- А от лап Азога меня спасли гномы. И Бильбо. И еще вот что, отец… Пока Азог был в Дол Гулдуре, гномы перебили отряд орков и освободили меня и младшего племянника Короля…
Смауг прищурился, но промолчал.
- Короля Торина, - как ни в чем ни бывало продолжила Кристэль. – Но Азог вернулся. И, вероятно, с пополнением.
Дракон оскалил в ухмылке огромные зубы:
- Проверю. Давно я не выбирался наружу…
- Вчера выбирались, - напомнил ему Бильбо. Смауг фыркнул.
- Значит, романтичная моя девочка, ты хочешь совершить невозможное и примирить меня с потомком Дурина?
- Да, отец. Нам есть о чем поговорить. Но я не представляю, как это сделать.
- Торин и прочие могут выслушать тебя, только если у них не останется выбора, - Бильбо почесал в затылке. – Значит, нужно как-то их привести сюда.
- Если я скажу им, кто я, боюсь, не доживу до рассвета. И тогда не выживут они.
- Вот что, - подумав немного, проговорил хоббит. - Мы сейчас вернемся. Расскажем о первой части разговора. Про то, что Смауг Золотой - твой отец, пока промолчим. С вашего позволения я расскажу им о прорехе у вас на груди. Для достоверности.
- О чем это он?
- А у тебя тут камни отвалились, - Кристэль похлопала дракона по груди.
- Вот как?.. Давно доспех не проверял, - вздохнул дракон. – С той поры, как ты ушла, мне стало совсем тоскливо.
- А зачем ты меня замуж хотел отдать? – поинтересовалась она. – И за кого?! За этого кошмарного, алчного Трандуила!
Смауг виновато помолчал, затем хмыкнул:
- Зато теперь ты выйдешь за прекрасного щедрого гнома…
- Ну, сперва тебе придется уговорить его  жениться на мне, - улыбнулась девушка. Смауг ухмыльнулся.
- Ладно, хоббит. Рассказывай, что сочтешь нужным. Ты мастер заговаривать зубы, укротитель бочек… И что потом?
- А потом вам придется покинуть гору. Ну, вы все равно собирались поохотиться на орков. А мы как-нибудь захлопнем дверь, чтобы остался только один путь - через сокровищницу.
- Твой приятель хорошо соображает, - отозвался Смауг.
- Отец, - тихо проговорила девушка, - скажи, ты в самом деле не причинишь вреда Торину и всем остальным?
Выражение удивления на морде дракона сменилось глубокой задумчивостью:
- Раньше ты не сомневалась в моих словах. Кто-то из них очень дорог тебе, а?
- Все они, - буркнула Кристэль. – И кто из них первый встречный, не скажу!
- Да, разумеется. Ну, а если они попытаются убить меня?
- Отец, они гномы, а не идиоты.
- Ты уверена?.. Ладно, не сверкай глазами. Как вам дать знак, что можно сюда идти?
- Орки выходят, как правило, ночью, - задумалась Кристэль. – Сделаем так: ты вылетишь в полной тишине, отец. А когда будешь подлетать к западному склону, просто ударь по любой скале хвостом. Ах, да, еще… В конюшне, внизу, стоят пони и мой конь, Линтэнил. Не съешь их ненароком, ладно?
- Ты еще приплети сюда толпы сожранных девиц, - буркнул Смауг. – Нет ничего хуже старых шуток... Все, идите отсюда. Дайте мне время смириться с собственным безумием. Это ж надо -  согласиться на переговоры с гномами!…
- Наверное, я все же рад такому странному знакомству, - учтиво сказал хоббит. – Прости меня за чашу, Смауг Мудрый. Не знаю, что на меня нашло.
- Не нужно лести, хоббит Бильбо. Я равнодушен к этому, - ответил Смауг.  – А что нашло… Да то, что находит на всех, когда они видят золото и драгоценности. Помутнение.
На пороге Кристэль вдруг обернулась:
- Ох, отец… Гномы же не удержатся. Наверняка возьмут что-то. Доспехи, камни… не знаю…
Смауг глухо зарычал, и в его глазах вспыхнул недобрый огонек, но Кристэль словно не заметила этого.
- Ты же можешь награждать, отец. Пусть то, что они возьмут, будет им наградой за мою жизнь, которую они спасали не один раз.
- Готов поспорить, что и ты не раз их выручала, - буркнул дракон, раздраженно мотнув хвостом. –  Не успела вернуться домой, а уже начались капризы!
Кристэль слушала ворчание дракона с улыбкой на лице.
- Ладно. Твоя жизнь для меня бесценна. Я попробую справиться с собой.
- Я люблю тебя, отец, - проговорила девушка и направилась к выходу из пещеры.
- И я люблю тебя, девочка, - ответил ей Смауг. И тяжело вздохнул.

Когда Бильбо и Кристэль вернулись к остальным, радостным возгласам и объятиям не было конца. Чтобы не шуметь, компания выбралась на воздух.
- Мы уже решили, что Смауг вас сожрал, - проговорил Кили.
- Почему он так рычал? – спросил Фили.
- Ох, сейчас я все расскажу... Дайте отдышаться, - Бильбо опустился на камень. Кристэль присела рядом. Торин молча оперся на секиру, внимательно глядя на них.
- Кристэль оказалась права: Смауг не спал, а притворялся, - начал свой рассказ Бильбо. Хоббит сдержал обещание и практически дословно передал гномам первую часть разговора со Смаугом. Пока полурослик говорил, неподалеку крутился большой старый дрозд, и у хоббита возникло странное ощущение, будто птица его слушает. Бильбо покосился на Кристэль и увидел на ее лице встревоженное выражение. Хоббит истолковал его по-своему, подхватил камень и раздраженно запустил им в птицу. Дрозд отлетел, но тут же вернулся.
- Вот настырный! Мне кажется, он подслушивает наш разговор!
- Бильбо, успокойся, - проговорил Торин. - Это же дрозд, а не ворона. Он очень стар. Возможно, он из тех птиц, что ели из рук деда и отца. Это были непростые птицы. Они понимали наш язык, а в Дейле были те, кто понимал их. Да и в Озерном городе тоже, - проговорил Торин.
- Сомневаюсь я, что будет кому в Озерном понимать язык дроздов. Смауг знает, кто помог нам добраться сюда. И может навестить город…
Кристэль быстро взглянула на хоббита, но промолчала и нахмурилась. А Бильбо весьма детально описал внешний вид дракона,  и его броню из драгоценных камней, и то, что в одном месте камни выпали.
- А ты что скажешь, Кристэль? – поинтересовался Торин.
- Что Смауг не спал. И я не сделала ничего, что могло бы подвергнуть риску меня или вас.
- И не попыталась с ним поговорить? – шутливо подначил девушку Бофур. Кристэль пожала плечами:
- Я не пыталась…
- Так с чего дракон так зарычал?
- Я сказал ему про месть.
- Хорошие новости, - отозвался Балин. – Думаю, прореха на доспехе старого ящера может оказаться нам очень полезной.
Разговор принял другое направление. Гномы принялись обсуждать разные способы убийства дракона, всевозможные приемы и хитрости. Ируфь только вздохнула и пошла в пещеру проверить, как подсохли ее травы – последние, которые можно было собрать в этом году. Мирис время от времени задумчиво поглядывала на Бильбо и Кристэль, но молчала.
- Бомбур, - негромко проговорила девушка, - припасы снизу подняли?
- Да, - отозвался толстяк. – Все здесь.
- Хорошо, - девушка встала, прошлась туда-сюда, подошла к обрыву, глядя куда-то вдаль. Бильбо встал рядом с ней.
- Что тебя беспокоит? – шепотом спросил он.
- Не знаю. Ощущения нехорошие. Мне все время чудится тень Саурона. И меня не покидает ощущение, что нас подслушивали. А возможно, подслушивают и сейчас.
- Ты про дрозда?
- Нет. Торин прав: дрозды – порядочные птицы. С чего вдруг ты ляпнул про Озерный?
- Сам не знаю, - Бильбо вздохнул, некоторое время смотрел на солнце, уходящее в сторону леса. Потом посмотрел на Кристэль:
- Странно, но мне тоже как-то не по себе. Как ты думаешь, - еле слышно прошептал он, -  Озерному грозит что-нибудь?
- Не знаю, Бильбо. Хотелось бы верить, что нет.
- Кристэль, - к ним неторопливо подошел Торин, - тебе нечего мне сказать?
- Пойду поищу что-нибудь съедобное, - отозвался Бильбо и скрылся в пещере.
- Сказать мне есть много чего, - вздохнула девушка. – Вопрос в другом: насколько это сейчас ко времени?  Торин, ты последовал за нами в сокровищницу?
Король гномов поставил ногу на камень, посмотрел в сторону леса:
- Попытался, - нехотя ответил он. – Мне надоело, что ты постоянно рискуешь собой.
- У тебя нет выбора, Торин. Твоя жизнь принадлежит твоему народу. А ты и так слишком часто подвергаешь ее опасности.
Они помолчали.
- Скажи, ты в самом деле был бы рад вернуть Эребор?
- Разумеется.
- Любой ценой?
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, скажем, ценой своей, моей жизни, или жизни Бильбо…
- Я бы предпочел обойтись без жертв, - после долгой паузы ответил Торин и задумчиво посмотрел в сторону друзей.
- Скажи, Торин, - голос девушки прозвучал глухо, - ты хоть немного веришь мне?
Гном перевел на нее взгляд и выпрямился. Густые брови сошлись на переносице:
- Ты принесла священную клятву. Я принял ее. Какие еще могут быть вопросы?
- Ты принял клятву. Но что говорит тебе твое сердце?
- Много чего, - еле приметно усмехнулся Торин. – Вопрос в том, насколько это сейчас ко времени?
Они снова замолчали.
- Я верю в то, что ты пытаешься помочь нам, Кристэль, - негромко проговорил Торин и, развернувшись, ушел к остальным.

Вечерело. Удлинялись тени от скал, солнце клонилось к кромке леса. Кристэль, как прикованная, стояла у обрыва или ходила туда-сюда. Мертвая тишина давила ей на сердце, тревожные, беспокойные мысли одолевали девушку. Все висело на волоске. Нежелание понять и неоправданная резкость могут привести к необдуманным действиям, и тогда погибнут ее друзья. Гнев отца будет страшным и безжалостным. Хватит ли у них веры в нее? Хватит ли любви отца к ней или проклятье драконов пересилит? Эру Великий, им всем предстояло самое тяжелое испытание. Имела ли она право втягивать в это Бильбо? Торин наверняка сочтет его действия предательством.  С другой стороны, почему она так уверена в этом? Сейчас она не удивилась бы, если бы узнала, что Торин слышал их разговор в пещере от первого до последнего слова.
Бильбо почему-то было неимоверно тоскливо и тревожно. Нет, он не верил в то, что Смауг полетит в Озерный город. Но при этом его не покидало ощущение, что жители города в опасности, и хоббит не находил себе места. Разговор с Кристэль отнюдь не успокоил его – девушка сама была на взводе. И чем ближе подбирался вечер, тем сильнее нервничал Бильбо.
Похоже, его тревога передалась и Ардис. Девушка подошла к эльфийке и взяла ее за руку:
- Кристэль… Давайте все зайдем внутрь. Мне страшно.
Эльфийка тревожно посмотрела на гномку:
- Что-то не так, Ардис?
- Я не знаю. Мне тревожно. Когда я смотрю на лес, у меня мурашки по коже.
Кристэль хмуро кивнула и посмотрела, кто из друзей рядом. Выяснилось, что часть из из них осталась в пещере, Оин, Глоин, Балин, Нори и Ори сидят на камнях поблизости, курят и что-то негромко обсуждают. Торин с племянниками, Двалин и Хьюрир отправились вверх по тропинке.
- Надо бы укрыться и закрыть дверь, - Бильбо беспокойно поежился. – Противное ощущение.
Кристэль обернулась к гномам:
- Я пойду искать наших. Друзья мои, вам лучше зайти внутрь горы.
- Почему? Прекрасный тихий вечер! – благодушно отозвался Глоин.
- Ох, прошу вас, сделайте так, как говорит Кристэль! - нервно попросил Бильбо.  Эльфийка молча зашла в пещеру, взяла меч и отправилась по тропе вверх. Гномы внимательно посмотрели на хоббита, на Ардис. Вид последней порядком обеспокоил их:
- Девочка, на тебе лица нет! Что случилось?
- Мне страшно! Я умоляю вас, надо спрятаться!
Гномы посовещались. Глоин отправился догонять Кристэль, все остальные зашли в пещеру и всякий случай приготовили оружие.

Гном и эльфийка нашли друзей на довольно высокой надежно защищенной скалистыми выступами площадке, с которой открывался потрясающий вид на окрестности.
 - Торин, - Глоин подошел к Королю, - возвращайтесь назад. А то у нас там начинается паника, - он хмыкнул. Гномы удивленно посмотрели на него, потом на мрачную Кристэль.
- Да мы в безопасности. Тропинка скрыта скальными выступами, - пожал плечами Фили.
-  Бильбо лихорадит. На Ардис нет лица. Торин, друзья мои, я умоляю вас, давайте все соберемся вместе и закроем дверь!
Гномы переглянулись. В даре Ардис они уже не сомневались, да и такого нервного тона у Кристэль они не слышали ни разу.
- Ты сама бледная, как снег, – Торин шагнул к эльфийке, слегка прищурился, вглядываясь в ее встревоженные глаза.
Какая же ты измученная… Зачем ты так сжигаешь себя? Ради чего? Или кого, Ninanirael?
Гном подумал пару мгновений и велел:
- Возвращаемся.
 
На обратном пути гномы внимательно прислушивались, но вокруг стояла тишина. Неестественная тишина, которая заставила их нахмуриться.
- Не вылетел ли Смауг на охоту? – вслух произнес Хьюрир. Ему никто не ответил. Друзья прошли внутрь пещеры, Торин проверил, все ли на месте. Ардис сидела, прижавшись к Мирис, и дрожала, как осиновый лист. Фили посмотрел на девушку и опустился рядом:
- Все хорошо. Мы здесь.
Он немного помедлил и ободряюще пожал руку гномки. Ардис благодарно посмотрела на него.
- Не бойтесь, - Бофур половчее перехватил свой молот. – Нас так просто не взять.
Бильбо шагал по пещере из угла в угол.
- Перестань маячить! – попросил Кили. Хоббит сел и тут же забарабанил пальцами по камню. Торин, Двалин и Кристэль стояли у двери, всматривались, вслушивались.
- Торин, лучше бы вам ее закрыть, - проговорил Бильбо.  – Эта тишина действует на нервы.
- Тогда у нас не будет выхода, - ответил гном. – Сомневаюсь, что мы сможем открыть ее изнутри. И путь будет один – через сокровищницу…
Тем не менее, он сместил камень так, чтобы остался небольшой зазор. Чтобы отвлечься от чувства тревоги, гномы вполголоса заговорили о сокровищах, припоминая редкие по красоте украшения, которые хранились в Эреборе.
Уже почти стемнело, когда три голоса прозвучали разом:
- Закройте дверь! Умоляю вас! Мне так страшно!
- Надо закрыть дверь! Темнеет!
- Бильбо, у тебя меч светится! – последняя фраза принадлежала Бомбуру. Эльфийка выхватила Керилуг из ножен. Меч ослепительно сиял. Бильбо вытащил Жало, светившееся гневным синим светом.
- Это не дракон, - пробормотал Ори. – Это…
- Орки! – крикнул Торин. Гном дернул дверь на себя, чтобы дотянуться до камня, и внутрь тут же влетело несколько стрел. Одна впилась в щит на руке Торина, которым он инстинктивно  прикрыл голову. Снаружи раздалось рычание и проклятья. Дверь начала медленно закрываться, но в щель пролезло несколько орочьих лап. Двалин с яростным воплем опустил на них свой топор. Раздался вой. О камни вновь чиркнуло несколько стрел. Орки навалились на дверь, пытаясь открыть ее.
- Взяли! Разом! – крикнул Торин. Гномы навалились на дверь со своей стороны. Двалин и Глоин уперлись сапогами в скальный выступ. Гномы отрубали лапы, всовываемые в зазор, но дверь заклинило. И тут Бильбо с яростным воплем ударил Жалом по чьей-то ноге в грубом сапоге. Раздался дикий рев, и помеха убралась. Гномы поднажали. Дверь с тихим щелчком закрылась, замочная скважина исчезла. В пещере наступил полумрак – мечи сияли так ярко, что дополнительного освещения не требовалось.
– Кажется, мы успели вовремя. Но теперь мы заперты в горе, - отдышавшись, проговорил Торин. Кристэль молча выдернула стрелу из его щита. В свете трех мечей лицо девушки казалось бледным.
- Видимо, они подобрались под прикрытием леса, а едва стемнело, бросились сюда, - отозвался Глоин
- Проклятые твари! - зарычал Двалин. – Жаль, что нет возможности раскрошить их гнилые черепа!
Торин промолчал. Гномы и эльфийка стояли у двери и отчетливо слышали возню за ней.
- Надеюсь, они не попытаются вскрыть дверь, - прошептала Кристэль.
- Дверь им не открыть. Пусть возятся.
С той стороны долетали глухие звуки, но через толщу стен было не ясно, что там происходит.
- Что будем делать?
- Ждать, - отозвался Бильбо.
- Чего?
- Благоприятного момента. Чтобы нанести еще один визит Смаугу. Кто знает, вдруг он больше всего на свете ненавидит орков?
- Соображаешь, - одобрительно отозвался Нори.
- Может, перекусим? – робко предложил Бомбур. Товарищи, не удержавшись, фыркнули.
- Кто о чем, - откликнулся Бофур, - а ты все о еде…
- Мысль неплохая, - отозвался Балин. – Да и поспать бы не мешало…
- С орками под боком? – спросил Оин.
- Ну, дверь-то они точно не вскроют. Но когда это поймут, кто знает, на какие действия пустятся.
- Перенесите все вещи поближе к коридору, - прижавшись ухом к двери, проговорила Кристэль. – Мало ли что…
Гномы так и сделали. Эльфийка осталась на месте.
- Ты хорошо спрятала лошадей? – вполголоса спросил Торин, прислонившись рядом. Теперь от друзей их прикрывал небольшой каменный выступ.
- Орки до них не доберутся, - ответила девушка. – Я бы не оставила Линтэнила в опасности.
- А кого бы ты оставила, Кристэль? – усмехнулся Торин. – Готов поспорить, ты и за Трандуила шагнула бы и в огонь, и в воду.
- Скорее всего, ты прав, - отозвалась эльфийка. – Но если бы его не стало, я не пошла бы за ним за черту.
- И все же почему, Кристэль?
Девушка как-то сразу поняла, что вопрос относился не к ее последней фразе.
- Я говорила тебе у костра.
- Ты говорила об уважении и сопереживании. Но ты ведешь себя так, словно в твоей жизни нет ничего важнее, чем возвращение нам Эребора.
Оба сияющих меча опустились остриями в пол, соприкоснулись кончиками.
- Торин, ты сам говорил, что у меня много тайн. Скоро их не будет. Поход заканчивается, и медленно, но верно приходит время открыть все эти шкатулки. И я понимаю, что навсегда могу потерять многое из того, что стало мне дорого. От одной мысли об этом мне становится больно. Но я готова принять даже такой вариант, если только все получится, - эльфийка опустила голову, ее рука погладила гладкий камень. Ладонь Торина накрыла ее сверху, несильно сжала. Кристэль посмотрела на гнома. Даже в полумраке было видно, что в его глазах горит странный огонек.
- Что ты сказала, когда я нес тебя на руках? - тихо проговорил Торин, и от его низкого голоса у эльфийки все внутри замерло. Девушка почувствовала, что краснеет:
- Ничего особенного…
- Кристэль?
- Торин, правда, ничего интересного. Я… ничего не сказала бы вообще, если бы была в нормальном состоянии.
Огонек в глазах Торина стал ярче.
- Что ты сказала?
- Торин, пожалуйста…
- Нет, не это, - по губам гнома скользнула усмешка, а ладонь сильнее сжала руку девушки. – Я хочу знать.
- Торин, я не… - и в этот миг страшный удар сотряс гору. Затем еще один, пришедшийся, судя по всему, почти прямо на дверь. Торин и Кристэль отпрыгнули прочь и бросились к друзьям под градом мелких камушков, посыпавшихся с потолка. Мирис и Ардис взвизгнули. Снаружи послышался полный ужаса и боли вопль орков, который перекрыл рев разъяренного дракона.
- Смауг! - прошептала Кристэль, и губы ее тронула нежная улыбка, на которую, к счастью, никто не обратил внимания.
- Нужно отходить внутрь коридора! – крикнул Фили, в одной руке державший меч, а другой прижимавший к себе перепуганную Ардис.
- Верно! Иначе нас завалит! – Бофур развернулся, всунул в руки спрятавшейся за его спиной Мирис дорожную сумку, и подтолкнул гномку в коридор. Гномов и Бильбо не пришлось просить дважды. Скала гудела под мощными ударами, рев оглушал даже сквозь толщу камня. Торин втолкнул Кристэль в коридор к прочим, сам же в цепочке с Двалином и Глоином под градом падающих камней быстро передавал мешки с припасами и инструментом. Двалин едва успел выдернуть его из-под падающей глыбы и втащил в коридор. Торин, отдышавшись, благодарно хлопнул его по плечу. Кристэль беззвучно что-то прошептала, привалившись к стене.
Пещера стала меньше почти наполовину. К счастью, почти все припасы удалось спасти. Отряд продвинулся вглубь коридора.
- Думаю, от нашей терраски ничего не осталось, - подал голос Бильбо.
- Меня радует одна мысль: о том, как сейчас паршиво этим вонючим оркам! - хмыкнул Двалин.
- Честное слово, я близок к тому, чтобы поблагодарить дракона за своевременное вмешательство! - отозвался Фили, убирая меч и уже обеими руками обнимая дрожащую Ардис: - Не бойся, все хорошо.
За его спиной Бофур утешал плачущую Мирис и что-то тихо говорил ей про трактир. Хьюрир только вздохнул в полумраке, но ничего не сказал.

Клинки постепенно погасли, и отряд оказался в темноте. Рев дракона долетал глуше, а потом стих.
- Получается, Смауг в самом деле не любит орков, – задумчиво произнес Кили.
- Не любит, - подтвердила Кристэль. – Смауг никогда не был драконом Бауглира.
- Ты опять говоришь загадками, - вздохнул Ори.
- Если бы он был создан Морготом, то сейчас вместе с орками вышибал бы дверь, - пояснила Кристэль.
- Дракон есть дракон, - проворчал Двалин. – Головой ручаюсь, что если бы он увидел нас, то сразу нашел бы общий язык с орками.
- Побереги голову, Двалин! Она тебе еще пригодится, - усмехнулась эльфийка.
- И что теперь? Может, проскочим через сокровищницу, пока Смауга нет?
- А если он уже вернулся?
- Или вернется, когда мы будем выходить.
- Значит, мы обречены сдохнуть здесь? – Двалин, по обыкновению, не стеснялся в выражениях.
- Еще чего! – возмутились его товарищи.
- Давайте подождем, - предложил Кили.
- Если Смауг не вернется в ближайшее время, значит, он погнал орков по лесу. И, думаю, не успокоится, пока не проверит все вокруг, - подала голос Кристэль, привалившись к стене.- В любом случае, нам надо отдохнуть и в пещеру никто не пойдет, пока мы с Бильбо все не проверим...
- Торин, а ты как считаешь? – спросил Кили.
- Подождем, - отозвался гном. – Отдыхайте.
Гномы помолчали, потом заворчали и стали устраиваться поудобнее. Темнота не была помехой для глаз Кристэль, и она видела, что Мирис легла, положив голову на колени отца, но что закутала она в одеяло Бофура. А сам гном, так и не пожелавший расстаться со своей ушанкой, сидит рядом с Хьюриром и что-то негромко с ним обсуждает. Фили и Ардис закутались в одно одеяло, и девушка дремала, прижавшись к молодому гному. Ируфь была под надежной опекой Дори, и Кристэль это совсем не удивило.
- Что-то меня в сон тянет, - пробормотала девушка и зевнула.
- Устраивайся поудобнее, - предложил Кили эльфийке. – Мое плечо в твоем распоряжении.
Кристэль не ответила. Глаза закрылись сами собой. Уже погружаясь в дрему, она немного сдвинулась и положила голову Кили на плечо. И не видела, как Торин опустил на пол поднятую было руку, немного помедлил, мрачно глядя перед собой, и прислонился к стене, закрыв глаза. На  губах гнома застыла странная усмешка.

Сколько они продремали в душной темноте, никто толком не знал. Но вот отряд начал просыпаться, раздались сонные голоса гномов. Их тут же подхватило эхо, разнесло по коридору.
- Тише, пожалуйста! – шикнул Бильбо.
- Здесь невыносимо сидеть, - тяжело вздохнул Балин.
- Мне воздуха не хватает, - пожаловался Бомбур. Кристэль села, повела затекшими плечами:
- Бильбо, давай сходим на разведку.
- Пойдем все вместе, - неожиданно проговорил Торин. Кристэль поразилась равнодушной усталости, прозвучавшей в его голосе. Девушка повернулась к гному:
- Ты совсем не отдохнул, – прошептала она. Гном смотрел мимо нее.
- Торин? - эльфийка коснулась теплой ладонью его щеки, хотела развернуть лицом к себе, но гном отстранил ее руку и поднялся:
- Все готовы? Тогда идем. Вперед пойдут Бильбо и Кристэль. Но будьте осторожны.
- Хорошо, - согласился хоббит. Кристэль встала, хлопнула Кили по плечу:
- Спасибо за заботу, братишка!
- К твоим услугам, сестренка! – отозвался тот. – Удачи!
Девушка и хоббит пошли вперед.
- Как ты ее назвал? – изумился Нори.
- Сестренка, - по голосу Кили было слышно, что он улыбается. – Когда мы были заперты у Азога, Кристэль назвала меня братом. Она как-то говорила, что всегда мечтала о таких братьях, как мы с Фили. Собственно, я не возражаю против сестры. Фили, а ты?
- И я не возражаю, - усмехнулся молодой гном.
- Хватит болтать! – в голосе Торина послышалась непонятная досада.

Тем временем хоббит и эльфийка ушли далеко вперед.
- Как думаешь, мы сразу им скажем, чтобы заходили? – спросила Кристэль.
- Сразу не пойдут, - рассудительно заметил хоббит. – Сначала сделаем вид, что осматриваемся. Да и будет лучше, если они все разбредутся по сокровищнице. Кристэль, твой отец… он правда не тронет их?
- Не тронет. Бильбо, мы преподносим правду так, как нам нужно, но мы держим свое слово. Золотые и Серебряные драконы не могут иначе. Такими нас создали.
- А ты? Какая драконица ты?
Ответить девушка не успела – они подошли к сокровищнице. Темнота была такая, что Бильбо оступился и полетел в золото, вскрикнув от неожиданности. Отряд сзади замер.
- Все в порядке, - раздался негромкий голос эльфийки. – Нам нужен огонь.
- Это не безопасно!
- Дайте огня! – крикнул Бильбо. – В пещере никого нет! И очень темно!
Трепетное пламя разогнало черноту, заплясало на стенах, метнулось искрами от блестящих холмов. Кристэль передала факел хоббиту и прошлась по золотым россыпям. Бильбо поднял факел повыше и отправился исследовать пещеру. Он больше смотрел себе под ноги, и в одном месте ему почудился странный слабый свет. Хоббит огляделся. Кристэль была в другом конце сокровищницы, гномы не выходили из коридора. Недолго думая, полурослик стал разгребать монеты. Они оползали под его ногами, с шелестом и звоном скатывались вниз. И вот из-под груды монет и слитков показался удивительный по красоте драгоценный камень. В глубине его собственным светом сияло разноцветное облако, словно пронизанное лучами звезд. У Бильбо перехватило дыхание. Он сразу понял, что перед ним – Сердце Горы, Аркенстон...
 

Элина Лисовская