Получать новости по email

Тарисиль Селлуг

(роман в жанре фан-фикшн
по мотивам повести Дж.Р.Р. Толкина «Хоббит»
и одноименной экранизации)
Главы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

========== Глава тридцать пятая ==========

        После того, как все устали танцевать и веселиться, молодых отправили в предназначенные для них покои. От Кристэль не укрылось, что Фили что-то шепнул Ардис и девушка, раскрасневшись, кивнула ему. А вот Кили, веселившийся от души, теперь сидел задумчивый и глядел куда-то перед собой.
- Что случилось, братишка? – тихо спросила Кристэль.
- Ммм? Ничего. Рад за Бофура и Мирис.
- Но грустишь из-за себя?
- Глупости! – отмахнулся он. И вздохнул.
- Не грусти. Все меняется в этой жизни. И разлука вновь оборачивается встречей.
- Кристэль, тебе нравится дядя? – прямо спросил Кили.
- В смысле? – опешила девушка, чувствуя, как на щеках разгорается предательский румянец.
- В прямом.
- Н-ну… да, - осторожно ответила эльфийка.
- И тебя не смущает, что он ниже тебя ростом? – как-то робко спросил Кили. – Ведь девушкам всегда хочется, чтобы мужчина был выше…
- Знаешь, мне как раз говорили, что это мужчины не любят, когда женщины выше их, - задумчиво отозвалась Кристэль. – Только не рост делает мужчину мужчиной, а женщину женщиной. Все зависит от ощущения самого себя. И от отношения друг к другу.
Кили снова вздохнул:
- Хорошо бы, чтобы так думала не только ты.
- Если для девушки разница в росте перекрыла все прочие достоинства, значит, это просто не твоя девушка, Кили. Но мне хочется верить, что… причина твоей задумчивости сможет разобраться, что к чему.
Кили помолчал, потом улыбнулся:
- Спасибо за поддержку.
- Всегда пожалуйста, - Кристэль поднялась и вышла из зала, чтобы взять договор, который она так и не прочитала. Уже в комнате она быстро пробежала его взглядом – вроде ничего особенного. Интересно, что в нем собрался изменить Торин?

Король гномов ждал ее в галерее, стоя у окна и глядя в темноту ночи, разбавленную светом луны.
- Снег идет, - негромко проговорил он. Кристэль встала рядом, глядя на редкие крупные хлопья. – Ранняя зима будет в этом году.
- Скоро все будет белоснежным, - согласилась эльфийка. – Когда ты пошлешь весть своему клану?
Торин вздохнул:
- С одной стороны, чем скорее, тем лучше. С другой -  что-то подсказывает мне, что торопиться не следует. Мы еще не знаем, что именно случилось с Эсгаротом.
Они помолчали.
- Ты принесла контракт?
- Да, - Кристэль отдала Торину пергамент. Гном спрятал его в нагрудный карман, и повернулся к девушке:
- Прогуляемся?
Эльфийка кивнула, и они неторопливо пошли по галерее.
- Мне показалось, или Фили пригласил на такую же прогулку Ардис? – осведомился Король.
- Не знаю. Я видела, как они шептались о чем-то.
- У Хьюрира славные дочери. Но Ардис еще слишком молода.
- Это единственное, что тебя смущает?
- А что еще?
- Она полукровка.
- Это глупости, Кристэль. Предрассудки. Да, у них будет разная продолжительность жизни. Но кто знает, сколько кому отпущено на самом деле? Не забудь обучить девочку всему, что необходимо.
- Да, конечно.
- Ну, а Кили?
- Что Кили?
- Племянник не поделился с тобой причиной своей задумчивости?
- А с тобой?
Торин усмехнулся:
- Впервые в жизни - нет. Но это и понятно. Когда влюблен, не всегда будешь обсуждать это с близкими.
Кристэль вздохнула:
- Время все расставит на свои места. Кили спрашивал, не чувствую ли я неловкости от того, что выше меня только отец.
- И что ты ответила? – гном и эльфийка остановились и посмотрели друг на друга.
- Правду. Я не замечаю этой разницы, Торин.
Король-Под-Горой усмехнулся и кивнул.
- Тебе холодно? – вдруг спросил он. – Ты дрожишь.
- Да. Я забыла про плащ, а здесь свежо.
Торин молча снял свою накидку и укутал в нее Кристэль.
- А ты?
- Эта прохлада мне не опасна, чего не могу сказать о холодной речной воде, - отозвался гном, отбрасывая назад прядь волос.
- Зачем мы пришли сюда?
- Затем, что мне хотелось побыть с тобой, а идти ко мне тебе явно не хотелось. И чтобы я зашел к тебе - тоже, - прищурил насмешливые глаза Торин. Кристэль покраснела, но усмехнулась:
- Поздновато для дружеских визитов, Ваше Величество.
- Я тоже так подумал, поэтому предложил прогулку по галерее, - несколько мгновений они смотрели друг на друга, потом отвели глаза.
- Расскажи мне о своей семье, Торин, - попросила девушка. – Расскажи все, что сочтешь нужным. О том, как вы жили. Как осели в Синих горах, как ты помогал сестре растить Фили и Кили…
- Иными словами, ты хочешь, чтобы я рассказал о себе, - отозвался гном и вздохнул: - Хорошо…

Они гуляли очень долго. Кристэль внимательно слушала рассказ Торина, время от времени уточняла, если что-то было непонятно, или вставляла свои комментарии.
- Значит, ты побывал и наемником?
- Доводилось, - кивнул гном. – Скажи, то, что ты так хорошо знаешь предания нашего рода, это заложено в тебя с рождения?
- Частично да, как и знания о прочих народах и об истории мира. Но еще я много читала о вас. Ты же понимаешь, к эреборцам у меня было особое отношение. Сама не знаю, как и когда, но ваша история стала и моей, Торин.
- Меня не покидает ощущение, что все происходит во сне, - отозвался гном. – И если я чего-то боюсь, так этот того, что проснусь, и все исчезнет.
- Сны бывают очень реалистичными, Торин Дубощит. Может, смерть и есть пробуждение. Но если так, то мне тоже не хочется просыпаться.
Их взгляды снова встретились.
- Мне придется вернуться в Синие горы, - проговорил гном. – За своим народом.
- Зачем идти именно тебе, Торин? Это неоправданный риск.
- Мне нужно поговорить с гномами лично. Пусть в Эребор вернутся только те, кто поймут Смауга и смогут жить рядом с ним.
Кристэль вздохнула и села на каменную скамейку:
- Это будет непросто, Торин. Они могут потребовать изгнать нас.
- Этого никогда не будет, Кристэль, - негромко, но твердо ответил гном. Он прошелся туда-сюда, а потом обернулся:
 – Я… хотел сказать тебе… спросить… - Торин прикусил губу, и на лице его отразилось крайнее смущение. Кристэль почувствовала, что краснеет.
- Да, Торин? – спросила она, явственно ощущая растущее напряжение. Король  отвернулся к окну, заложил руки за спину, помолчал, глядя в снежную темноту, затем обернулся:
– Я хотел узнать… Словом… Скажи, ты… В общем… ты пойдешь со мной в Синие горы?  - при этих словах на его лице появилось странное выражение досады. Кристэль улыбнулась, стараясь не показать разочарования:
- Я пойду с тобой, куда будет нужно. Иначе как я смогу выполнять свою работу?
Торин сжал губы, глаза его потемнели:
- Хорошо. Поговорим об этом потом, - наконец, сказал он. – Уже поздно. Идем.
Кристэль немного удивленно посмотрела на него, не понимая, что вдруг случилось с настроением Торина, но расспрашивать не стала. Молча поднялась и пошла рядом с ним. Когда они спустились в жилые покои, эльфийка сняла накидку и протянула ее Королю-Под-Горой:
- Спасибо.
Торин только кивнул, набросил ее на плечи и ушел искать Лаурэгила. А Кристэль вернулась в свои покои весьма озадаченная и грустная.

На следующий день Торин выглядел немного усталым, но при этом более веселым, чем накануне. Кристэль поглядывала на него, но молчала. За все утро гном лишь пару раз посмотрел на нее, и они обменялись едва ли десятком слов.
Вскоре после завтрака Фили и Кили отправились в галерею, чтобы оглядеть окрестности. Оба брата вернулись очень быстро и выглядели взволнованными.
- Что-то невообразимое творится! – говорил Кили, и его темные глаза возбужденно блестели. – Птицы кружат над лесом, орут, воронье каркает...
- Гвалт стоит неимоверный, - подтвердил Фили. – В лесу явно что-то происходит.
Разумеется, отряд полным составом поднялся наверх, чтобы увидеть то, о чем говорили братья.
- В самом деле, что-то странное, - пробормотал Балин. – Птицы словно с ума посходили.
- Там видны стервятники, - Торин махнул рукой в сторону Эсгарота. – Неужели в городе столько мертвых? Или… - он задумался и помрачнел.
- Или там большое войско, и стервятники ждут поживы, - подтвердил Балин.
- Смотрите! – Бильбо вытянул руку, показывая на узенький карниз с наружной стороны. Там сидел знакомый им дрозд. Птица взмахивала крылышками, что-то стрекотала и все время прыгала в сторону открытой площадки, словно просила на нее выйти. Друзья переглянулись и последовали этому приглашению.
Едва они вышли наружу, птичий гвалт стал слышен гораздо сильнее. Дрозд сел перед Торином и что-то быстро застрекотал. Склонив голову набок, посмотрел блестящими глазками, сообразил, что его не поняли. Потом хлопнул себя крылышками и застрекотал вновь.
- Мне кажется, дрозд пытается что-то сказать, - нахмурился Торин.
- Мне тоже так кажется, - подтвердил Балин. – Но я никогда не умел понимать их язык.
- Птица очень взволнована, - покачал головой Бильбо. – У нее какие-то важные новости.
- Был бы он вороном – проблем бы не было, - отозвался Торин. – Наш род всегда был дружен с ними. Не зря же высотка названа Вороньей.
Дрозд громко вскрикнул и улетел.
- По-моему, он понимает нас лучше, чем мы его, - заметил Фили. Кили согласно кивнул.
Некоторое время спустя, дрозд вернулся с крупным вороном, таким старым, что на его голове почти не осталось перьев. Птица плохо видела и летела с ощутимым трудом.
- Дрозд сказал мне о Торине, сыне Трайна, - прокаркала птица. – Где он?
Кристэль посмотрела на Торина и вышла вперед:
- Здравствуй, Роак, сын Карка, да не ослабеют твои крылья!
- Спасибо за пожелание, Серебряная Дева, - отозвался ворон. – Но старость не возвращает силу. Ты снова здесь?
- Да. Позволь мне помочь тебе, - с этими словами девушка бережно взяла ворона и поднесла его к Торину.
- Роак, сын Трайна перед тобой.
Торин присел на корточки перед птицей:
- Я знал твоего отца, Карка.
- Да, Торин. Мне сто пятьдесят три года, а отца давно уже нет в живых. Теперь я возглавляю больших воронов. Мы помним прежнего Короля-Под-Горой и готовы служить его внуку. Но не разорвем дружбы ни с Серебряной Девой, ни с Золотым Воином, да несет их всегда попутный ветер.
- Об этом я и не прошу, - ответил Торин.
- Мои подданные принесли вести, Торин, сын Трайна. Я скажу о том, о чем могу сказать. А ваша мудрость поможет услышать то, что должно.
При этих словах Кристэль нахмурилась и огляделась. Ее ладонь легла на рукоять Керилуга.
– Птицы собрались потому, что пришла весть о смерти Смауга Ужасного.
При этих словах гномы переглянулись и зашептались.
- Вот как? – ровным голосом проговорил Торин.
- Да. Дрозд, да не выпадут его перья, сам видел смерть чудовищного дракона. Теперь он лежит на дне Долгого Озера. Эсгарота больше нет, молодой Король-Под-Горой. Город разрушен, многие жители погибли.
Ори ахнул, припомнив хорошенькую Мию. Гномы вновь переглянулись.
- Те, кто выжили, страдают от голода и холода.
Торин нахмурился, но не успел сказать ни слова, как Роак продолжил:
- Жители видят причину своих бед в ваших действиях, Торин. Будь готов к тому, что они придут, чтобы возместить убытки. Бургомистру верить нельзя. Не веди с ним переговоров, сын Трайна. Капитан лучников Бард, потомок Гириона, властителя Дейла, напротив, стоит того, чтобы довериться ему. Характер у него нелегкий, но человек он порядочный. Кроме того, сюда движется войско эльфов…
- А этим-то что здесь надо?! – рявкнул Двалин.
- Что и всем, почтенный гном. Сокровища. Вам решать, как мудрее будет поступить. Не хотелось бы нам увидеть повторение гибели Дейла или резню между тремя народами. Как не хотелось бы, чтобы распри причинили горе или вред той, чьи руки так ласково гладят мои перья… Понимаешь меня, сын Трайна?
Гномы возмущенно зашумели. Торин вскинул руку, и все замолчали. Когда Король заговорил, его лицо было темным, а голос глухим от гнева:
- Спасибо тебе за верную службу, Роак. Мы не забудем тебя и твой род. Не волнуйся за ту, о которой говорил. Я дал слово и сдержу его. Но никто и никогда до тех пор, пока мы живы, силой не возьмет ни одной крохотной монетки! Тем более те, кто за все свои деяния заслуживают только одного – смерти!
Гномы одобрительно кивнули. Кристэль обменялась взглядами с Бильбо и посмотрела на Торина. В серых глазах девушки появилась тревога.
- Издавна мы благодарили вас разными блестящими вещицами, которые вы так любите прятать, не отступим от этой традиции и сейчас. Но я прошу тебя вот о чем, сын Карка: приносите нам сведения о тех, кто приближается к Горе. И если есть среди вас молодые, с сильными крыльями, пошли их к моему кузену, Дейну. Пусть расскажут ему о смерти дракона, - при этих словах все обменялись мгновенными взглядами, - и о том, что сюда движется войско предателей, чтобы забрать то, что никогда им не принадлежало. Пусть Дейн поспешит нам на помощь.
- Надеюсь, ты не делаешь большую ошибку, Торин, - каркнул ворон. – Но я выполню то, о чем ты просишь. Хотя, может быть, разумнее было бы дать золото людям.
- Мы не причастны к гибели Озерного города, - в голосе Торина прозвучала ярость. – И если им нужно возмещение ущерба, пусть идут за ним к владельцу дракона! Возьми это в награду, Роак. И да будет долгим твой полет.
Ворон взял в клюв золотую монетку и тяжело полетел прочь.
- Может, стоило прислушаться к его совету? – робко сказал Бильбо.
- Назад в Эребор, - велел Торин, не ответив хоббиту. Когда все ушли с площадки, Торин лично задвинул тяжелую каменную дверь и запер ее.

- Что будем делать, Торин? – встревожено спросил Балин, когда они все вернулись в тронный зал.
- Готовиться к войне, - отрезал Торин.
- А чего нам волноваться? – спросил Нори. – Пусть Смауг выйдет, они увидят, что он жив-здоров. и уберутся восвояси!
- Если отец узнает, что они идут за золотом, и выйдет наружу, это будет хуже, чем с Эребором, - тихо сказала Кристэль. – Я не допущу этого. Хотя в гневе он может убить и меня.
- Не говори ерунды! - резко оборвал ее Торин. – Нори, голова дается не только для вычурной прически! Даже вороны никому не рассказали, что Смауг жив. И мы промолчим. Ведь Золотые драконы могут довольно долго находиться в эльфийском обличии? -  Торин посмотрел на Кристэль.
- Да, - в глазах девушки мелькнуло понимание.
- Ты хочешь повернуть все так, будто Смауга не стало, а в Эреборе за особые заслуги предоставлено право проживать эльфам, отцу и дочери? – широко улыбнулся Балин.
- Да.
- Отличная идея, сынок!
- Но ведь только дракон и удерживал всех желающих заполучить сокровища! – напомнил Бильбо.
- В самом деле, - отозвался Дори. – Мы можем получить большие проблемы.
- Если мы впутаем в это дело Смауга, то проблем будет куда больше. И у него, и у нас, - отрезал Торин. – Вмешательство Смауга - это уже самый крайний, безвыходный вариант. Я пойду поговорю с ним. А вы все, включая Бомбура, возьмите инструменты и материалы и сделайте перед воротами стену. Кроме того, необходимо перегородить Быстротечную так, чтобы перед стеной образовалось озеро. Если мы решим дело миром, то просто вскроем плотину и очистим долину, как и планировал Балин. Если же нет, пусть пеняют на себя.  
- Прости, если мои слова покажутся тебе дерзкими, государь,- проговорила Ируфь, - но среди жителей Озерного страдают и те, кто пришел туда из нашей деревни. Разве ты не обещал помочь им?
- Я не забываю своих обещаний, - ответил Торин. Посмотрел на Кристэль и качнул головой:
- Идем.
Бильбо, от которого толку при строительстве все равно было мало, последовал за гномом и эльфийкой.

- Нет, нет и еще раз нет! – Кристэль топнула ногой: - Никакому золоту я не позволю отнять у меня еще и отца! Слышишь? Даже если мне придется замуровать тебя здесь!
- Глупая девчонка, - рычал Смауг, - да ты понимаешь, какие проблемы будут у вас, когда все эти любители бесплатной наживы явятся сюда?! От одного же моего вида они сразу убегут прочь!
- Отец, ну как ты не понимаешь, что это ловушка?! На то и рассчитано, что ты выйдешь защищать сокровища Эребора и потеряешь голову от ярости! – с отчаянием крикнула девушка.
- Она права, Смауг, - тяжело проговорил Торин. – Поначалу я думал так же, как и ты. А сейчас согласен с Кристэль. Мы и так сможем справиться. Нам ведь надо, чтобы Дейл возродился, а гномы моего клана вернулись домой.
Кристэль благодарно посмотрела на Торина.
- Не переживай. Всех этих любителей сокровищ будет ждать не самый приятный сюрприз. К тому же выбраться в истинном облике ты можешь всегда.
- Отец, я прошу тебя, послушай нас. Может, вообще все обойдется. Они увидят, что хозяева Эребора живы, и уйдут...
- Как не так! Уйдут они! – Смауг яростно мотнул хвостом, взметнув золотые монеты в воздух. – Ты еще ребенок, Кристэль! И не знаешь, как цепляет сокровище слабые души!
- Зато представляю, что оно делает с сильными!
Некоторое время отец и дочь смотрели друг на друга. Смауг нехотя тряхнул головой:
- Мое дело вас предупредить, - проворчал он. – Кстати, Торин, я прочитал контракт. Замечаний нет. Вон он, возьми. Свой экземпляр я спрятал.
Гном кивнул и убрал пергамент во внутренний карман:
- Роак знает, что ты жив, но не проронил об этом ни слова.
- Роак - умный ворон, как и все его племя, - отозвался Смауг. – Во время суровых голодных зим мы кормили их и давали им убежище здесь, в галерее.
- Понятно, - Торин повернулся к Кристэль: - Вот твой контракт. Я ничего не стал менять там, - голос гнома был прохладным. – Забирай и подпиши его, наконец. Если вороны будут приносить новости - сообщай мне немедленно.
- Хорошо, - немного удивленно ответила девушка. – Ты идешь наверх?
- Нет. У нас полно дел здесь, - отозвался Торин, поворачиваясь к дракону. И бросил через плечо: – Да, еще: проверь запасы провизии.

Через несколько дней перед  главными воротами выросла высоченная крепкая стена. В ней сделали бойницы, площадки для дозорных. Быстротечную перегородили так, что перед стеной образовалось озеро. Теперь к воротам можно было попасть только по узенькой тропинке, прекрасно просматриваемой и простреливаемой.
Эти приготовления не по душе были женщинам, но в данном вопросе их никто не спрашивал. Торин не покидал сокровищницу, продолжая вместе со Смаугом разыскивать Аркенстон. С большим трудом удавалось уговорить его хотя бы поужинать. Единственное, на что соглашался отвлечься Король-Под-Горой, это на то, чтобы выслушать новости, приносимые воронами.
А новости были разными. Например, они узнали, что войско Трандуила свернуло в Озерный город. Это дало гномам еще несколько дней, чтобы как следует укрепить стену. Кристэль же с каждым днем тревожилась все больше и больше. Ей не нравилась растущая одержимость Торина и отца, и не нравилось то, что оба больше не пытались сопротивляться ей. Как ни старалась девушка вытащить Короля гномов из сокровищницы, у нее ничего не получалось. В отчаянии она пришла к Бильбо и поделилась с ним своими переживаниями.
- Это что-то ужасное. Все разговоры только о драгоценностях, о том, что их будет еще больше, и о том, что скоро придет подмога от Дейна.
- Кристэль, я говорил тебе об этом уже давно, - вздохнул хоббит. – Сюда бы пару талисманов, тех, которые были у вас. Но их нет…
Кристэль с тоской посмотрела на Бильбо, словно надеясь, что он скажет что-нибудь ободряющее. Но полурослик только снова вздохнул:
- Ты же знаешь, что это драконья болезнь. Какой смысл скрывать от себя правду?
- Я не верю в это. Торин сильный. Он сможет справиться.
- Посмотрим, - уныло проговорил хоббит. – Только кажется мне, что дальше будет еще хуже. Хоть бы Гэндальф поскорее явился, что ли….

Кристэль перепробовала всевозможные способы отвлечь Торина, но гном каждый раз находил предлог, чтобы отказать ей и остаться в сокровищнице. Смауг полностью одобрял его действия и мягко, но решительно выпроваживал дочь из хранилища. На отчаянные протесты девушки оба возражали, что им сейчас нравится именно это занятие, а когда надоест, они тут же бросят его. Им вообще не составляет труда забыть о сокровищах. Но ведь  надо найти Аркенстон…
- Знаешь, у меня такое ощущение, что если они его найдут, то тут же закопают в самом дальнем углу, - мрачно проговорил Фили.
- И никому слова не скажут, чтобы был предлог и дальше сидеть среди золота, - в тон подхватил Кили. Разумеется, Кристэль поделилась проблемой с обоими братьями, и Неразлучники всерьез обеспокоились. Особенно после того, как попытались пообщаться с дядей, а Смауг по просьбе Торина выставил их обоих из сокровищницы.  
Хуже всего было то, что все прочие гномы не видели повода для тревоги.

Лишь несколько дней спустя поздним вечером Кристэль удалось выманить Торина из сокровищницы. Когда она вошла туда в сопровождении Неразлучников, Смауг и Торин недовольно покосились на нее:
- Кристэль, мы же просили не беспокоить нас!
- Ты опять в кольчуге? Почему? – нахмурился Торин. – Кажется, я просил тебя…
- Какая вам разница, Ваше Величество, если кроме золота и драгоценностей ни для вас, ни для моего отца ничего больше не существует?
Гном и дракон переглянулись и помрачнели:
- Что за тон?
- Кристэль, не устраивай сцен!
- Я ничего не устраиваю, - отрезала девушка. – Я выполняю свою работу. Фили и Кили только что вернулись со стены. Войско эльфов и людей пришло.
- Они встали в долине лагерем…
- И там сейчас светло, как днем.
Смауг зарычал, развернулся и направился к выходу из сокровищницы. Кристэль молча достала Керилуг и встала на пути отца.
- Это еще что такое?! – выпрямился дракон.
- Это предупреждение, - ровным голосом проговорила Кристэль. Ее лицо побледнело. – Если мой отец решил стать слугой Саурона, то пусть лучше погибнет от моей руки или убьет меня.
- Ты в своем уме?! – хором воскликнули гном и дракон.
- В своем. Ты видишь, что клинок начинает светиться, отец? – в самом деле, лезвие клинка приобрело слабый золотистый оттенок.
- Это отблеск факелов, - буркнул Смауг, впрочем, несколько озадаченный. Дракон  помотал головой, словно пытаясь прийти в себя.
- Отец, именем мамы прошу тебя: не вмешивайся! Если ты в самом деле любил нас…
- Почему любил? – удивился дракон. – Я и сейчас люблю тебя, Кристэль.
- Именно поэтому у тебя нет времени даже поговорить со мной? А твои глаза и глаза Торина из ясных стали мутными и в них видна одержимость?.. Ладно, речь сейчас о другом. Я умоляю тебя не выходить наружу.
Повисла томительная тишина.
- Хорошо, - нехотя буркнул дракон. – Торин, не забудь вернуться и рассказать, что там происходит. А я подремлю немного, - Смауг прошелся по сокровищнице и свернулся в кольцо на куче золота. Но Кристэль видела, как нервно подрагивает хвост дракона. Девушка пробежала по золотым грудам и встала рядом с отцом:
- Ты можешь справиться с этим. Ради меня, отец. Как я смогу жить, если с тобой что-то случится?
Дракон приоткрыл один глаз и вздохнул:
- Я не выйду. Обещаю тебе.

Кристэль догнала Торина и Неразлучников и пошла рядом, слушая, как братья рассказывают Торину о том, что видели в долине.
- Торин, неужели мы будем сражаться с ними?
- Если они нападут – да, - жестко ответил гном. – Здесь наш дом. А они пришли к его порогу с оружием.
Кристэль только вздохнула.
- Ты не согласна? – Торин покосился на нее.
- Мне нечего возразить вам, Ваше Величество, - отозвалась Кристэль. Гном посмотрел на племянников:
- Идите вперед. Мы догоним вас.
Затем он остановился и повернулся к Кристэль:
- Почему ты опять обращаешься ко мне по титулу?
Девушка молчала, глядя в сторону. Торин взял ее за подбородок, развернул лицом к себе. Кристэль вывернулась и опустила голову.
- На твоем лице печаль, в глазах блестят слезы. Что случилось?
- Ничего особенного. Просто мой отец и мой Король больны. И я ничего не могу с этим поделать.
- Кристэль, о чем ты?
- О драконьей болезни, Государь. Вы оба не покидаете сокровищницу, не хотите ни с кем общаться. Даже есть отказываетесь. У вас в глазах стоит золото. Только золото. А вы хотите, чтобы я и мы все радовались этому? Вспомните вашего деда, Торин Дубощит!
Король-Под-Горой помолчал, затем взглянул на девушку:
- Ты напрасно беспокоишься, Кристэль. Просто Аркенстон очень много значит для меня. Столько десятилетий я мечтал о том, чтобы найти его.
- Королевский бриллиант, сердце горы… Смотри, Торин, чтобы этот камень не стал и твоим сердцем, - тихо проговорила эльфийка, поднимая на Короля усталые глаза. Гном протянул руку, коснулся щеки девушки. Сейчас его глаза были ясными, как обычно.
- Скажи, Кристэль… Все, что ты делаешь для меня сама или по моей просьбе… это только потому, что я – Король, а ты серьезно относишься к своей работе?
- Нет, Торин. Не только поэтому.
Король гномов внимательно посмотрел на девушку и вздохнул:
- Ладно. Идем.

Долина светилась многочисленными огнями костров и факелов, ветер доносил голоса людей и эльфов. Торин мрачно окинул долину взглядом:
- Ничего себе, соседей понабежало! - усмехнулся он.
- Только сомневаюсь я, что они пришли поздравить нас с возвращением, - фыркнул Двалин.
- Разумеется, нет. После вести о гибели дракона все вдруг стали очень храбрыми. Даже Трандуил.
- Вот чью шею я свернул бы с удовольствием! - буркнул Торин. – Сегодня выставляем дозорных. О любом перемещении сообщать немедленно. Дежурить будем по трое.
В эту ночь Торин не вернулся в сокровищницу. Чтобы избежать соблазна продолжить поиски, он попросил Бильбо зайти к дракону. Кристэль пошла вместе с хоббитом. Смауг выслушал их и зевнул:
- Если передумаете, дайте знать. Устрою показательный полет…
- Не надо! – хором воскликнули хоббит и эльфийка. Смауг что-то буркнул себе под нос и снова закрыл глаза.
На всякий случай Кристэль осталась ночевать в сокровищнице.

На рассвете гномы и эльфийка увидели со стены группу воинов, поднимающихся вверх.
- Там люди и лучники-эльфы, - шепнула Кристэль. Торин недобро прищурился, наблюдая за непрошенными гостями. А те прошли вперед и замерли в недоумении, глядя на огромное озеро и высоченную стену, скрывшую ворота. На лицах разведчиков отразилось удивление и растерянность. Они принялись переговариваться, время от времени показывая в сторону стены.
- Кто вы такие, и почему пришли с оружием к чертогам Короля-Под-Горой? Что вам нужно? – громко окликнул их Торин. Но ему не ответили. Теперь уже прищурилась и Кристэль, разглядывая визитеров. А те повернулись и ушли прочь.
Гномы наблюдали, как люди и эльфы перенесли лагерь из долины под прикрытие горных отрогов. Кили неотрывно смотрел на эльфийское войско, потом еле приметно вздохнул и нахмурился. Кристэль покосилась на него, но ничего не сказала. Среди скал тем временем раздались звуки музыки и песен. В лагере, похоже, намечался пир.
- Изумительно! - саркастически проговорил Двалин. – Город разрушен, люди, по слухам, бедствуют, зато здесь – пир горой!
Прочие гномы согласились с ним, равно как и с тем, что не отвечать на вопрос хозяина дома, по меньшей мере, дурной тон.
Бильбо тяжело вздохнул. Сидение в горе, даже в славной компании, порядком наскучило ему. Хоббиту хотелось свободы, хотелось пообщаться с кем-нибудь еще. К тому же, то, что происходило в последнее время с Торином, порядком действовало хоббиту на нервы.  Несколько раз он порывался отдать Аркенстон Королю-Под-Горой, но каждый раз что-то удерживало его.
Как бы Торин тогда совсем с ума не сошел. Посмотрим, как будут развиваться события, - говорил он себе. – Может быть, это окажется единственный шанс как-то повлиять на Торина. Как бы там ни было, а людям помочь надо.
Настроение у всех было безрадостное. Все понимали, насколько тяжело им придется, если незваные гости вздумают открыть военные действия, а Дейн запоздает. Вместе с тем было ясно, что никто из прибывших не пойдет сегодня на переговоры, да и брать штурмом Гору тоже едва ли будут. Поэтому все гномы ушли обратно в гору. Вскоре к ним присоединился и Смауг в облике эльфа. Ируфь и дочери Хьюрира, выслушав последние новости, переглянулись. Знахарка только вздохнула: вести мирные переговоры не идут с оружием в руках, у порога соседа не разбивают вооруженный лагерь. Она считала, что Торин должен был помочь людям, но сейчас те повели себя недопустимо, и никто не знал, во что теперь это выльется.
- Не переживай, Торин, - Лаурэгил сел в кресло и вытянул ноги. - Если ничего другого не останется, я пообщаюсь с ними.
Король-Под-Горой мрачно посмотрел на него, на хмурую Кристэль, стоявшую рядом с отцом, и проговорил:
- Хочу всем напомнить, что официально дракон Смауг погиб. А о том, что Кристэль его дочь, никто не знает. Все это я прошу хранить в тайне. Как бы то ни было, с людьми я не хочу ссориться. Но пока здесь Трандуил… - Торин сжал кулак. Настроение у него было отвратительное. Мирис посмотрела на него и о чем-то зашепталась с мужем.
- Государь, Торин, - прокашлялся Бофур, - мы вот подумали, а не устроить ли нам тоже маленький праздник, а? Назло им всем. Вино есть, еду приготовим, поем и играем мы ничуть не хуже…
Некоторое время Король-Под-Горой хмуро молчал, потом махнул рукой:
- Делайте, что хотите, - затем сел в кресло у камина и уставился на огонь.

- Как ты думаешь, - шепотом спросил Кили у Кристэль, - Тауриэль… она тоже здесь?
- Да, - задумчиво отозвалась Кристэль. – Надеюсь, у нее не было проблем. Хотя, зная Трандуила… Ты хочешь увидеть ее снова?
- Если честно, да, - смутился Кили. – Ты же не скажешь никому?
- Ни за что, братишка. Лишь бы все обошлось без кровопролития.
Кили мрачно кивнул.
- Не грусти. Давай-ка в самом деле попробуем улучшить настроение всем и Торину в первую очередь. Скорее всего, завтра начнутся переговоры. Может, они пойдут легче, если Торин не будет так мрачен?
- Пока здесь Трандуил? Я в этом сильно сомневаюсь.
- Я тоже. Но мы попробуем…

Немного посовещавшись, гномы перетащили столы поближе к камину, расставили их так, чтобы все могли смотреть на пламя, а Торину и Лаурэгилу не было необходимости пересаживаться. Бомбур, Бофур, Ируфь и Мирис хлопотали на кухне, Ардис накрывала на столы. Немного погодя, в зал вошла Кристэль в красно-белом платье и начала помогать подруге. Лаурэгил задумчиво улыбнулся, глядя на дочь.
- Она так быстро выросла, - проговорил он, поймав вопросительный взгляд Торина. Король-Под-Горой полуобернулся, некоторое время смотрел на Кристэль, а потом неожиданно спросил:
- Ты действительно намерен отдать ее за первого встречного?
- Да, - ответил дракон. – Я сдержу свое слово.
- А о ее счастье ты не думаешь?
- За кого ты меня принимаешь? – усмехнулся Лаурэгил. – Да и судьба порой мудрее нас. Не думаю, что Кристэль станет сопротивляться… Вопрос в другом: как отреагирует этот самый первый встречный, - в серо-зеленых глазах Лаурэгила вспыхнул веселый огонек. Торин только чуть дернул бровью:
-  Даже не знаю, что тебе на это сказать. Думаю, сами разберутся.
- Если не упустят время, тратя его на всякие глупости, - Лаурэгил закинул руки за голову. – Хорошо, что мы с тобой прервали поиски. А то я уже, кроме золота, ни о чем и думать не мог.
Торин кивнул, краем глаза наблюдая за Кристэль.
В ожидании ужина гномы настроили музыкальные инструменты и запели песню о возвращении Короля. Затем принесли мясо, пироги, хлеб, вино. Лаурэгил с удовольствием принюхался:
- Все же отменный повар у тебя, Торин.
- Угу, - рассеяно кивнул гном.
- Бомбуру помогали Мирис и Бофур. Думаю, у них будет самый посещаемый трактир в городе, - улыбнулась Кристэль, протягивая угощение Торину. Гном поднял на девушку глаза. Перед внутренним взором вдруг возник Ривенделл, где она с такой же улыбкой протягивала ему в беседке миску с простым, но сытным ужином. Даже легкий аромат духов был такой же, как в тот раз.
- Торин? – улыбаясь, окликнула его эльфийка.
- Да, спасибо, - кивнул он.
За ужином говорили о чем угодно, кроме сокровищ и нежеланных гостей. Понемногу настроение начало улучшаться у всех. Один Торин по-прежнему был мрачен. Кристэль немного поколебалась, а потом села на низенький пуфик у камина, рядом с креслом Торина, так, чтобы прочие гномы не видели ее.
- Государь, - она осторожно коснулась его руки, - прогони печаль из сердца. Все будет хорошо. Помнишь, как ты переживал о будущем, когда мы шли сюда?
Ладонь Торина поймала тонкие пальцы девушки. Кристэль улыбнулась, глядя на него снизу вверх:
- Поверь, у нас хватит мудрости и сил справиться с любой напастью. Не тревожь себя, не утяжеляй тот груз, что ты несешь. И… спасибо тебе за отца. За то, что ты решил скрыть, что Смауг жив.
Торин молчал, глядя на нее и поглаживая пальцы эльфийки. Ему в самом деле стало как-то легче то ли от ее слов, то ли от того, что она была рядом. А, может быть, от всего сразу.
Гномы пели веселые песни, даже немного поплясали, и постепенно Торин оттаял и повеселел. Не до такой степени, чтобы смеяться от души, но тучи на его лице рассеялись. Он с удовольствием слушал залихватское пение друзей, а пальцы правой руки украдкой перебирали шелковистые пряди волос Кристэль. Некоторое время спустя, она вдруг прижалась щекой к его колену. Торин склонился к ней, посмотрел на Лаурэгила и вздохнул:
- Она уснула.
- Я перенесу ее в комнату, - отозвался Лаурэгил, поднимаясь.
- Хорошо. Ардис, будь так добра, помоги Кристэль переодеться.
Маленькая гномка кивнула и ушла следом за эльфом. Немного погодя, тот вернулся, снова сел в кресло.
- Не проснулась?
- Нет. Но во сне пробормотала имя. Твое, между прочим, - глаза дракона и Короля-Под-Горой встретились.
- Ну, и что ты на меня так смотришь, словно я тебе великую тайну открыл? – неожиданно рассердился Лаурэгил. – Не мальчишка ведь - вон, седина в волосах! А все ходишь вокруг да около, словно желторотый юнец!
Торин только вздохнул:
- Не начинай. Сами разберемся.
Лаурэгил фыркнул:
- Я вижу, как вы разбираетесь. Торин, давай начистоту. Что тебя смущает? Я в качестве тестя?
- Хм… Наверное, я совсем тронулся умом, но - нет. Хотя если, конечно, кому рассказать…
Лаурэгил фыркнул и продолжил:
- Опасаешься, что твой клан будет против?
Торин усмехнулся:
- Это не проблема. Когда они узнают Кристэль, то полюбят и примут ее. Может, и не все, но большинство – точно.
- Разница в росте?
- Глупости. Будь я ниже на две головы, еще бы, может, и подумал. Но наш клан всегда отличался рослостью по сравнению с прочими.
- Что она – эльфийка, а ты гном?
- До встречи с ней я был уверен, что подобного союза вообще быть не может. И даже не задумывался, почему. Но это возможно, хоть и кажется полным бредом.
- Возможно, уж поверь мне, - кивнул Лаурэгил. - Так в чем же причина?
-  Она дочь дракона и эльфийки, - негромко проговорил гном. – А я, хоть и проживу долго, но не бессмертен. И лет через двести рядом с юной девушкой окажется седобородый старик...
- Тебя беспокоит, что скажут другие? Или что ты при этом будешь чувствовать себя неловко?
- Да. Меня волнует, что я буду ощущать при этом. Но сильнее всего меня беспокоит, что будет чувствовать Кристэль, видя рядом с собой старика.
- А вот это предоставь решать ей, - серьезно ответил Лаурэгил. – И сам подумай, что для тебя лучше: прожить отпущенное время без нее или с ней.
Торин мрачно покосился на дракона и задумался.
- И еще подумай о том, что сейчас вы оба воруете у себя время, которое уже не вернуть назад. Время расцвета. Не пожалейте потом об этом, Торин. Век людей куда короче. Мало кто из них может прожить даже шестьдесят лет со своей возлюбленной. Но они не боятся любить.
Торин тяжело вздохнул, побарабанил пальцами по ручке кресла, затем обернулся к друзьям, сидевшим поодаль:
- Балин, как думаешь, скоро ли сможет подойти Дейн?
- Все зависит от того, выйдет он немедленно, или ему потребуется время на сборы. В любом случае, скоро мы услышим от него вести.
Король-Под-Горой что-то прикинул в уме и усмехнулся:
- Что ж, наших визитеров будет ждать неприятный сюрприз. В библиотеке должны храниться карты. Пойдемте, обсудим план действий. Лаурэгил, ты с нами?
- Нет, - эльф встал. – Я пойду вниз, выполнять свои обязанности Хранителя.
Гномы ушли в библиотеку, Лаурэгил в сокровищницу. Бильбо остался сидеть за столом, глядя в полупустую кружку.
Не нравятся мне все эти разговоры и то, что затевается здесь. Право, хоть свою долю отдавай, чтобы все уладилось миром. Зря, конечно, сюда эльфы пришли. Надо знать Торина, с ним и без того было бы нелегко. А уж когда здесь те, к кому он не питает симпатии – между прочим, вполне обоснованно не питает! - боюсь, договориться будет невозможно. А если они еще попробуют штурмовать гору… Ох, только не это! Надо срочно что-то придумать.

Элина Лисовская